Свадебный камень - Морси Памела - Страница 42

— Но он получает деньги за свою работу, — ответила Мегги. — Он вовсе не собирает эту коллекцию ради собственного удовольствия.

— Самое лучшее — забирай у него наличные деньги и зашивай в матрас, — посоветовала Бьюла Уинслоу. — Мужчины совершенно не умеют обращаться с деньгами!

— У Ро хватает здравого смысла на все, — сказала Мегги. — Любая женщина будет счастлива с ним.

— Не знаю, как всем, но тебе уж точно повезло, — сказала Бьюла Уинслоу, приметывая на место неровный лоскуток ткани. — Все знают, какая из тебя плохая кухарка. Если его это не волнует, значит, он действительно терпеливый и всепрощающий человек!

Женщины захихикали. Но Лесси Филлипс отчитала Бьюлу.

— Не волнуйся об этом, Мегги! — сказала она. — Ты знаешь, что твой муж — мужчина хоть куда, и это останется с тобой даже в самые худшие для тебя времена. И ты всегда будешь утешаться мыслью, что он женится на тебе не ради того, чтобы избавиться от забот о еде и хозяйстве!

Женщины кивнули в знак согласия.

— Я дам тебе один совет, — сказала Уила Пиз, вдевая нитку в иголку. — Как только выходишь замуж, появляется соблазн перестать следить за собой. — Пожилая женщина бросила многозначительный взгляд на свою невестку Руфь, которая со времени появления на свет Сиднея стала сильно раздаваться в бедрах. — Даже если мужчина знает, что ты можешь выглядеть не столь привлекательно, как до свадьбы, это вовсе не означает, что он постоянно хочет видеть тебя такой.

Руфь оторвала конец нити и бросила убийственный взгляд на свекровь.

— У Руфи фигура ее матери, — встала на защиту бабушка Пигготт. — Твой сын видел мать до того, как увидел дочь. Если он намерен жаловаться, ему не следовало бы в свое время говорить «да».

— От моего сына никогда не услышишь и слова жалобы, — возразила Уила.

— Вот и хорошо, — ответила бабушка. — Раз его это не волнует, у тебя тоже нет причин волноваться по этому поводу!

Решительно поставленная на место, Уила сосредоточила все внимание на крошечных стежках. Мегги перехватила благодарный взгляд Руфи, адресованный старой женщине.

Ловко меняя тему разговора, бабушка повернулась к Мегги и спросила, знает ли та, как определить, беременна она или нет.

Слегка задохнувшись от ее слов, Мегги смущенно ответила:

— Это когда не наступают месячные…

Женщины кивнули.

Бабушка все же считала необходимым просветить ее:

— Как только ты начнешь просыпаться по утрам с тошнотой, скажи мужу, чтобы он плавал в холодном ручье. Когда носишь ребенка, не следует выбивать пух из матраса чаще одного раза в неделю.

Женщины, склонившись над шитьем — и молодые, и старые — засмеялись, поддерживая разговор на столь щекотливую тему.

— И еще одно старое правило, — серьезно заметила Дори Макниз, кузина Бьюлы. — До тех пор, пока твой муж не забывает, что нужно действовать нежно и осторожно, когда ты в положении, — сказала она Мегги, ободряюще похлопывая ее по руке, — можете позволять себе все мыслимые и немыслимые удовольствия, все, что пожелаете, до самых родов. Бабушка фыркнула.

— «Помнит о нежности и осторожности!» — Она покачала головой. — Я не знаю сегодняшних молодых людей. Но я никогда не слышала, чтобы мужчина помнил свое имя, когда у него что-то там твердеет, как кочерга, и он сгорает от нетерпения!

Женщины от души расхохотались.

Вспыхнув ярким румянцем, Мегги все же бросилась на защиту Ро.

— Мистер Фарли всегда нежен и заботлив, — решительно заявила она.

Бабушка приподняла бровь.

— Вот это меня удивляет, детка! — Старая женщина отошла от рамки, вытащила из кармана трубку и принялась разжигать ее. Хотя Мегги никогда не позволяла курить в доме, она даже не попыталась остановить бабушку Пигготт. — Этот Фарли напоминает мне моего мужа, упокой Господь его душу, — продолжала она. — Оба спокойные и рассудительные. Долго все обдумывают, но если приняли решение, то становятся непреклонными. Мой Пигготт был нежным парнем, как и твой — в дневное время. Но Боже милосердный, как только я задувала свечу, он сбивал простыни так, как будто это были клочки тряпок!

