В твоих пылких объятиях - Мур Маргарет - Страница 52

– Этот цвет очень тебе к лицу.

Как легко подчас простые, но сказанные от чистого сердца слова могут примирить тебя с ситуацией, в которой ты чувствуешь себя не слишком комфортно, подумала Элисса.

Лакей отворил резные двери, и они с Ричардом вошли в гостиную.

Дом у мистера Эсси был старый, без новомодных колонн и прочих архитектурных вывертов, и очень уютный. Гостиная понравилась Элиссе сразу – неяркие обои, мягкий рассеянный свет и полыхавшие в камине поленья уже с порога наводили на мысль о приятном отдохновении.

Гостей здесь было куда меньше, чем на вечере у мистера Седжмора. Не считая Элиссы и Ричарда, мистер Эсси пригласил к себе сэра Джона, леди Алисию, их дочерей и мистера Седжмора.

По мнению Элиссы, вечер складывался удачно – куда лучше, чем у Седжмора. По крайней мере для ее маленького семейства. Ричард был очень мил, не паясничал и вел серьезный разговор о политике, рассуждая о досаждавших Британии голландцах и жизни английских колонистов в Новом Свете. Элисса и не догадывалась, что он разбирается в политике и военном деле; хотя, если подумать, в этом не было ничего удивительного. Ричард много лет провел при дворе и хорошо знал воззрения на окружающий мир правивших Англией людей, со многими из которых он был знаком лично.

Гостей мужского пола разговор Ричарда увлек, чего, к сожалению, нельзя было сказать о дамах. Леди Алисия, прислушиваясь к беседе, которую вели мужчины, непрестанно зевала, в то время как ее дочери, погрузившись в обсуждение важных для них проблем, не обращали на джентльменов никакого внимания.

Что же до Элиссы, то она не сводила глаз с Ричарда. Не вслушиваясь особенно в то, что он говорил, она впитывала в себя взглядом его красивое оживленное лицо, атлетическую фигуру, ладно сидевший на нем черный бархатный костюм, зачесанные назад темные волосы, которые украшали его лучше любого парика. Самое же главное, Ричард время от времени бросал на нее пламенные взоры и едва заметно, но со значением ей улыбался. От его взглядов и улыбок, которые она воспринимала как знак того, что он помнит о ней и ее хочет, Элиссу бросало в жар.

Время шло, и обстановка за столом постепенно стала меняться. Антония, к примеру, прервала беседу с сестрами и переключилась на разговор с Седжмором. Переговоры, которые они вели интимным шепотом и с весьма загадочными лицами, привлекли внимание Элиссы, решившей, что эти двое стоят друг-друга и, в общем, образуют весьма гармоничную в своем роде пару.

Чем дольше она об этом думала, тем более плодотворной казалась ей эта мысль. Мистер Седжмор был богат и владел недвижимостью, Антония же принадлежала к местной знати и, кроме того, могла принести мужу неплохое приданое.

Желание устроить личную жизнь мисс Норберт появилось у Элиссы после того, как она узнала, что та приставала к ее мужу. Не то чтобы она боялась, что Ричард поддастся на уловки Антонии, но, как говорится, береженого Бог бережет.

Поглядывая на Антонию и замечая красноречивые взгляды, которые она иногда бросала на Ричарда, Элисса злорадно думала о том, что из них двоих счастье быть женой сэра Блайта выпало ей, Элиссе, и, когда закончится вечер, он уйдет с ней, а вовсе не с этой наглой амазонкой.

Впрочем, ее мысли были заняты не одной только Антонией. Элисса до сих пор не сказала Ричарду о своей беременности. Собиралась сказать, когда он завивал ей волосы, но передумала: надо было отправляться на обед к мистеру Эсси, а ей не хотелось делиться своим самым сокровенным наспех.

Что ж, не сказала днем, скажет ночью в постели. Тогда спешить им будет некуда и ничто не помешает ей донести благую весть о своей беременности до Ричарда, а также заняться с ним после этого любовью. Элисса не сомневалась, что Ричард выразит ей свою благодарность именно таким образом.

Антония отвлеклась вдруг от беседы с Седжмором, поднялась с места и направилась в сторону клевавшей носом леди Алисии, где сидела и Элисса.

