Элрик — Похититель Душ (сборник) - Муркок Майкл Джон - Страница 131

Элрик, слегка раздраженный этой демонстрацией неторопливости, нетерпеливо сказал:

— Прости меня, Сепирис, но ты обещал передать нам послание.

— Да, — сказал Сепирис, — но столько всего нужно мне сообщить тебе, что я прежде должен собраться с мыслями. — Он задумался, устраиваясь поудобнее на стуле. — Мы знаем, где находится твоя жена, — сказал он наконец. — И знаем, что она в безопасности. Ей не причинят никакого вреда, потому что она должна быть обменена на кое-что, находящееся в твоем владении.

— Тогда расскажи мне все, — нетерпеливо потребовал Элрик.

— Мы были в дружбе с твоими предками, Элрик. И мы были в дружбе с их предшественниками — с теми, кто выковал твой меч.

Элрик, несмотря на тревогу, слушал с интересом. В течение многих лет пытался он избавиться от рунного меча, но ему это не удавалось. Все его усилия не давали никакого результата, и ему приходилось снова и снова прибегать к помощи меча, хотя в последнее время он поддерживал свои силы в основном с помощью снадобий.

— Ты хочешь избавиться от своего меча, Элрик? — спросил Сепирис.

— Да, это хорошо известно.

— Тогда послушай, что я тебе расскажу. Мы знаем, для кого и для чего был выкован этот меч и его близнец. Они были выкованы для особой цели и для особых людей. Они могут принадлежать только мелнибонийцам — и только мелнибонийцам королевской крови.

— В мелнибонийской истории и легендах ничего не говорится об особом назначении этих мечей, — сказал Элрик, подавшись вперед.

— Некоторые тайны лучше хранить вдалеке от людских ушей, — спокойно сказал Сепирис. — Эти мечи были выкованы, чтобы уничтожить группу очень сильных существ. И среди них — Мертвые Боги.

— Мертвые Боги… Но уже из одного их имени ясно, что они погибли много веков назад.

— Да, они погибли — как ты сказал. По человеческим представлениям они в самом деле мертвы. Но они сами решили умереть, чтобы избавиться от своей материальной оболочки, и отправили свою жизненную субстанцию подальше в черноту вечности, потому что в те дни они были исполнены страха.

Элрик не имел представления о том, что рассказывал ему Сепирис, но он принимал сказанное и с интересом слушал.

— Один из них вернулся, — сказал Сепирис.

— Зачем?

— Чтобы любой ценой заполучить две вещи, которые угрожали ему и его товарищам-богам. Где бы ни находились Мертвые Боги, эти вещи продолжали оставаться опасными для них.

— И что это за вещи?..

— На земле они имеют вид двух мечей — волшебных мечей, испещренных рунами. Это Утешитель и Буревестник.

— Вот он, Буревестник. — Элрик прикоснулся к клинку. — Только почему боги боятся его? Второй же меч отправился в Лимб вместе с моим кузеном Йиркуном, которого я убил много лет назад. Он навсегда утрачен.

— Это не так. Мы вернули его. В этом была воля судьбы. Меч здесь, в Нихрейне. Эти клинки были выкованы для твоих предков, которые с их помощью и изгнали Мертвых Богов.

Их ковали кузнецы не из рода человеческого, и они тоже были врагами Мертвых Богов. Эти кузнецы вынуждены были сражаться со злом посредством зла, хотя сами они и принадлежали не Хаосу, а Закону. Они выковали эти мечи по нескольким причинам, но в первую очередь — чтобы избавить мир от Мертвых Богов.

— А что за другие причины?

— Ты узнаешь о них в надлежащее время, ведь наши отношения не прервутся до тех пор, пока не исполнится воля рока. Мы не можем до времени говорить о других причинах. У тебя, Элрик, непростая судьба. Я тебе не завидую.

— А что за послание у тебя для нас? — нетерпеливо спросил Элрик.

— Из-за потрясений, вызванных Джагрином Лерном, один из Мертвых Богов смог вернуться на землю. Я тебе уже говорил об этом. Он собрал вокруг себя приспешников, которые и похитили твою жену.

Элрик почувствовал, как его охватывает беспробудное отчаяние. Неужели он должен вступить в противостояние с такой силой?

— Зачем?

— Дарнизхаану известно, что значит для тебя Зариния. Он хочет выменять ее на два меча. Мы же в этом деле только выполняем поручения. Мы должны отдать меч, находящийся у нас на хранении, Дивиму Слорму, если он попросит об этом. Ведь он по праву рождения принадлежит к королевскому роду. Условия Дарнизхаана просты. Он отправит Заринию в Лимб, если не получит мечей, угрожающих его жизни. Ее смерть — если это можно назвать смертью — будет неприятной и вечной.

