Элрик — Похититель Душ (сборник) - Муркок Майкл Джон - Страница 100

Дивим Твар, чья мать, принцесса, приходилась кузиной матери Элрика, был чуть старше альбиноса и обладал чертами лица типичного мелнибонийского аристократа. У него были высокие точеные скулы, чуть раскосые глаза, узкий череп, еще более сужающийся к челюсти. Как и у Элрика, у него были тонкие, почти без мочек, уши, заостренные книзу. Пальцы рук (левая сейчас покоилась на рукояти меча) были длинные и белые, как и все его тело, хотя и не такие мертвенно-бледные, как у альбиноса. Подойдя к сидящему в седле императору Мелнибонэ, он уже успел взять себя в руки. В пяти футах от Элрика он неторопливо поклонился, наклонив голову и скрыв лицо. Когда он поднял голову, его глаза встретили взгляд Элрика и остались неподвижными.

— Дивим Твар, Повелитель Драконьих пещер, приветствует Элрика, властителя Мелнибонэ, толкователя тайных искусств. — Владыка драконов с мрачным видом произнес освященное столетиями ритуальное приветствие.

Голос Элрика звучал не так уверенно:

— Элрик, властитель Мелнибонэ, приветствует своего вер-ного подданного и согласен дать аудиенцию Дивиму Твару.

По древним мелнибонийским правилам король не должен просить аудиенции у одного из подданных, и Владыка драконов знал это. Он ответил:

— Окажи мне честь, повелитель, и позволь мне проводить тебя в мой шатер.

Элрик спешился и пошел следом за Дивимом Тваром. Мунглам тоже спешился и хотел было идти за Элриком, но тот сделал ему знак рукой — оставайся. Два имррирских аристократа вошли в шатер.

Внутри горела маленькая масляная лампа, помогая тусклому дневному свету. Обстановка в шатре была простая: жесткая солдатская койка, стол, несколько резных деревянных стульев. Дивим Твар поклонился и показал на один из стульев. Элрик сел.

Несколько мгновений они молчали. Ни один не позволил себе проявить эмоции. Они просто сидели и смотрели друг на друга. Наконец Элрик сказал:

— Ты считаешь меня предателем, вором, убийцей соплеменников и родни. Так, Владыка драконов?

Дивим Твар кивнул.

— Если мой господин позволит, то я соглашусь с ним.

— В прошлые времена мы, оставаясь наедине друг с другом, забывали о формальностях, — сказал Элрик. — Давай забудем ритуалы и традиции — Мелнибонэ погибло, его сыновья разбрелись по свету. Мы встречаемся, как прежде — равными. Только теперь мы и в самом деле равны. Совершенно равны.

Рубиновый трон лежит среди руин Имррира, и ни один император уже не сядет на него.

Дивим Твар вздохнул:

— Это так, Элрик… Но зачем ты здесь? Мы хотели забыть тебя. Даже когда желание мести было еще свежо, мы не делали попыток отыскать тебя. Ты пришел, чтобы посмеяться над нами?

— Ты знаешь, я бы никогда не сделал этого, Дивим Твар. Я мало сплю, а если все же засыпаю, то мне хочется как можно скорее проснуться. Ты ведь знаешь — то, что я сделал, меня вынудил сделать Йиркун, во второй раз захвативший трон, когда я назначил его регентом, и второй раз наславший на свою сестру волшебный сон. У меня не было иного способа заставить его исправить содеянное им зло и снять чары с Симорил, как только помочь пиратам. Меня вела месть, но убил Симорил не я, а мой меч — Буревестник.

— Это мне известно. — Дивим Твар снова вздохнул и потер лицо рукой, на пальцах которой сверкали драгоценные камни. — Но это никак не объясняет, почему ты здесь. Между тобой и твоими соплеменниками не должно быть никаких дел. Мы не доверяем тебе, Элрик. Если бы мы позволили тебе вести нас, то ты пошел бы проклятым путем и погубил бы нас. У нас с тобой нет общего будущего.

— Согласен. Но мне нужна ваша помощь. Всего один раз. А потом наши пути снова разойдутся.

— Нам следовало бы убить тебя, Элрик. Но что стало бы большим преступлением — наша неспособность восстановить справедливость и покончить с предателем или убийство собственного императора? Ты добавил к моим немалым проблемам еще одну. Стоит ли мне пытаться разрешить ее?

— Я всего лишь сыграл свою роль в истории, — серьезно сказал Элрик. — Если бы не я, это же рано или поздно сделало бы само время. Я просто приблизил эти события, спровоцировал их, когда и ты, и наш народ сохраняли еще достаточно гибкости, чтобы принять новый образ жизни.

