Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Синий краб (сборник)

Крапивин Владислав Петрович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Синий краб (сборник) - Крапивин Владислав Петрович - Страница 161

161

Изменить размер шрифта:

1953 г.

Бобруйск[1]

Высокие сосны

Высокие сосны, стволы вековые,

Прямые, как мачты больших кораблей.

Высокие сосны шумят, как живые;

Их ветер качает, шуршит меж ветвей.

Высокие сосны, не гнутся под ветром,

Лишь только верхушки кивают ему.

Стоят эти сосны, поют свою песню,

Гимн краю родному поют своему.

Поют гимн Сибири, широкой, как море,

Где вечно таежный шумит океан,

Где дикие вьюги гуляют на воле,

Где плотной стеною поднялся урман.

Костер освещает стволы золотые,

И капли смолы, как алмазы, горят.

Стоят эти сосны, как мачты прямые,

И только верхушки под ветром шумят.

1953 г.

Бобруйск

Тучи

Я иду по тропе средь полей.

Необъятный кругом горизонт.

Небо в тучах густых над землей,

Как свинцовый раскинулось зонт.

Я иду по тропе на восток.

Утро… Солнце должно восходить.

Почему впереди столько туч?

Почему там заря не блестит?

Я иду по тропе средь полей.

Над землею свинцовая сень…

Так блеснет ли средь туч солнца луч,

Или пасмурным будет весь день?

1953 г.

Тюмень

Вьюжная песня

Над землей бушует вьюга,

Крутит вихри снега.

Все дрожит под их напором

Бешеного бега.

Стонут жалобно деревья

И к земле клонятся,

Только каменные скалы

Вьюги не боятся.

Но не нам бояться вьюги,

Вьюга нам подруга.

Так пускай свистит и воет,

Пусть бушует вьюга.

Пусть сметает на пути

Все свои преграды,

Нам же с вьюгой по пути,

Мы всегда ей рады.

1953 г.

Тюмень

Другу

Средь широкого снежного поля,

Ты, тоскуя, поник головой…

Невеселая, кедр, тебе доля

Была выбрана злою судьбой.

Не в лесу среди братьев могучих,

А один средь холодных снегов

Ты стоишь, одет в иней колючий,

Из искрящихся кружев покров.

Одиночеству цену я знаю:

Как и ты, я расту без друзей…

Ты, я вижу, ветвями качаешь…

Дай мне в руку одну из ветвей.

Дай мне в руку мохнатую ветку,

Я пожму ее, снег отряхнув.

Дай мне в руку мохнатую ветку,

Будешь другом мне — здравствуй же, друг!

1953 г.

Тюмень

Капитан

Плещут за бортом свинцовые волны:

Шторм разгулялся на море.

Трудно вести свой корабль капитану

В этом свинцовом просторе.

Плещут за бортом свинцовые волны

Сворой голодной ревущей.

— Не уступай, капитан, этой своре,

Волн этих бешеной гуще.

Видишь, встает впереди грозный вал?

Крепче держи, капитан, свой штурвал.

Если вдруг дрогнет рука на штурвале,

Волны сомнут твой корабль, капитан;

Пастью-пучиной, холодной и страшной,

Тут же проглотит его океан.

Слышишь, как отзвуки нового шквала

Вновь покрывают далекий рев волн,

Мчится навстречу он с пеною белой,

Силы великой и ярости полн.

Мчится навстречу рокочущий шквал:

Крепче держи, капитан, свой штурвал.

Там за широкой бушующей далью

Скал неприступных глухая стена;

Там за стеною есть чудные земли,

Солнцем залитая есть там страна.

Есть между скал лишь единая гавань,

Но достигает не каждый ее,

Сильно и смело для этого нужно

Править своим, капитан, кораблем.

Чтобы достигнуть той бухты меж скал,

Крепче держи, капитан, свой штурвал!

1953 г.

Тюмень

Легенда о Ермаке

Крупная капля упала на воду,

Брызги взлетели, поплыли круги…

Под начинавшийся шум непогоды

Стали под сенью шатров казаки.

Сосны и ели протяжно скрипели,

Ветер кустарник к земле пригибал,

Волны, взбегая на берег, кипели,

Мрак все сгущался и гром грохотал.

На берегу на обломке гранита,

Где тонкостволый тростник шелестел,

Как монумент из железа отлитый,

Славный Ермак неподвижно сидел.

Тихо подкрались к казакам татары,

В воздухе свистнули тысячи стрел,

И затрубили тревогу фанфары.

Яростный бой над рекой закипел.

Мерно качались казацкие челны,

Кланялись мачтами бурным волнам.

Были казаки решимостью полны:

С боем они пробивались к челнам.

Стиснувши зубы, Ермак отбивался,

Меч свой сжимая железной рукой,

И, отступая, к челнам приближался…

Вот уж он ногу занес над кормой,

Но оступилась нога атамана:

Глухо под кручей всплеснулся Иртыш…

Вверх поднималися клочья тумана

И пригибался под ветром камыш…

Стихла гроза, облака просветлели…

Плыли средь волн утихавших челны.

В скорбном молчаньи казаки сидели,

Смерть Ермака вспоминали они.

«Добрая память и вечная слава», —

Кто-то промолвил среди казаков:

Шлемы стальные движеньем усталым

Сняли казаки с поникших голов.

Под затихающий шум непогоды

Мстить за него поклялись казаки.

Крупная капля упала на воду;

Брызги взлетели, поплыли круги.

вернуться

Летом 1953 года я жил у отца в Бобруйске, в Белоруссии, и там написал некоторые стихи.