Игрок - Уорд Дж. Р. - Страница 45

Грей встал со стула. Его лицо пылало гневом.

— Ты считаешь меня таким?

— Ты не любишь меня. Не доверяешь мне. Но при этом тебя преследует чувство вины. Сегодня была очередная версия истории у «Тиффани». И я полагаю, ты считаешь, что можешь уйти с чистой совестью.

Грей в ярости навис над ней.

— Так знай, что я не собирался уходить от тебя. До этой минуты. — Он обошел ее, направляясь в гостиную. — Смотри, чтобы тебя не прибило дверью, когда будешь уходить, милашка.

Как будто это он обманулся в ней.

Джой пошла за ним, волоча чемодан.

— Как у тебя хватает наглости вести себя как пострадавший! Это ведь ты бросил меня здесь два дня назад.

— Ты еще здесь? — растягивая слова, произнес Грей, наливая себе бурбон. Когда он повернулся к ней, его глаза были холодны, как лед.

Глядя на него, Джой почувствовала, как в уголках глаз выступают слезы.

— Прекрасно. Теперь ты решила поплакать, — фыркнул он. — Ты оскорбляешь меня, потом возмущаешься тому, что это меня задевает, и теперь собираешься разводить нюни. Я никогда не считал, что ты играешь в игры, но, возможно, я ошибался. Ты хочешь, чтобы я расчувствовался и начал умолять тебя остаться, да?

— Нет, я никогда этого не ждала, — прошептала Джой.

— Какое облегчение.

— Потому что ты не способен любить.

Его глаза сощурились.

— Какого черта ты понимаешь, на что я…

— Я когда-нибудь предавала тебя хоть в чем-то?

— Извини?

— Сегодня, на презентации. Я видела, как ты повернулся и ушел, когда ко мне подошел мужчина. Даже после всего, что было, ты продолжаешь думать, что я готова сбежать с любым идиотом в штанах, который на меня посмотрит. Бьюсь об заклад, что ты думаешь, будто, оказавшись на севере, я первым делом побегу к Тому. Разве не так? Ты, наверно, думаешь, что я захочу воспользоваться тем уроком, который ты преподал мне в постели. — Грей открыл рот, но она не дала ему сказать. — Господи, должно быть, я сделала тебе что-то ужасное, только я не могу даже предположить, что это могло быть. Ты до такой степени не доверяешь мне, что даже не рассказываешь о своей работе.

— При чем здесь моя работа?

— Каждый раз, когда я спрашиваю, что ты делаешь, ты посылаешь меня.

— Тебе неинтересно знать о…

— Нет. Мне интересно. Когда ты приехал в «Уайт-Кэпс» и наконец рассказал мне хоть что-то о себе, я так обрадовалась. Я подумала: «Видишь, он воспринимает тебя как равную. Он доверяет тебе». Но потом ты отстранился, захлопнул за собой дверь, закрылся. — Джой покачала головой. — Это было сплошное безумие. Я любила тебя столько лет, и единственное, о чем я мечтала, — это дать тебе почувствовать то, что ты чувствовал, когда был у меня два дня назад. Но, как положено снам, все исчезло, когда я проснулась.

— Ты любила меня много лет? — тихо произнес Грей.

Джой смотрела в сторону, не в силах вынести его взгляда.

— Да, глупо, правда? Но смотри, что еще глупей. Когда я сказала эти слова в нашу первую ночь, угадай, что я имела в виду. Я действительно имела в виду то, что говорила. — Она хрипло засмеялась. — Но не волнуйся. Все в прошлом. Может, я упертая фантазерка, но не мазохистка. — Она взялась за чемодан. — Так что прощай, Грей. Такова жизнь. Она слишком, слишком реальна. И еще одно. Теперь, когда я знаю, что твоя специальность — одна ночь, если ты, приехав на север, вздумаешь искать меня, не делай этого. Я больше не хочу тебя видеть, никогда.

Джой повернулась и зашагала по ковру. Когда она вышла из номера, дверь сама захлопнулась за ней.

Несмотря на поздний час, на вокзале Пенн-Стейшн царила суета, и Джой поймала на себе немало удивленных взглядов, пока неслась к поезду со своим багажом. Очевидно, даже в Нью-Йорке вид женщины в ярко-желтом вечернем платье, мчащейся на всех парах через толчею транзитного зала, выглядел странно.

