Житие колдуна. Тетралогия (СИ) - Садыкова Татьяна - Страница 192

  - Спасибо тебе, Ник, а то боюсь, умер от голода и мой скелет навечно остался бы в том шкафу.

  - Сбежал от тех кровопийц? - усмехнулся я. - Как удалось улизнуть мимо Ярика?

  Эдвард содрогнулся от ужаса и прошептал:

  - Не напоминай мне те ужасные мгновения... Вся жизнь пронеслась перед глазами, когда он поставил передо мной тарелку и дал в руки ложку. Я уже успел попрощаться с жизнью, как явилась спасительница, - он поднял руки в молитвенном жесте, его зеленые глаза засияли, а лицо просветлело. - Явилась, рассеяв тьму, прекрасная дева с сияющей сковородой возмездия и ее дивный голос громоподобным гласом пронесся по комнате, взывая к совести заблудших душ и пока все внимали ее речам, мне удалось сбежать из той темницы.

  - Ты как себя чувствуешь? - я на всякий случай потрогал ладонью его холодный лоб, опасаясь, что из-за потрясения и ужаса пережитого в столовой, у него могла подняться температура. Никогда не поверю, что Милену можно принять за деву, вдруг у него уже начались галлюцинации?

  Эдвард всерьез задумался и задумчиво проговорил:

  - Да вроде нет... хотя, после того как я убежал от Ярика немного голова кружилась... но это, наверное, от голода.

  Я вздохнул и, спрыгнув со стола, махнул рукой Эду, показывая ему на диван, тот понятливо кивнул и, сняв рубашку, расположился на нем для осмотра.

  Головокружение может быть от низкого давления, а это является следствием порванной или истончившейся ауры, что не есть хорошо, особенно для нечеловеческой расы. Если человек может с такой аурой проходить довольно долгое время и на его самочувствии это будет отражаться не так катастрофично, как у расы магической, которая с помощью своей энергии перекидывается в... более крупные объекты. Поэтому я и запретил даже думать Эдварду о своей второй ипостаси, потому что от такой трансформации в его теле с поврежденными магическими и духовными структурами может случиться коллапс, который станет смертельным.

  Исцелять духовные и магические структуры намного сложнее, чем физическую оболочку, да и лечиться она намного дольше. Физически Эд здоров, магические структуры ему в госпитале тоже хорошенько подлатали, осталось вылечить лишь ауру - самый сложный и трудоемкий процесс. Что надо было подправлять - я исцелил, дыру в ауре подлатал, оставалось только ждать, пока она самовосстановится, но, похоже, где-то "мои швы" разошлись. Надо проверить...

  - Хорошо, - задумчиво проговорил я, осмотрев внутренним магическим зрением его структуры ауры. Она была золотистая, с металлическим оттенком, как у всех драконов и просто немного истончилась в одном промежутке, который я ранее заштопал своей целительской энергией. Это было нормально, даже такое состоянии ауры было не просто удовлетворительным, а хорошим, все же он не человек, и я больше опасался, что чувствительная духовная оболочка отвергнет "швы" моей энергии, но все прижилось просто на отлично. - Еще немного и я разрешу тебе перекидываться.

  - Правда?! - радостно воскликнул дракон, не веря своему счастью.

  - Ты сначала поправься, - для порядка я пожурил его пальцем, и легонько "погладил" целительской энергией проблемный участок на ауре. Тот замерцал золотистым цветом и стал медленно затягиваться. - Зачем спешить?

  Эдвард вздрогнул и прошептал:

  - Они хотят моей смерти. Мне нужно преимущество.

  - Не говори глупостей, - нахмурился я. Чтобы я дал убить им своего пациента? Пускай мечтают и дальше. - Никто тебя не тронет.

  - Хотел бы я в это верить... Если бы не Милена - быть мне разобранным на ингредиенты...

  Я хмыкнул. Да, кошмар любого дракона - это если их тело после смерти разворуют разные маги и рыцари: первые - на ингредиенты, вторые - на сувениры. Вот только желудок у драконов крепкий и тот яд, наверное, не представлял для Эда серьезной угрозы...

  Эдвард вскоре ушел, оставив меня одного, а я, взглянув на свою пустую тарелку, вновь переместился на кухню, чтобы наконец-то поесть. Милены на месте не было, но в сковороде обнаружилось и жаркое, и картошечка. Я, не став себя утруждать лишней возней, взял вилку и прямо из данной посудины на славу отужинал. Что говорить - на сытый желудок жизнь вновь стала прекрасной и обрела смысл. Теперь я был готов ко всему.

