Игрок - Уорд Дж. Р. - Страница 46

Джой с недоумением отодвинулась назад:

— Я не понимаю.

Грей взял ее руки и сжал их.

— Сколько идет этот поезд?

— Мм, три часа.

— Отлично. Мне столько всего надо тебе рассказать.

К тому моменту, когда они стали подъезжать к Олбани, Джой начала верить в то, что это не сон. Грей рассказал ей обо всем. О матери. Об отце. О своем детстве.

— Поэтому в ту ночь, когда я приезжал увидеться с тобой, — сказал он, — я и ушел так. Я поклялся себе, что никогда не буду таким, как мой отец. И что? Я проехал три сотни миль только ради того, чтобы увидеть тебя. И хотя я понимал, что ты не такая, как моя мать, я столько вынес, стараясь, чтобы родители оставались вместе, что позволить себе приехать, позволить себе упасть перед тобой — все это казалось мне слишком опасным. Я запаниковал.

Он с нежностью посмотрел на Джой и погладил ее по голове.

— Джой, прости меня. Прости, что я заставил тебя вынести весь этот ад. Что мне понадобилось так много времени, чтобы понять, что мы можем быть вместе. Ты не сделала ничего такого, что могло бы оправдать мое недоверие. — Грей сделал глубокий вдох и провел рукой по волосам. Этот жест он повторял так много раз, что теперь его темные волосы торчали вверх сами собой, входя в противоречие с его изысканной, сшитой на заказ одеждой. — После того как ты сегодня ушла из номера, у меня возникло чувство, что меня ранили в грудь. Я просто не мог дать тебе уйти, не сказав о том, что чувствую. Послушай, если ты бросишь меня, я пойму. Я не стану тебя обвинять. В наших отношениях я вел себя совершенно… бестактно. Неразумно. Просто невежливо, черт возьми. А знаешь, что самое смешное? Сначала я думал, что слишком стар для тебя. Это не так. Во многом ты более зрелый человек, чем я. Ты понимаешь, что чувствуешь. Ты можешь говорить о своих чувствах. А у меня в этом деле полная каша. Но… господи… я… я люблю тебя.

Грей перестал говорить и опустил взгляд на их руки. Все время, пока говорил, он держал Джой за руки, и теперь, когда замолчал, казался ей ранимым, как никогда. В его глазах были боль, волнение, хотя Джой чувствовала, что он старается скрыть свое отчаяние.

— Мне надо знать, — тихо сказал он. — Уже слишком поздно? Я все упустил?

Джой приложила палец под подбородок Грея и приподняла его лицо. Наклонившись вперед, она прижалась губами к его губам и увидела, как вспыхнули его глаза.

— Нет, еще не поздно.

Руки Грея сомкнулись вокруг нее, прижимая к себе с такой силой, что Джой уже не могла вздохнуть. Когда он наконец ослабил свои объятия, Джой услышала, как кто-то шмыгает носом, и повернула голову. Женщина, сидевшая позади них, вытирала глаза и глупо улыбалась.

— Теперь о моей работе, — сказал Грей и снова помрачнел. — Я делал такие вещи… которыми не могу гордиться. Я не хотел ничего рассказывать тебе, потому что мне противно вспоминать о них. Честно говоря, мне совсем не хотелось, чтобы ты о них знала.

Медленно, запинаясь, он рассказал о смерти Джона Бекина и о той роли, которую, возможно, сыграл в ней. Джой тяжело было видеть его печаль и то, как он винил себя.

— О, Грей. — Она погладила его по руке.

— Послушай, скажу тебе честно. Мне надо уйти из политики. Я больше не могу ею заниматься. За последнюю пару лет я полностью разочаровался, но теперь, после того что случилось с Бекином, я просто… я больше не могу. — Грей покачал головой. — Не могу этим заниматься. А это значит, пойми, что я уже не буду большим и влиятельным парнем. Президент больше не будет мне звонить. Я не стану общаться с лидерами нации. Я стану самым обыкновенным…

Джой приложила палец к его губам.

— Грей, не обижайся, но помолчи. — Она нежно улыбнулась. — Ты на самом деле думаешь, что мне это важно? Ты нужен мне любой. И я рада, что ты уходишь оттуда. Если из-за своей работы ты чувствуешь себя таким несчастным, если она заставляет тебя делать вещи, из-за которых ты сам себе противен, значит, тебе нужно что-то другое.

— Но ты достойна мужчины, который…

— Рядом со мной и доволен своей жизнью.

Грей замолчал.

— Знаешь, возможно, я мог бы больше часов преподавать в Колумбийском университете. Думаю, мне бы понравилось быть преподавателем. — Он пожал плечами. — Как знать. Но смотри, должен тебя предупредить, что ты выходишь замуж за безработного.

— Замуж? Замуж? — заикаясь, повторила Джой.

Он улыбнулся:

— Брось, неужели ты думаешь, что теперь я дам тебе уйти? Я старомодный парень. Я хочу жениться на своей женщине. И быть ее мужем. Твоим мужем.

Джой уставилась на него:

— Ты говорил, что никогда не…

Грей поцеловал ее.

— Я ошибался.

Он вытянул ноги и встал. Твердыми движениями поправил галстук и одернул пиджак.

А потом на глазах затаивших дыхание пассажиров опустился в проходе на одно колено.

— У меня нет кольца, но я не могу больше ждать. Джой, ты будешь моей женой?

Пока Джой, приложив руку к губам, отчаянно моргала, женщина, сидевшая сзади них, просунула голову между сиденьями.

— Милочка, если вы не выйдете за него, то я это сделаю.

Джой рассмеялась и посмотрела на других пассажиров.

— Сожалею, но думаю, я поймаю его на слове.

— Черт, так я и знала. — Женщина подмигнула ей и скрылась за спинкой сиденья.

— Так ты согласна? — спросил Грей. — Даже несмотря на то что я столько всего делал неправильно с тех пор, как мы начали встречаться, и даже несмотря на то что временами я веду себя как тупоголовый сукин сын? Обещаю, я всегда буду любить тебя. И всегда буду заботиться о тебе. И всегда…

— Тсс. — Джой наклонилась и погладила большими пальцами его брови и щеки. Господи, как она любила это лицо. Его суровое, высокомерное, красивое лицо. Она поцеловала его в лоб и в губы. — Да, я выйду за тебя.

По вагону пронеслось радостное сопение. Джой с удивлением подняла голову. Пока поезд подъезжал к вокзалу Олбани, пассажиры вставали с мест и улыбались.

Грей смотрел на нее, и его светлые глаза сияли сквозь черные ресницы, а Джой не могла поверить в то, что произошло. В то, что происходит сейчас.

— Ущипни меня, — шепнула она.

— Что?

— Чтобы я поняла, что это не сон.

Грей улыбнулся и потянул ее к себе.

— А если вместо этого я тебя поцелую?

— Еще лучше.