Клятва наемника - Мун Элизабет Зухер - Страница 51

К удивлению девушки, лошадь повела себя не хуже, чем в предыдущие дни. Когда Пакс закончила чистить ее и повернулась, чтобы взять седло, она увидела киакдана.

— Вы хорошо с ней ладите. А вам удалось уже вылечить раны, которые у нее были? — спросил он.

В голосе киакдана Пакс не заметила ничего, кроме вежливого интереса. Девушка положила руку на спину лошади, стараясь успокоиться. Она не ожидала так быстро увидеть киакдана; и его неожиданное появление напугало Пакс.

— Сэр, рот у нее зажил быстро, но глубокие ссадины на задних ногах не проходят, и я не знаю, как мне с этим справиться.

— Давайте я посмотрю.

Киакдан дотронулся до лошади, она ничуть не встревожилась и не вздрагивала даже тогда, когда он ощупывал своими сильными руками ее задние ноги. Нащупав рану, киакдан сказал:

— Она поранилась о веревку или проволоку. Порез довольно глубокий. Неудивительно, что ей больно, когда дотрагиваешься до этого места. Рана почти зажила, но рубец немного затрудняет ее движения. Вы не замечали, что она иногда с усилием волочит эту ногу?

Пакс покачала головой:

— Сама я этого не замечала, но маршал Кедфер говорит, что такое бывает.

— Хм. Возможно, я смогу помочь ей.

Пакс не заметила, чтобы он делал что-то особенное. Киакдан просто накрыл ладонью рубец на ноге у лошади и держал так руку довольно долго. Потом он положил ее на другую ногу животного. Через некоторое время он выпрямился и сказал:

— А теперь я хочу посмотреть, как вы ездите верхом.

Пакс испугалась. А вдруг он сделал так, что лошадь начнет становиться на дыбы и брыкаться? Или вообще убежит? Девушка вполне допускала это. Или киакдан начнет критиковать все то, чему научил ее маршал Кедфер? Собственные руки показались ей неуклюжими, когда она выравнивала седло на спине у лошади и подтягивала подпругу. Наконец все было готово. Нужно было садиться верхом. Кобыле передалось напряжение Пакс, уши у нее подрагивали, но животное стояло спокойно, пока девушка усаживалась в седле.

Наконец лошадь тронулась. Пакс дважды объехала на ней двор перед конюшней, потом сделала несколько кругов вокруг навозной кучи. Посмотрела на киакдана. Жестами он предложил ей выехать на улицу. Пакс кивнула в ответ и направила кобылу к воротам.

Киакдан повел их к городской окраине, в восточном направлении. Пакс следовала за ним, черная лошадь ступала послушно. Он повернулся, когда девушка на лошади догнала его.

— Мне кажется, вы добились больших успехов. Поезжайте вперед и возвращайтесь обратно, когда доедете до лесной опушки, — сказал он.

Пакс пустила лошадь медленной рысью, остановилась и повернулась обратно там, где он просил.

— Теперь рубцы ее уже не беспокоят. Она двигается легче. Вы чувствуете это? — спросил киакдан.

— Мне кажется, она скачет более уверенно.

— Да, она сможет теперь выполнять те маневры, которым маршал хотел обучить вас. Плохо только, что они пригодны лишь для сражения. Я буду счастлив, если у вас все получится. Лишь бы не было риска для вас и для лошади. Но вы, как мне кажется, без этого не сможете. Что ж, желаю вам всего хорошего, Паксенаррион. Вы можете приезжать ко мне еще, если захотите; у вас определенный талант ухода за животными. Только не делайте больше ничего такого, в чем могли бы потом раскаиваться.

Он помахал ей на прощание рукой и пошел в сторону леса. Пакс смотрела ему вслед, пока он не скрылся в чаще. Затем она подняла поводья и впервые поехала на мызу по улицам. Теперь ей нечего было бояться: лошадь чутко прислушивалась к малейшему ее движению и тут же повиновалась хозяйке.

Глава XIII

В следующие несколько дней Пакс ездила верхом по дорогам на окраинах города, исследуя тропинки, ведущие к фермам. Все это могло пригодиться в дальнейшем.

Но пока ничего подозрительного она не замечала. Она ведь не знала, что конкретно ей нужно искать. Но по крайней мере необходимо было изучить окружающую город местность.

