Элрик — Похититель Душ (сборник) - Муркок Майкл Джон - Страница 130

Они увидели всадника, скачущего по долине, и стали ждать его приближения. К их удивлению, всадник оказался Орозном, на котором была новая одежда из волчьей и оленьей шкур. Он дружески приветствовал их.

— Я вас искал, но не смог найти. Видимо, вы пошли более трудной дорогой, чем я.

— Откуда ты идешь? — спросил Элрик. Его лицо выглядело измученным, кожа натянулась, еще больше подчеркивая высоту скул. Сверкающие красные глаза делали его больше, чем когда-либо, похожим на волка. Мысли о Заринии не давали ему покоя.

— Тут неподалеку есть поселение. Идемте, я вас отведу туда.

Некоторое время они ехали следом за Орозном, а день тем временем клонился к вечеру, и, когда они добрались до противоположного края долины, заходящее солнце освещало горы алыми лучами. Здесь росло несколько чахлых берез, а чуть выше виднелись заросли елей.

Туда-то Орозн и повел их.

С воинственными воплями они выскочили из зарослей — дюжина смуглолицых людей, одержимых ненавистью. В руках они держали оружие. Судя по доспехам, это были пантангские воины. Вероятно, они взяли в плен Орозна и убедили его завести Элрика с родичем в засаду.

Элрик поднял своего коня на дыбы.

— Орозн, предатель!

Но Орозн уже развернул коня. Он оглянулся один раз, его бледное лицо было искажено гримасой стыда. Он тут же отвел глаза, нахмурился и поскакал прочь от Элрика и Дивима Слорма по поросшему мхом склону в шумную темноту ночи.

Элрик обнажил Буревестник и отразил удар бронзоволицего воина. Рунный меч скользнул к рукояти вражеского меча и отсек пальцы нападавшего. Скоро Элрик и Дивим Слорм были окружены, но Элрик продолжал сражаться, а Буревестник визгливым голосом пел безумную, беззаконную песню смерти.

Однако Элрик и Дивим Слорм ослабели после трудного перехода. Даже Буревестник не мог пополнить своей злобной энергией больные жилы Элрика, который к тому же был исполнен страха, но не перед нападающими, а перед собственной судьбой, которая обрекала его на смерть или плен. У него было ощущение, что этим воинам неизвестно о пророчестве и планах их хозяина, что они не знают: он, Элрик, не должен умереть на этом этапе.

Он продолжал драться, хотя и понимал, что сейчас должна совершиться непоправимая ошибка…

— Ариох! — воскликнул он в страхе перед этим мелнибонийским богом-демоном. — Ариох! Помоги мне! Кровь и души за твою помощь!

Но переменчивый демон не пришел ему на подмогу.

Длинный меч Дивима Слорма нашел уязвимое место под латным воротником врага и вонзился ему в горло. На него бросились другие пантангские воины, но были вынуждены отступить, чтобы не погибнуть от ударов меча. Дивим Слорм крикнул Элрику:

— Зачем мы поклоняемся такому капризному богу?

— Может, он решил, что наше время пришло! — прокричал Элрик, чей рунный меч выпивал малые силы другого врага.

Усталость быстро брала свое, но они продолжали сражаться, пока не услышали новый звук, перекрывший звон оружия, — звук несущихся колесниц и низкие стонущие крики.

Схватка неумолимо близилась к печальному для мелнибонийцев концу, когда в ошеломленных пантангских воинов вонзились дротики, пущенные с поразительной точностью чернокожими воинами с тонкими, сложенными в гордые усмешки губами на красивых лицах, в плащах из белого лисьего меха, прикрывавших их обнаженные великолепные тела.

Элрик вложил в ножны меч, но был готов сражаться и дальше или пуститься в бегство.

— Вот он — белолицый! — закричал чернокожий возничий, увидев Элрика.

Колесницы остановились, лошади заржали, ударяя копытами в землю. Элрик подъехал к первой колеснице.

— Я вам благодарен, — сказал он, чуть не валясь из седла от усталости. Он вежливо поклонился. — Кажется, ты знаешь меня. Ты уже третий из тех, кого я встречаю в последнее время и кто узнает меня. Тогда как я никому из этих троих не смог ответить тем же.

Чернокожий запахнул на своей обнаженной груди лисий плащ и улыбнулся тонкими губами.

— Меня зовут Сепирис, и ты очень скоро узнаешь меня. Что же касается тебя, то ты нам известен уже не одну тысячу лет. Ведь ты же Элрик, последний король Мелнибонэ?

