Клятва наемника - Мун Элизабет Зухер - Страница 54

Амброс ждал ответа. Она понимала, что ему действительно очень хочется попасть домой. Девушка размышляла, что он скажет, если она вернется за шлемом. Не подумает ли, что она струсила? Неизвестно, носит ли он сам хотя бы кольчугу. Спрашивать об этом ей было неловко. Кольчуга, которую она нашла в Проклятом лесу, не так звенела, как та, что была у нее прежде. И она подумала, что хорошая кольчуга, наверное, вообще не звенит. Она так ничего и не сказала вслух, лишь кивнула Амбросу. И они поехали по дороге навстречу утреннему солнцу.

Некоторое время все было спокойно. И Пакс решила, что не стоит все время думать о стреле, которая может быть выпущена из лесной чащи, лучше наслаждаться дорогой. Вдруг легкая дымка затуманила солнце. Небо стало серым и мрачным. Амброс нахмурился:

— Если так пойдет и дальше, то нам придется вернуться.

— Почему?

— Видите тучи с той стороны? Скоро начнется дождь, а может быть, даже пойдет снег. Мне надо было предвидеть, что сам Гед будет держать меня на привязи, как только уедет маршал.

Пакс внимательно посмотрела на него. Он выглядел несчастным.

— Амброс, в чем дело?

— Я… Я расскажу вам, Пакс. Только, пожалуйста, никому об этом не говорите. Я надеялся доехать до фермы моего отца. Я не был там уже более года, хотя до фермы менее дня пути верхом. Не знаю, увижу ли я когда-нибудь своих…

— Но если это так близко, то почему вы не…

— Потому что маршал не отпускает. То поденная работа, то тренировки, то еще что-нибудь. Мой отец приезжал, конечно, в Бреверсбридж, на рынок. Мать тоже как-то приехала, прошлой весной. Теперь они будут здесь лишь следующей весной. А мне так хотелось увидеть их хоть разок донаступления зимы! Но это была лишь глупая мечта. — Онкоротко вздохнул и развернул свою гнедую кобылу на запад.

— Но почему? Только лишь из-за того, что собираетсядождь? Я не растаю под дождем, Амброс, даже под снегом. Как далеко отсюда живут ваши родители?

Он покачал головой:

— Нет. Пакс, вы не последователь Геда, и я не могу вам все объяснить. Я пытался, но теперь понимаю, что не должен этого делать. Маршал Кедфер уехал, и я теперь отвечаю за мызу. Появившиеся на небе облака — это уже второе предупреждение; первое было в моем собственном сердце. Нужно возвращаться обратно. Я буду молиться Геду, чтобы ничего не случилось.

Тучи сгустились. Девушка слегка пришпорила лошадь и догнала Амброса.

— Неужели вы действительно думаете, что Гед послал этот дождь, потому что вы хотели увидеться с семьей? — Она недоверчиво усмехнулась.

Амброс заговорил медленно, старательно подбирая слова. Казалось, он сознательно чего-то недоговаривает.

— Нет, это, конечно, не так… Но если говорить откровенно, я не знаю, откуда взялись эти облака. Господь может давать ключи от облаков тому, кому пожелает, я уверен в этом. Маршал Кедфер поручил мне мызу. И даже если вы найдете разбойников, я не должен помогать вам сражаться с ними.

— И что, он не разрешил вам проведать семью? — продолжала упорствовать Пакс.

— Нет. Я думаю… Я думаю, он знал, что я захочу поехать к родным. Но он ни словом не обмолвился об этом, лишь объяснил мне мои обязанности. А ему следовало бы вспомнить… — Амброс явно был обижен, хотя и старался не показывать этого.

— Но вы…

Амброс посмотрел на нее таким взглядом, что дальнейшие слова застряли у девушки в горле.

— Пакс… Вы были солдатом и принимали участие во многих битвах. Вы когда-нибудь думали о смерти?

Она смотрела на него во все глаза. И была настолько удивлена, что долго ничего не могла произнести. Наконец Пакс сказала:

— Нет… Правда, некоторые мои друзья думали об этом…Иногда и меня беспокоили мысли о смерти, хотя… Не знаю, это ли вы имели в виду.

— Вы… Вы знали когда-нибудь человека, который думал об этом всерьез?

— Однажды.