Антония была облачена в яркое, ядовито-зеленого цвета платье, а потому на ее маневры нельзя было не обратить внимания. Элисса настороженно смотрела, как девушка идет к ней. Ее взгляд ничего хорошего не предвещал, хотя она явно не хотела этого показывать.

Должно быть, подумала Элисса, Антония узнала от мистера Седжмора какую-нибудь новую сплетню, которой ей не терпится поделиться.

Без всякого вступления Антония пошла в наступление.

– Всегда приятно видеть женщину, которая счастлива в семейной жизни. Вы излучаете довольство, как корова на пастбище, – сказала девица с наглой улыбкой.

Элисса отреагировала на выпад Антонии сдержанно:

– Вы правы, мне нравится, как складывается мое второе замужество. Более того, могу сказать, что я очень счастлива.

– Надеюсь, вы будете счастливы и впредь – с таким-то мужем! – заявила Антония, расправляя плечи, как борец перед схваткой.

Элисса поняла, что мистер Седжмор не внял ее советам помалкивать насчет семейства Ричарда.

– Не сомневаюсь, что я буду с ним счастлива.

– Что ж, есть дамы, которые испытывают даже своего рода гордость от того, что их супруг пользуется повышенным вниманием у других дам. В конце концов, сэр Ричард – простите, граф Доверкорт, – как всякий уважающий себя аристократ, просто обязан иметь любовницу. Как говорится, положение обязывает, не так ли?

– И кого же вы прочите на эту роль? – спросила Элисса. – Уж не себя ли?

Антония нахмурилась:

– Я никогда не паду столь низко!

– Кто же, по-вашему, может занять это вакантное пока что место?

– Да кто угодно! – бросила Антония, придвигаясь к Элиссе еще ближе. – Разумеется, за исключением меня, моей матери и моих сестер. Скоро вся округа станет осуждать вас за то, что вы привезли сюда такого распутного человека.

– Если кто-то против возвращения Ричарда в его родные места, пусть обратится с жалобой к королю. В конце концов, наш брак устроил король Карл – близкий друг Ричарда.

– Намекаете на свои связи при дворе, Элисса Лонгберн?

– Леди Доверкорт, с вашего позволения, – хладнокровно поправила ее Элисса.

Антония одарила ее надменной улыбкой.

– Если ваш красавец муж не завел еще любовницу, не обольщайтесь: рано или поздно эго случится. Такова уж его натура. Все мы знаем его прошлое и тот тип людей, с которыми он проводил время в Лондоне Ваш муж не просто аморален – совершая аморальные поступки, он испытывает наслаждение!

Элисса устремила на Антонию ледяной взгляд.

– На вашем месте, леди Антония, я бы не открывала в присутствии порядочных людей свой ядовитый рот и держала свои глупейшие соображения относительно лорда Доверкорта при себе!

Леди Алисия, сидевшая рядом с Элиссой, засопела, вздрогнула и открыла глаза.

– Господи, что здесь происходит?

– Ничего особенного. Просто я пожелала вашей дочери спокойной ночи, – сказала с натянутой улыбкой Элисса, поднимаясь.

– И вам спокойной ночи, леди Доверкорт, – отозвалась не успевшая прийти в себя леди Алисия.

– Доброй ночи, – коротко кивнула Антония, не забыв при этом скривить губы в презрительной усмешке.

Элисса торопливым шагом направилась к мужу. Ей не хотелось, чтобы Антония окончательно испортила ей настроение, и она решила во избежание этого поскорее уехать домой.

Она не верила, что Ричард может ее предать. Конечно, пока что он не облек свои чувства в слова, но в том, что он ее любит, Элисса не сомневалась.

С другой стороны, когда Уильям Лонгберн сделал ей предложение, в его чувствах она тоже не сомневалась.

– Что случилось, моя дорогая? – спросил Ричард, посмотрев на жену сначала с удивлением, а потом с беспокойством. – Ты заболела?

– Нет, – ответила Элисса и, любезно улыбнувшись хозяину дома, произнесла:

– Дело в том, что уже довольно поздно. Мне кажется, нам пора поблагодарить мистера Эсси за чудесный вечер.

– Что ж, домой так домой, – сказал Ричард и, подозвав к себе слугу, велел подавать карету.