Чародей поневоле (сборник) - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 200

Гвен улыбнулась сквозь слезы.

— Знаешь что… Если и были у меня сомнения, то теперь они развеялись окончательно. Ты точно исцелен.

— Папа! — хором воскликнули все трое детей и со всех сторон облепили отца.

Он обнимал их, похлопывал по спинам, гладил, а они от радости чуть было не повалили его.

— Ну, дети, все, все, не бойтесь. Папочке было плохо, а теперь он жив и здоров. Гвен, пригляди за Элидором, ладно? Нам нельзя снова потерять его… Да говорю же вам, я жив и здоров!

— Верно,— выдохнула Гвен. Глаза ее сверкали.— Отец Эл исцелил вашего отца.

— О нет. Он сам себя исцелил,— покачал головой священник,— Я только подсказал ему, что делать.

Род притих.

Затем он нежно отстранил детей.

— Хотите сказать, что это я произвел собственное чудесное исцеление?

— Ну…— Отец Эл развел руками,— Мы всего лишь установили, что то, чего вы пожелали, произошло.

— Верно, установили,— кивнул Род.— Вы уже готовы сформулировать гипотезу, святой отец?

— Н-нет,— отозвался священник и поджал губы,— Но я все ближе и ближе к этому…

— Вы и мой робот — близнецы-братья,— вздохнул Род и поднялся на ноги.— Он ни за что не выскажет предположения до тех пор, пока оно не превратится в установленный факт. Послушайте, я теперь не чувствую даже зуда от уколов, которыми меня прошлой ночью осыпали фейри!

— Интересно,— прошептал отец Эл.— А как насчет старых шрамов?

— Гм… А это мысль, между прочим.— Род взглянул на Гвен.— Ночью выясним, дорогая.

Гвен покраснела и объяснила священнику:

— Некоторые его шрамы под одеждой — в таких местах, где так не видно.

— Я всегда был поборником христианских браков,— решительно проговорил отец Эл.— Итак! Если теперь у нас все в порядке, не вернуться ли нам в церковь? Мне ведь нужно вернуть взятый напрокат алтарный камень.

— Да, я тоже не вижу причин долее здесь задерживаться,— кивнул Род, обвел взглядом округу и помрачнел,— Эй, Магнус, ты что делаешь?

— Да так, подбираю кое-что,— Мальчик выпрямился и показал отцу длинный клык,— Можно я заберу вот это как трофей, пап?

— Что? От этого страшилища остался зуб? — поежился Род.— Но неужели тебе хотелось бы вспоминать о нем, сынок?

— Не знаю, папа,— Магнус едва заметно выпятил подбородок,— Но почему-то мне кажется, что клык этот надо забрать.

Род сдвинул брови и на несколько мгновений задержал взгляд на сыне.

— Что ж, в чутье тебе не откажешь — это мы давно знаем. Ладно, забирай, но заверни понадежнее, а как только будет возможность, протри спиртным.

— Ладно, пап,— Магнус просиял и вынул из кармана жилета тряпицу. Когда-то она была носовым платком.

Род обернулся к Гвен:

— Ты готова тронуться в путь, милая?

— Да,— Гвен подобрала с земли помело.

— Я тоже,— Отец Эл подошел, держа под мышкой аккуратно завернутый алтарный камень. Он посмотрел вверх, на башню.— Как думаете, кто теперь разместит здесь гарнизон — герцог Фуаден или лорд Керн?

— Кто раньше доберется, тот и разместит,— Род отвернулся.— Честно говоря, святой отец, сейчас я бы предпочел увидеть, как эта треклятая башня на куски разлетается! — Сказав это, он тут же резко обернулся и строго проговорил, обращаясь к Магнусу, у которого уже глазки засверкали: — Даже не думай!

Выйдя из леса, они подошли к боковому входу в церковь, когда садилось солнце. Род обвел взглядом деревушку и нахмурился.

— Что-то тихо, а?

— Сейчас время ужина,— предположила Гвен.

— Вообще день сегодня необычный выдался.— Отец Эл постучал в дверь,— Несомненно, святой отец нам все объяснит.

Дверь чуть-чуть приоткрылась, показался один глаз и клок бороды. Затем глаз округлился и дверь открылась шире.

— Вы… живы?

— А вы сомневались? — Отец Эл улыбнулся и протянул священнику алтарный камень.— На нашей стороне был святой мученик!

