Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Синий краб (сборник)

Крапивин Владислав Петрович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Синий краб (сборник) - Крапивин Владислав Петрович - Страница 185

185

Изменить размер шрифта:

23 марта 2000 г.

Моей читательнице

Наде Мицуковой

А все же в мире еще есть

такие острова,

Где небосвод не задымлен

и где чисты ручьи.

Представьте — пахнет там травой

зеленая трава,

И лес там — общий и ничей,

и все цветы — ничьи.

В вечерней тьме там слышен смех

влюбленных и детей.

Там сотни мячиков и звезд

рассыпаны в траве.

Там, повстречав тебя, никто

не вздрогнет в темноте.

Ты говоришь ему: «Привет» —

и он тебе: «Привет».

Там в городах и деревнях

хрустально бьют часы.

Там ждет ребят на берегу

прогревшийся песок.

Там старый боцман чинит шлюп,

ворча себе в усы…

Давай мы к ним туда сбежим!

хотя бы на часок…

29 марта 2000 г.

Севастопольским друзьям

Преодолевши два тысячелетья,

Возможно, что и третье мы осилим,

Простив судьбе обиды и увечья,

Которые мы от нее сносили.

Мелькает память, словно кинолента —

И предо мной опять брега Тавриды,

И вновь трепещет парус «Фиолента»

И пахнет камбуз жареной ставридой.

Скребут рангоут смуглые матросы,

Чтоб бог ветров добрее нынче был к ним,

И слышны клики юного Юроса,

И что-то плещет в глубине бутылки…

О, скорость ветра в парусном движенье!

Такой восторг, что самому не верится…

О, вкус настойки, где Пинаев Женя

Развел в спирту какой-то лютый перец!..

…Порою хворь приходит к нам без стука,

Но глянь! — и снова флаг регаты реет.

Да, жизнь — не столь уж пакостная штука

(Хотя могла б, конечно, быть добрее).

11 декабря 2000 г.

Детство

Пятилетнему легко на белом свете,

Даже если в доме хлеба нет порою.

Вьюжный год к концу подходит, сорок третий,

Будет елка с довоенной мишурою.

У меня в душе безоблачно и чисто,

Ни сомнения, ни страх меня не точат.

Есть оладьи из картофельных очисток,

Есть письмо, что папа ранен, но не очень.

Непонятно, отчего же мама плачет:

Ведь отец к весне приедет дней на сорок —

Это твердо пишет старший военврач ей…

— Мама, можно я пойду кататься с горок?!

…Вечер. Лампа. В окнах сказки снеговые,

На стекле предновогодняя картина.

Чтобы мама не грустила, я впервые

Книжку ей читаю вслух — про Буратино.

26 декабря 2000 г.

Макс

…Все утешали: «Он старый был,

Что же теперь поделаешь…»

…Мчалась машина за город,

Поле блестело белое.

Ехал мой кот в багажнике,

В наволочку завернутый.

Снег мне казался сажею.

Впрочем, держался твердо я.

Мол, все печали отброшены

И никакой катастрофы нет.

Только молчал: откроешь рот —

Слезы рванутся, как кровь из вен.

…Все он прощал мне, мой ласковый,

Всех моих бед поверенный…

Мы схоронили Максика

В мерзлой земле у дерева.

Рядом воткнули, как колышек,

Тонкий осколок шифера.

…Рыжее мое солнышко,

Как без тебя паршиво мне.

Февраль 2005 г.

Новогоднее

Евгении Ивановне Стерлиговой

Два года сошлись — будто стукнулись лбами —

В потоке времен ли, на звездной орбите ли…

А в стойле соломой хрустит Алабама —

Лошадка, что в будни катает любителей.

Ей п о фигу все — и вселенной скольжение,

И Хроноса тайны, и звездные силы.

Мечтает лошадка: пришла б тетя Женя

И сладким кусочком ее угостила.

Кобылка права. Зачастую и людям

От жизни не очень-то многого надо:

Пускай бы пришел к тебе кто тебя любит

И дал на ладони кусок рафинада…

30 декабря 2005 г.

* * *

Едем мы… Город Сарапул.

И впечатление блеклое.

Что же вдруг так царапнуло

Памятью детства далекого?

Лето военное. Папа

С кубиком в пыльной петлице.

«Я на денек из Сарапула.

Завтра уже — на позиции…

Скатка, ремень, обмотки.

«Ну-ка, сынок, взгляни-ка…» —

На полинялой пилотке

Звездочка-земляника.

Млея от счастья до слез почти,

Был до полночи без сна я:

Папа отдал мне звездочку —

Видно была запасная…

Утром мы шли до вокзала —

Папе на фронт пора.

С папиных плеч не слезал я,

А скатку его нес брат.

«Смерть фашистскому зверю!» —

Кричал плакат у завода…

Срок до Победы — не мерян.

До Сталинграда — полгода…

Март 2006 г. Поезд Свердловск — Москва

Март

Я, грешный, родился в день Покрова.

Верней, под утро — день лишь начинался.

В газонах стыла желтая трава,

И первый снег согреть ее пытался.

Зевая, город выключал огни,

В рассветной жиже тихо звезды меркли,

И говорят, что колокол звонил

Единственной незапрещенной церкви.

Родившемуся в давнем октябре

Быть октябренком суждено все годы —

Не тем, кто красной звездочкой согрет,

А кто всегда весенней ждет погоды.

Осилив ревматизм военных стуж,

Я март встречал, как праздник жизни новой,

И в синеву раскинувшихся луж

С руки пускал кораблик свой сосновый.

…И все быстрее мчатся октябри,

Скрипит, в груди стираясь, шестеренка,

А в лужах марта все скользит мой бриг,

Отпущенный с ладони октябренка.

Плыви по отраженьям облаков.

Твой след в воде — начало новой строчки.

Как хорошо, что осень далеко.

Как хорошо, что набухают почки…