Дивим Твар иронически улыбнулся.

— Это только твоя точка зрения, хотя и в ней есть правда. Но как сказать об этом людям, которые из-за тебя потеряли дом и родных? Скажи об этом воинам, у которых на руках остались искалеченные друзья, братья, отцы, скажи об этом мужьям, чьи жены, дочери и сестры — эти гордые мелнибонийки — были обесчещены варварами.

— Да. — Элрик опустил глаза. Когда он заговорил снова, голос его звучал спокойно. — Я не могу возместить то, что они потеряли, как бы я ни старался. Я часто тоскую по Имрриру, по его женщинам, по его винам и развлечениям. Но я могу предложить неплохую добычу — самый богатый дворец в Бакшаане. Забудь старые обиды и помоги мне в этот раз.

— Тебе нужны богатства Бакшаана, Элрик? Тебя никогда не интересовали драгоценности! Зачем тебе это нужно?

Элрик провел руками по своим белым волосам. В его красных глазах блеснула тревога.

— Это месть. Снова месть, Дивим Твар. У меня должок одному чародею из Пан-Танга — Телебу К’аарне. Возможно, ты слышал о нем — это довольно сильный колдун, хотя и принадлежит к относительно молодому народу.

— Что ж, в таком случае мы поможем тебе, Элрик, — мрачно сказал Дивим Твар. — Ты не единственный мелнибониец, который хочет отдать долг Телебу К’аарне. Год назад один из наших людей погиб страшной и отвратительной смертью из-за этой стервы, королевы Йишаны из Джаркора. Его убил Телеб Каарна, потому что Йишана, искавшая замену тебе, приняла его в свои объятия. Мы можем объединить наши усилия, чтобы отомстить за эту кровь, король Элрик. И эта цель будет подобающим извинением для тех, кто хотел бы пустить кровь тебе.

Элрик не испытывал радости. Он вдруг почувствовал, что это счастливое совпадение будет иметь мрачные и непредсказуемые последствия. И все же он улыбнулся.

 Глава третья

В дымящейся бездне где-то за границами времени и пространства зашевелилось некое существо. Вокруг него двигались тени. Это были тени человеческих душ, и эти тени, двигавшиеся сквозь сияющую тьму, были хозяевами зашевелившегося существа. Оно позволяло теням командовать им, пока они платили за это оговоренную цену. На языке людей у этого существа было имя. Его звали Кваолнаргн, и оно отзывалось на это имя.

И вот оно зашевелилось. Оно услышало свое имя, проникшее сквозь барьеры, которые обычно препятствовали прохождению звука. Когда это имя было названо, в непроницаемых барьерах образовался временный проход. Существо снова зашевелилось, когда во второй раз услышало имя. Существо не знало ни зачем его зовут, ни куда. Оно лишь смутно осознавало сам зов. Когда путь был открыт, оно могло питаться. Оно не ело плоть и не пило кровь. Оно питалось умами и душами взрослых мужчин и женщин. Время от времени оно позволяло себе закуску — лакомые частички невинной жизненной силы, — которую высасывало из детей. Оно не интересовалось животными, потому что те не обладали сознанием. Существо это, несмотря на всю его глупость, было ценителем и гурманом.

И вот оно услышало имя в третий раз. Оно шевельнулось и потекло. Приближалось время, когда оно снова могло покормиться…

Телеб К'аарна содрогался от ужаса. Он считал себя мирным человеком. И не его вина в том, что беспредельная любовь к Йишане превратила его в безумца. Не его вина, что в его власти были несколько сильных злобных демонов, которые в благодарность за рабов и пленников, что скармливал им Телеб К'аарна, защищали дворец купца Никорна. Он искренне верил, что все это не его вина. Обстоятельства сделали его таким. Он проклинал день, когда встретил Йишану, он хотел бы больше никогда не возвращаться к ней после того прискорбного эпизода у стен Танелорна. Ужас пробирал его, когда он, стоя в центре магической фигуры, вызывал Кваолнаргна. Врожденный дар предвидения позволил ему заглянуть в ближайшее будущее, и он знал, что Элрик готовится к сражению с ним. И теперь Телеб К'аарна использовал все возможности, чтобы вызвать помощь. Нужно послать Кваолнаргна, чтобы он убил Элрика до того, как тот доберется до замка. Телеб К’аарна был рад, что сохранил прядь белых волос — это и позволило ему в прошлом выслать другого, ныне уже мертвого демона против Элрика.