Старичок священник радостно взял у него камень, но было видно, что он не очень верит, что камень настоящий.

— А Красная Шапка? Он мертв?

— Во всяком случае, он исчез,— улыбнулся Род.— И не думаю, что вернется.

— Нет-нет, они никогда не возвращаются, если их одолеть,— это у фейри заведено! — Старик священник испустил долгий вздох облегчения.— А мы слышали грохот в горах, вот и попрятались. Тут, в церкви, я и половина прихода — молимся Господу, чтобы он даровал вам спасение.

— Вот вам и объяснение моего скорого исцеления,— сказал Род, скосив глаза в сторону отца Эла,— Оказывается, у меня было подкрепление.

— Интенсивное энергетическое поле, от которого можно было почерпнуть силу? — Монах поджал губы.— Вероятно…

— Да вы хоть понимаете, что вы сделали? — воскликнул священник— Бывало, мимо нас в ту сторону проезжали караваны, целые войска! И никто не осмеливался соваться туда уж десять лет — с тех самых пор, как войско короля сунулось туда, да ничего у них не вышло!

Род вытаращил глаза. Потом, производя нечленораздельные звуки, он несколько раз ткнул указательным пальцем в сторону перевала.

— Так вы… вы хотите сказать…— наконец обрел способность членораздельно выражаться Род.— Вы хотите сказать, что этот поганец и был тем злым духом, что не давал лорду Керну выбраться с северо-запада через горы?

— Ну да,— кивнул священник,— Так оно и было.

Род сжал пальцы в кулаки, чтобы никто не увидел, как они дрожат. Затем ему пришлось сжать и зубы, поскольку они немилосердно стучали.

Старенький священник изумленно заморгал и посмотрел на отца Эла.

— Что, не надо было ему говорить?

— О нет, все хорошо, все просто замечательно! — горячо возразил Род.— Я просто… радуюсь, что вы мне об этом не рассказали до того, как мы отправились к башне! 

 Глава двадцать вторая

Той ночью стоянку устроили на берегу горного ручья. Когда пойманная форель была доедена, а оставшиеся кости зарыли в землю, когда дети и отец Эл улеглись, завернувшись в одеяла, которыми своих спасителей одарили крестьяне, Гвен прижалась к плечу Рода, не спуская глаз с костра.

— Теперь ты поведешь нас на северо-запад, муж мой.

Род пожал плечами.

— Почему бы и нет? Я почему-то уверен, что нам лучше двигаться, чем сидеть на месте. Так или иначе, нам надо добраться до лорда Керна. Правда, зачем, не понимаю,— добавил он, подумав.— С тем же успехом мы могли бы не трогаться с места и ждать, когда он перевалит через горы.

— Это верно. Скорее всего, он поведет через перевал все свое войско, чтобы отобрать власть у герцога Фуадена.— Взгляд Гвен скользнул к спящим детям.— Среди них должен был бы быть еще один, муж мой.

— Да, должен,— вздохнул Род, и сердце его сжалось от тоски по малышу.— Но не забывай, милая, ему лучше там, где он сейчас.

— О, если бы я могла быть в этом уверена, когда король и аббат готовы развязать войну! — Взгляд Гвен вдруг приобрел отстраненность. Она напряглась.— Я снова слышу его мысли?

— Чьи? Грегори?

— Да. Это прикосновение его сознания. О, дитя мое!.. Он жив и здоров, как будто. Не грусти, мой маленький, твоя мама и твой папа так хотят вернуться к тебе, хотят так же сильно, как ты хочешь, чтобы мы вернулись! Его прикосновение стало сильнее, Род!

Сильнее? Род непонимающе сдвинул брови. С чего бы это? Не могли же вселенные сблизиться?

— И еще Векс… Вот… Это его слова…— Гвен нахмурилась, сосредоточилась.— Я его никогда хорошо не понимала… Так… Что-то про доктора Мак Арана, про создание странного устройства… О короле, королеве и Церкви… Южные бароны заявили, что они не могут сражаться со Святой Церковью, что это против их убеждений… Северные бароны выслали к Туану пеших и рыцарей… А аббат обратился с воззванием ко всем дворянам и призывает их взяться за оружие, поднять народ и сразиться с тиранией, которая грозит Святой Церкви!

Род застонал.

— Они там точно гражданскую войну устроят! Конечно, южные лорды готовы воспользоваться любым моральным оправданием и нарушить клятву верности Туану… И поддержку народа вдобавок не утратят.