Ее поезд уже подали, поэтому Джой подобрала платье и побежала по платформе. В самом конце вереницы вагонов, рядом с локомотивом стоял контролер в форме. Он помахал ей, подзывая к себе.

— Вам помочь, мэм? — спросил он, когда она добежала до него.

— Нет, спасибо. Я сама.

— Давайте я помогу вам подняться. — Он взял ее чемодан и подал руку.

От его неожиданной любезности Джой едва не прослезилась. Заметив выступившие у нее на глазах слезы, он, похоже, удивился. Как будто женщины в вечерних платьях никогда не плачут.

Войдя в вагон, Джой увидела, что там полно свободных мест. Она уселась у окна и с помощью проводника засунула папку и чемодан под сиденье. Джой поискала глазами туалетную комнату и увидела, что она совсем рядом. Бумажные полотенца должны были сыграть не последнюю роль в этом путешествии, и ей приятно было сознавать, что они находились под боком.

Раздался свисток, и поезд, покачиваясь, пришел в движение.

Джой запрокинула голову и закрыла глаза в полной уверенности, что польются слезы.

С платформы до нее донесся какой-то невнятный крик, но она не обратила на него внимания. Вагоны катились все быстрее, а локомотив, пыхтя, покачиваясь и набирая скорость, тащил их в сторону туннеля.

Вдруг кто-то сказал:

— Бог мой, он собирается прыгать!

Джой взглянула назад. Люди, оставив на время попытки пристроить свои вещи, прильнули к окнам. Без особого интереса Джой наклонилась к стеклу.

Рядом с поездом бежал человек. За ним на ветру развевался галстук. Он что-то кричал.

Боже мой, неужели это…

— Грей?

Джой вскочила со своего места. И в этот момент он прыгнул.

— Грей! — закричала она.

«Ноги, только не подведите», — думал Грей, бросившись в сторону открытой двери последнего вагона.

Оказавшись в воздухе, он увидел внизу колеса поезда, а потом взглянул вверх на стремительно приближающийся вход в туннель.

Теперь у него было два варианта: либо его разрежет пополам, либо расплющит, как блин.

К счастью, он не ошибся с траекторией и скоростью. Однако во время приземления кожаные подошвы его ботинок проскользнули по металлическому полу. Грей едва успел уцепиться за поручень, чтобы не вылететь в дверь с противоположной стороны.

Поднявшись, он сразу же побежал по проходу, вглядываясь в лица пассажиров. Люди отскакивали с его пути, журналы летели в воздух, книжки вырывались из рук, сумки падали на пол.

Далеко впереди сквозь открытые двери вагонов Грей увидел ярко-желтое платье Джой. Она подскочила с места, с ужасом глядя на него.

— Мы не закончили, — крикнул он, рванувшись к ней с новой силой. — Джой! Мы не закончили.

Когда Грей наконец добежал до нее, он резко остановился и, задыхаясь, ухватился за спинку сиденья, чтобы удержать равновесие.

— Мы… не… закончили.

— Ты что, решил разбиться насмерть?

К ним подошел проводник:

— Сэр, я буду вынужден…

Грей сунул руку в карман:

— Вот… мой… билет.

Проводник посмотрел на бумажку с таким видом, как будто она была написана на иностранном языке. Неудивительно, ему не часто приходилось видеть, чтобы пассажиры влетали в поезд по воздуху.

— Прошу прощения, мэм, — сказал он. — Этот человек к вам пристает? Мэм?

Джой покачала головой. Но скорее сожалея о недостатке психического здоровья Грея, чем отвечая на вопрос проводника.

— Я люблю тебя, — сказал Грей.

Ее глаза взметнулись к нему, чудные волосы рассыпались по спине.

— Что?

— Я люблю тебя, Джой Мурхаус! Я люблю тебя! — орал он.

Джой уставилась на него. То же самое сделала женщина, сидевшая позади них. И мужчина, сидевший через проход. Собственно говоря, все, кто был в поезде, уставились на него.

Проводник улыбнулся:

— Мм, мэм?

— Нет, он не пристает. Но он… у него не все дома.

Она схватила Грея за руку и потянула вниз, чтобы он сел рядом с ней.

— Что ты…

Грей обхватил ладонями ее лицо и порывисто поцеловал.

— Я люблю тебя и молюсь, чтобы было еще не слишком поздно.