Пакс было трудно говорить. Она пыталась понять, что на уме у Амброса. Когда она повернулась к нему, то увидела, что он пристально смотрит на гриву лошади, а пальцы сжимают поводья. Он заговорил так тихо, что Пакс едва слышала его слова:

— Я… Я видел сон. Борьбу… удар… и смерть. И потом — ничего. Я знаю… Я знаю, что все последователи Геда тренируются ради того, чтобы сразиться со злом в лице дьявола. Но… но, Пакс, это произошло так быстро.

Пакс вздрогнула. По лицу Амброса словно прошла волна. Из только что румяного оно становилось все бледнее и бледнее, пока не приняло безжизненное выражение, которое она так часто видела у мертвецов. Она едва смогла выдавить из себя:

— Это был лишь сон. Но не все сны становятся явью. Он кивнул и, казалось, немного успокоился.

— Я знаю. Но я думал… Я думал, мне все же лучше увидеть отца и мать. Вы считаете это слабостью и презираете меня?

— Нет. Конечно нет.

Но она почувствовала себя старше и закаленнее, чем этот юноша, который так страдал оттого, что не видел полгода своих родителей и не был около года дома.

— Мне интересно… Вы были солдатом и видели намного больше сражений, чем я. Если уж говорить честно, я никогда не сталкивался лицом к лицу с настоящим врагом.

Пакс не знала, что ему сказать. Она не любила хвастать, рассказывать о своем опыте. Она тоже часто вспоминала в последние дни родной дом, всерьез не размышляя о том, увидит ли когда-нибудь опять свою семью. Но перед ее мысленным взором не вставали никакие волнующие видения, и у нее не было никаких страхов. Пакс улыбнулась, надеясь утешить Амброса:

— Вы прекрасный воин, Амброс. И я уверена, когда придет время, вы покажете себя с самой лучшей стороны. А вы расскажете маршалу об этом сне?

— Я должен рассказать, если он еще не уехал. Да, он должен знать, если это послание дьявола. Спасибо, Пакс, что вы не посмеялись надо мной.

Они вернулись на постоялый двор к концу обеда. Пакс уговаривала Амброса составить ей компанию и поесть вместе. Она решила показать ему свитки, которые нашла в Проклятом лесу. Если она не посмеялась над угнетавшим его сном, он, возможно, не посмеется и над тем, как медленно она читает.

Пообедали они не торопясь. Время уже клонилось к вечеру, когда Пакс поднялась к себе в комнату за свитками. Она взяла их и уже собиралась спуститься в общий зал, как вдруг услышала какие-то крики на улице. Девушка тут же бросилась к окну.

Возбужденная толпа окружила залитого кровью мужчину, который сидел на толстом оседланном муле. Пакс увидела, что из дверей гостиницы выскочил Амброс, следом за ним бежали Хеббинфорд и еще несколько человек. До девушки донеслись крики:

— Разбойники! Разбойники! Караван ограблен! Мужчина, сидевший на муле, покачивался из стороны в сторону. Двое из толпы подхватили его и потащили к гостинице. Пакс увидела в толпе рыжеволосую головку Севри. Девочка взяла мула за уздечку и повела к конюшне. Больше Пакс ждать не стала. Она выскочила из комнаты и понеслась вниз по лестнице.

Хеббинфорд и Амброс склонились над раненым. Он полулежал на стуле, рядом с камином. Одежда его была разорвана и залита кровью. Пакс увидела среди громко обсуждавших последние новости постояльцев человека в черном. Он стоял позади остальных, спокойно прислонившись к стене. Мужчина встретился с ней взглядом и улыбнулся. Пакс почувствовала раздражение оттого, что краснеет. Амброс тоже увидел ее.

— Пакс, хорошо, что вы здесь. Подойдите, пожалуйста. Пакс двинулась через толпу, ловя любопытные взгляды.

Она заметила, что к Амбросу здесь относились с большим уважением, по крайней мере так было в отсутствие маршала.

— Что случилось? — спросила она.

— Этот человек говорит, что он был погонщиком каравана, который выехал отсюда утром. На западной дороге на них напали разбойники, и все охранники были убиты.

Пакс посмотрела на раненого. Это был коренастый загорелый мужчина среднего роста. Ей не терпелось узнать, в каком именно месте западной дороги их ограбили. Амброс задавал вопросы, но ответы были еле слышны. Раненый был чрезвычайно напуган. Хеббинфорд стал выпроваживать всех из комнаты. Он распорядился, чтобы о случившемся доложили мэру.