— Верно.

— А ты, — Сепирис обратился к Дивиму Слорму, — кузен Элрика. Вы двое — последние из королевского рода.

— Да, — подтвердил Дивим Слорм, с любопытством глядя на Сепириса.

— Значит, мы именно вас ждали на этом пути. Согласно пророчеству…

— Так это вы пленили Заринию? — Элрик потянулся к своему мечу.

Сепирис отрицательно покачал головой.

— Нет, но мы можем сказать тебе, где она. Успокойся. Хотя я и понимаю, с каким нетерпением ты ждешь, но лучше вернемся в наши владения, а там уж я расскажу тебе все, что знаю.

— Сначала скажи мне, кто вы такие, — сказал Элрик.

Сепирис улыбнулся одними губами.

— Я думаю, ты нас знаешь или по меньшей мере знаешь про нас. Между твоими предками и нашим народом существовало что-то вроде дружбы. Это было в начальные годы Сияющей империи. — Он помолчал немного, потом продолжил: — Ты никогда не слышал в Имррире легенд о Десятерых из горы? О Десяти, которые спят в огненной горе?

— Слышал, и не раз, — сказал Элрик, переводя дыхание. — Теперь я узнаю вас по описанию. Но в легенде говорилось, что вы веками спите в огненной горе. Почему же вы теперь забрели в чужие края?

— Мы вынуждены были оставить гору из-за извержения вулкана, который спал тысячу лет. Такие природные катаклизмы в последнее время стали происходить на Земле все чаще. Мы поняли, что для нас наступило время пробудиться. Мы были слугами судьбы, и наша миссия крепкими узами связана с твоей судьбой. У нас есть послание для тебя от тех, кто пленил Заринию. И еще одно — из другого источника. Вернешься ли ты с нами в Нихрейнскую пропасть, чтобы выслушать то, что мы можем сообщить тебе?

Элрик размышлял несколько мгновений, потом поднял свое белое лицо и сказал:

— Я спешу отомстить похитителям Заринии, Сепирис. Но если то, что ты собираешься мне сообщить, приблизит меня к возмездию, я иду с тобой.

— Тогда поторопимся! — Черный гигант развернул свою колесницу.

Целый день и целую ночь добирались они до Нихрейнской пропасти — огромного ущелья в горах, которое никто не отваживался посещать. Окрестные жители считали, что Нихрейнская пропасть населена сверхъестественными существами.

Надменный Сепирис почти не разговаривал в пути. Наконец они добрались до места, и Сепирис повел колесницы вниз по тропинке, которая, петляя, уходила в темные глубины пропасти.

Спустившись на полмили, они оказались в полной темноте — свет сюда не проникал, но впереди они увидели мелькание факелов, которые освещали часть высеченного в скалах барельефа или зияющего отверстия в громаде камня. Подъехав поближе, они увидели вызывающие трепет очертания города Нихрейна, куда посторонние не попадали вот уже несколько веков. Здесь теперь оставались последние обитатели города:

десять бессмертных, принадлежавших к расе еще более древней, чем мелнибонийцы, чья история насчитывала двадцать тысяч лет.

Над ними возвышались огромные колонны, вытесанные много веков назад в скале, гигантские статуи и широкие балконы в несколько ярусов, окна высотой в сотни футов и ступени, вырубленные в стенах пропасти. Десятеро направили свои желтые колесницы через огромные ворота в пещеры Нихрейна, стены которых были усеяны странными символами и еще более странными фресками. Навстречу им выбежали очнувшиеся после векового сна рабы, готовые служить своим хозяевам. Но и они ничуть не походили на людей тех народов, с которыми был знаком Элрик.

Сепирис передал вожжи одному из рабов, и Элрик и Дивим Слорм спрыгнули на землю, с трепетом оглядываясь вокруг.

Сепирис сказал им:

— А теперь проследуем в мои покои, там я вам расскажу то, что вы хотите знать и должны сделать.

Ведомые Сепирисом Элрик и Дивим Слорм нетерпеливо шагали по галереям и вскоре оказались в большой комнате, заполненной темными скульптурами. В нескольких больших жаровнях здесь горел огонь. Сепирис опустил свое большое тело на стул и предложил им сесть на два других таких же, высеченных из ствола черного дерева. Когда они расселись вокруг одной из жаровен, Сепирис глубоко вздохнул и обвел глазами стены зала, словно вспоминая его историю.