Женщины взвизгнули от восторга и захлопали в ладоши. Мегги, помнящая мужа бабушки спокойным, седобородым старцем, была просто потрясена.

— Бабушка Пигготт, тебе должно быть стыдно! — смеясь, проговорила Бьюла. — Взгляни на эту малышку! Боже, Мегги я и представить не могла, что твои щеки могут быть такими красными! Как будто ты целый день пахала на солнце без шляпы.

— Ну, она-то замужем чуть больше недели, — Уила гнусно захихикала. — Этот парень из города, возможно, все еще убеждает ее, что у него всего лишь горячий перчик, который делает это!

Непристойные разговоры замужних женщин привели Мегги в полнейшую растерянность. Даже сейчас, спустя несколько дней, Мегги вспыхнула от одного только воспоминания о том, что говорили эти насмешницы. И снова мысленно перенеслась в совсем недалекое прошлое…

Когда мужчины вернулись с поля, бабушка проверила, как заложен фундамент новой постройки к хижине. Мегги решила, что Ро отнесся на удивление спокойно и даже добродушно к предложенному отцом проекту возведения стен и крыши. При помощи сильных рук Джесси и мудрых указаний Анри небольшая пристройка, поднимающаяся позади их хижины, как оказалось, почти вдвое превысила по площади жилище, которое они занимали.

Едва Джесси и Ро уложили бревна на настил, как сразу же установили кровать в пустом помещении, которое должно было стать их комнатой.

— Нам надо было убедиться, что она поместится в комнате. — Объяснил Ро. — Думаю, теперь я буду спать здесь. Лучше спать на свежем воздухе, чем на чердаке.

Мегги понимающе кивнула.

— Джесси будет мне рассказывать, как называются звезды, пока я не захраплю при лунном свете, — добавил Ро, дружески хлопая приятеля на спине.

— Я ничего не имею против чердака, — ответил Джесси. — Эта новая кровать — для тебя и Мегги.

Мегги вспыхнула. Ро поперхнулся. Анри нервно откашлялся.

Другой реакции на заявление Джесси не последовало. Как, впрочем, и на все другие замечания о браке, свадьбах и кроватях — с того дня, как Ро и Мегги устроили этот дурацкий обман.

Мегги еще раз встряхнула котел с синей жидкостью. Ткань внутри, казалось, уже достаточно окрасилась, поэтому девушка сняла все с огня и сгребла угли.

Безо всякого желания Мегги отправилась расстилать на полу свой тюфяк. Что бы там ни было, но мысли и разговоры о женщинах и мужчинах, об отношениях между ними, особенно частые за последние недели, воспламенили ее воображение и разбудили какие-то новые, неизвестные чувства.

Мегги совершенно не хотелось ложиться на матрас и закрывать глаза, но тянуть она уже не могла. Скоро рассвет, и ей надо выспаться и набраться сил, если она намерена и дальше держать свои сомнения при себе и делать вид, что ничего не происходит.

Мегги устало вытянулась и закрыла серо-голубые глаза. И как только она сделала это, вернулись те же самые мысли — и опять о нем — о ком же еще? «Грезы любви» — называла их Мегги. Они были сладкими и дурманящими, и она одновременно страшилась и страшно желала их. Ей хотелось почувствовать силу рук Ро, обнимающих ее за талию. Она не могла забыть, как он смотрел на нее, когда она мылась. Этот взгляд… Крепко зажмурившись, Мегги попыталась отогнать прочь воспоминания.

Она глубоко вздохнула, перевернулась на живот и закрыла лицо ладонями, желая побыстрее уснуть. Но, лежа в тишине, Мегги заметила, что все время прислушивается. Ро с Джесси еще не вернулись с ночной охоты, если только они не прошли за хижиной, и не лежат себе преспокойно в новой кровати. Мегги напрягла слух, пытаясь уловить храп Джесси, но все было спокойно.

Напротив, храп отца был оглушающе громким, и, непонятно почему — ведь она слышала этот храп всю жизнь! — сейчас он не давал Мегги заснуть.

Отчаявшись, Мегги встала, не зажигая свечу, открыла дверь и вышла на крыльцо. Воздух на улице был чистым и ясным, яркие звезды мерцали над вершинами гор.