— А если я соглашусь с его условиями, то что случится тогда?

— Тогда вернутся все Мертвые Боги. Этому препятствует только сила мечей.

— А что случится, если Мертвые Боги вернутся?

— Хаос даже без Мертвых Богов грозит покорить всю планету, но если они вернутся, то Хаос станет непобедим, а его победа — незамедлительна. Зло распространится по миру. Хаос погрузит землю в ад ужаса и разрушения. Ты уже вкусил того, что может случиться, а ведь Дарнизхаан едва успел вернуться.

— Ты говоришь о поражении армии Йишаны и победе Саросто и Джагрина Лерна?

— Именно об этом. Джагрин Лерн заключил договор с Хаосом — со всеми Владыками Хаоса, не только с Мертвыми Богами, — потому что Хаос страшится планов судьбы относительно будущего Земли и пытается воспрепятствовать этому, захватив власть на нашей планете. Владыки Хаоса достаточно сильны и без помощи Мертвых Богов. Дарнизхаан должен быть уничтожен.

— Передо мной невозможный выбор, Сепирис. Если я отдам Буревестник, то, наверно, смогу выжить на травах и снадобьях. Но если я отдам его, чтобы вернуть Заринию, то Хаос развернется в полную силу, и у меня на совести будет лежать чудовищное преступление.

— Кроме тебя, никто не сможет сделать этот выбор.

Элрик погрузился в размышления, но выхода найти не смог.

— Принеси второй клинок, — сказал он наконец.

Сепирис вернулся к ним некоторое время спустя с вложенным в ножны мечом, который внешне почти не отличался от Буревестника.

— Так что, Элрик, ты получил объяснение пророчеству? — спросил он, не выпуская из рук Утешитель.

— Да, вот он — брат ноши роковой. Но последняя часть — куда мы должны направиться?

— Я тебе скажу, когда настанет время. Хотя Мертвые Боги и силы Хаоса знают, что у нас второй меч, им неизвестно, кому мы служим на самом деле. Мы служим судьбе, как тебе это уже известно, а судьба сплела для этой Земли такую ткань, которую нелегко изменить. Однако изменить ее все же можно, и наша задача в том, чтобы это не произошло. Тебе предстоит пройти испытание. В зависимости от того, как ты себя проявишь, по какому пути пойдешь, мы по твоем возвращении в Нихрейн примем решение, что нам следует тебе сообщить.

— Вы хотите, чтобы я вернулся в Нихрейн?

— Да.

— Дай мне Утешитель, — не раздумывая сказал Элрик.

Сепирис протянул ему меч, и у Элрика оказалось по мечу в каждой руке, а он словно взвешивал, какой ему предпочесть. Оба меча, казалось, постанывали, узнав его, оба питали энергией его тело, и ему уже стало казаться, что он и сам выкован из стали.

— Я всегда считал, что они наделены силой, которая гораздо мощнее, чем мне кажется. Есть одно качество, которым они обладают, когда находятся рядом, и этим качеством мы сможем воспользоваться в нашей борьбе с Мертвыми Богами. — Он нахмурился. — Но об этом потом. — Он уставился на Сепириса. — А сейчас скажи мне, где найти Дарнизхаана?

— В долине Ксаньяу в Мииррне.

Элрик протянул Утешитель Дивиму Слорму, и тот осторожно взял его.

— Так какой ты сделаешь выбор? — спросил Сепирис.

— Кто знает? — с горькой бесшабашностью сказал Элрик, — Может, Мертвых Богов можно победить… Но вот что я тебе скажу, Сепирис. Если я смогу, то этот бог пожалеет о своем возвращении, потому что он совершил единственное, что могло разгневать меня так сильно. А гнев Элрика из Мелнибонэ и его меча Буревестника может уничтожить мир!

Сепирис поднялся со стула, брови его взметнулись вверх.

— А богов, Элрик? Богов он может уничтожить?

 Глава пятая

Элрик, похожий на гигантское пугало — худой и неподвижный, сидел на мощной спине нихрейнского жеребца. Его мрачное лицо превратилось в маску, скрывающую все чувства, а малиновые глаза горели в глубоких глазницах, словно угли. Ветер трепал его волосы, но он сидел ровно, глядя перед собой, рука с длинными пальцами покоилась на эфесе Буревестника.