  Но я, похоже, погорячился, и серьезно так дал промашку, ведь кто бы знал, что под вечер ко мне зайдет не только Эд, но и пресловутая виновница его только что образовавшейся фобии - "боязнь принцесс".

  Ирен робко постучалась в дверь лаборатории, когда я только начал придирчиво осматривать свои полки с ингредиентами, проверяя, ничего ли не пропало - что-то, а паранойя и такой незамысловатый ритуал перед началом работы вошел в мою привычку. Вдруг чего-то не хватает, а довольно проблематично прервать реакцию реагентов, когда она уже идет полным ходом. И так, принцесса постучалась в дверь и, не дождавшись моего приглашения, скромно вошла в лабораторию.

  Я удивился, мало того, что она постучалась и дождалась, когда я ее приглашу, так она как-то странно себя ведет...сегодня что, парад планет или подозрительная активность на солнце? Почему люди вокруг меня стали вести себя подозрительно и странно?

  - Никериал, - тихо произнесла Ирен, остановившись неподалеку от меня. - Я хотела бы с вами серьезно поговорить.

  - Да? - еще больше удивился я и отложил в сторону бутылек с серной кислотой, опасаясь, что это еще не конец, и от внезапного потрясения он может выпасть из рук. - Что такое? Вам нездоровится?

  - Нет, - отрицательно мотнула головой девушка, и решительно подойдя ко мне, непоколебимо посмотрела в мои глаза. - Я хочу извиниться.

  - За что? - шокировано выдохнул я. В ее голосе не было больше той фальши, которую чувствовал я раньше, когда она пыталась передо мной извиниться за тот случай с уборкой. Ее что, подменили? Правильно я отложил бутылек, очень правильно...

   - За все.

  Вместо слов я положил свою руку на ее лоб, проверяя, как и у Эда температуру. Ирен почему-то покраснела и отшатнулась, став грозно сверлить меня своими синими глазами.

  - Что вы делаете! - воскликнула она. - Я тут пытаюсь извиниться, а вы... А вы!

  - А вы говорите поконкретнее, - я скрестил на груди руки и прищурился, для пущего эффекта. Странное поведение Ирен стало меня забавлять. О, нет, я не издевался. Я оценивал ее, как исследователь, а девушка была довольно неплохим экземпляром для проверки изменения психического портрета личности под давлением определенных внешних факторов. - Я вас слушаю. Внимательно. Вдумчиво. С интересом.

  - Я... - почему-то сразу замялась принцесса, став накручивать свой золотой локон на палец. Ей все никак не удавалось собраться с мыслями, и я решил ей помочь, да и право, не буду же я ждать всю ночь, пока она созреет и выдаст свое сакральное извинение.

  - Воды? - предложил я, и, взяв кувшин, что остался после ужина, налил в кубок красное вино, сунул его в руки Ирен. Та, не гладя, залпом выпила подношение и поморщилась, с неким недоумением взглянув на кубок.

  - Вино? Ой... - пролепетала она и, раскрасневшись пуще прежнего, немного заплетающимся языком произнесла. - Спаивать даму бесчестно.

  Я с подозрением принюхался к кувшину, подумав, что Милена перепутала и налила напиток покрепче. Это же надо как девушку развезло от простого "сока"!

  - Еще! - категорично заявила Ирен, протянув мне кубок. Я изумленно расширил глаза. Ей мало?

  Правильно растолковав мой взгляд, она повела плечами, и более решительно на меня взглянула. Мне стало любопытно до какой кондиции дойдет девушка и я, с неким исследовательским азартом, совершил требуемое, став дальше наблюдать за развивающимися событиями.

  - Все! - изрекла девушка и, найдя стул, поставила его между нами. - Присядьте.

  Я сел, все также держа в руках кувшин - отвлекаться от столь интересной сцены не хотелось, и стал ждать дальнейший указаний, но их не последовало. Вместо этого Ирен глубоко вздохнув и положив на мое плечо свою руку, видно для устойчивости, вдохновенно начала излагать свои мысли. Да... правильно она сказала мне присесть, ведь то, что она поведала, было также невероятно, как если бы Настерревиль принял сан и ушел в монастырь замаливать свои грехи.