Ландшафт здесь был богаче, чем вокруг Трех Пихт. У многих фермеров имелись большие сады с яблоневыми и грушевыми деревьями; на полях они выращивали пшеницу, ячмень и овес. Свекла, лук и другие овощи росли практически в каждом огороде. Пакс видела свиней, здоровенных быков с желтыми глазами, гладкие, откормленные барашки с загнутыми рогами паслись на пастбищах, лениво пощипывая травку.

Однажды днем, возвращаясь в Бреверсбридж по западной дороге, она впервые нашла зацепку, которая могла бы вывести на след разбойников. Садившееся у нее за спиной солнце бросало длинные тени впереди. Косые лучи вдруг высветили что-то яркое на стволе дерева, стоявшего за дорогой. Девушка тут же направилась в ту сторону, почувствовав тревогу.

Когда она подъехала ближе, то поняла, что это была лишь узкая зарубка — из разреза на темной изборожденной коре на солнце белела бледная древесина. Пакс остановила лошадь и нахмурилась. Она уже слышала о таких знаках — разведчики в отряде герцога владели целой системой отметок на деревьях и придорожных скалах. Но она представить себе не могла, что обозначает этот разрез, если он действительно что-то обозначал.

Она повернула кобылу и сделала полукруг по лесу, недалеко от того места, где стояло помеченное дерево. Ничего, кроме небольшой тропинки, которая обрывалась в нескольких ярдах от дороги. Она опять выехала на обочину и задумалась. Тропинка? Но почему она обрывается так неожиданно? Пакс видела и другие, но они пересекались с дорогой. Она вытянула шею и стала внимательно всматриваться в стоявшие в молчании деревья. По-прежнему ничего.

Пакс подумала было уже о том, чтобы вернуться к этой странной тропинке, но потом решила проехать дальше, как будто она ничего и не находила. Когда она уже повернула к городу, то услышала неподалеку, справа от себя, какой-то странный звук. По все видимости, это созывал свое стадо пастух. Но, может, это был и кто-то другой.

В тот вечер опять должны были проходить состязания на мызе. Пакс быстро съела порцию супа в переполненном общем зале постоялого двора и поднялась в свою комнату, чтобы переодеться. Когда она спустилась по лестнице, ее окликнул высокий молодой человек, которого она заметила здесь еще в первый день своего пребывания:

— Леди Пакс! Вы собираетесь на состязания? Пойдемте вместе с нами, не возражаете?

Он широко ей улыбался. Двое других, которых Пакс помнила, но очень смутно, с той ночи, когда она впервые попала на состязания, тоже приветливо улыбались ей.

Пакс кивнула в ответ. Ей было интересно, кто они.

Тот, который окликнул ее, представился:

— Меня зовут Мал Аргонист. Я служу здесь лесником с тех пор, как уехал мой брат. Я видел вас в тот день, когда вы сюда приехали.

— Амиси, мое поместье находится к востоку отсюда, за лесом, там, где начинаются поля, — представился его темноволосый товарищ.

— Адган. Я работаю у Амиси, — кивнул третий, рыжеволосый.

— Он мой старший пастух.

— Они учатся искусству владения мечом. Я говорил, что можно использовать и боевой топор, но… — начал было Мал.

— Мал, сделай милость, не надо об этом…

— О чем? — спросила Пакс.

— Видите ли, Мал думает, что каждый может сражаться топором. Может быть, имея такой рост, как у него, это и удобно, но…

— Вы имеете в виду — в строю?

Пакс пыталась представить это. Она знала, что некоторые рыцари сражались маленькими топориками, но она никогда не слышала, что их можно использовать в пешем строю.

— Да нет, необязательно. Просто это хороший вид оружия, и им нужно уметь пользоваться. Я, например, убил топором волка, — пояснил Мал.

— Боевым топором? — Пакс с удивлением посмотрела на него.

— Да. Им только нужно размахивать из стороны в сторону, как это делает господин кузнец своим молотом. Вот и все. И топор, кстати, не ломается, как меч.

Пакс пристально посмотрела на парня. Если бы она увидела его в какой-нибудь таверне в Ааренисе, то посчитала бы неотесанной деревенщиной. Он был на два пальца выше ее и похож на бочку из-под эля. И что ж тут удивительного? Она видела, как он осушал целую кружку одним глотком. И тем не менее его походка была не такой, как у пьяницы, а мускулы были хорошо развиты на массивных руках.