Высокая ставка - Монтечино Марсель - Страница 88

— Сэл!

Вспыхнула молния, всего лишь на миг, по другую сторону гор, и сквозь завесу дождя Сэлу удалось различить неподалеку внизу смутные очертания белого лимузина там, где он оставил его на пригорке у самого водохранилища.

— ...улучшенная форма шампуня...

Превозмогая острую боль в ноге, Сэл сломя голову бросился к лимузину. Дождь хлестал как струя из пожарного шланга. Под ногами бурлили потоки грязной воды.

— Разделаюсь, подонок, с тобой — прикончу ее!

— Нет! — крикнул Сэл, повернувшись в ту сторону, откуда доносился голос Ники.

И опять:

— ...двадцать семь в городе, тридцать шесть...

Сэл выстрелил скорее в голос, чем в самого Ники, непроизвольно, потому что совершенно забыл, что в руке у него «вальтер», пистолет Даго Реда.

— ...технология японская, производство — американское...

— Я вдоволь потешусь с маленькой шлюхой, а потом убью...

— Нет! — Сэл снова выстрелил. Выстрел прозвучал как удар хлыста ПО цирковой арене.

Ники дико захохотал, Сэл выстрелил снова. И еще раз. И еще.

А потом словно кто-то толкнул его в грудь и сбил с ног. Сэл покатился по склону, уверенный в том, что это конец.

— А теперь мы снова приглашаем телезрителей во Дворец...

— Джуниор! Я прикончил его! Прикончил! — услышал Сэл голос Ники. Он лежал, уткнувшись лицом в лужу, в ухе булькала вода. Ухватившись за нависшую над ним ветку, Сэл поднялся на ноги. Лимузин оказался совсем рядом, за деревьями.

— А сейчас для вручения награды «За лучшую песню года»...

Сэл заставил себя идти и даже попытался бежать. Но стоило, ему пошевелить левой ногой, как боль пронзила все тело. Наступить на нее он и вовсе не мог, подгибались колени. И все-таки ему удалось выбраться на открытую местность, дотащиться до пригорка, где стоял лимузин. Впереди из края в край простиралось водохранилище.

— ...в этом году претендентами являются...

Задние дверцы машины были открыты, и кожаные сиденья оказались залитыми дождем. Зато экран телевизора в темноте светился особенно ярко, а звук по мере приближения Сэла становился все громче.

Распахнув переднюю дверцу, Сэл кое-как забрался на водительское место и хотел включить зажигание, но ключей на месте не оказалось. «Где же они? Ну, конечно же, их взял Джуниор, чтобы открыть багажник».

В это время он услышал голос английского рок-певца, заглушаемый возникшими вдруг помехами, а когда помехи исчезли, отчетливо прозвучал голос комментатора:

— ...и «Прикосновение незнакомки» из альбома «Тропик Козерога» в записи «Граммофон-Пасифик».

Сэл судорожно шарил рукой под сиденьями, ни одной щели не пропустил. Отчаянье сменилось надеждой.

«Ну, конечно же, ключи у Джуниора! Он взял их, чтобы открыть багажник. Нет, они здесь! Они где-то здесь!»

— ...в исполнении Изабель!..

И снова голос комментатора:

— Молодежь на галерке приветствует певицу восторженными криками.

— ...автор песни...

Сэл продолжал искать ключи: «Куда же они, к черту, запропастились?»

— ...Марко Толедано...

«Так это же я, — мелькнуло в замутненном сознании Сэла. — Это я».

Но мысль о злополучных ключах вытесняла все остальное.

Он открыл «бардачок» и стал торопливо перебирать хранившиеся там карты, водительские права, регистрационные документы. Наконец рука нащупала связку серебряных ключей.

— Боже милостивый, — взмолился он, — помоги мне!

Левая нога утратила чувствительность и была холодной как лед. Он даже испугался. Дождь хлестал по ветровому стеклу, заливал салон сквозь открытые дверцы. Сэл включил зажигание. Мотор сразу ожил, задвигались «дворники», смахивая со стекла воду. Но в тот же миг непонятно откуда появился Джуниор Венезия. Сэл хорошо видел его в свете фар. Промокший до нитки, похожий на обезьяну, коротышка стоял в нескольких ярдах от машины и целился из ружья в Сэла. Сэл вскрикнул, нажал на акселератор, но проклятый «кадиллак» не двинулся с места, и в тот же момент на ветровом стекле появилось большое круглое отверстие, от которого во все стороны побежали тончайшие трещины. Пуля попала в салон и вспорола обтянутое блестящей белой кожей сиденье рядом с Сэлом. Он попытался нащупать ногой педаль, но потом вспомнил о переключении передач, и машина рванула вперед. Не успел Сэл подумать, что ведет машину вслепую, и вдруг — бам! — сильный удар, и секундой позже Джуниор влетел в ветровое стекло. Сэл отпустил руль и заслонил руками лицо от посыпавшихся на него осколков, а машина по инерции продолжала двигаться вперед, задев крылом большое дерево и сломав два маленьких, наконец оба колеса со стороны водителя повисли над обрывистым краем пригорка. Какую-то минуту молочно-белый мастодонт пребывал в подвешенном состоянии, потом опрокинулся и дважды перевернулся, прежде чем приземлиться вверх колесами у подножия косогора; при этом залитый кровью капот лимузина оказался в водохранилище.

— Итак, «Лучшей песней года» признана... — Английский рок-певец обвел взглядом зал, кокетливо улыбнувшись. — Хм, как же открываются эти конверты? — Зал взорвался веселым смехом. — А, вот, лучшей песней года признана «Прикосновение незнакомки». — Теперь уже зал ревел от восторга, и англичанину пришлось основательно напрячь голосовые связки, чтобы быть услышанным. — Автор песни — Марко Толедано!

Оркестр, как того требует ритуал подобных презентаций, заиграл получившую приз песню.

«Я победил», — подумал Сэл и вытолкал из машины лежавший у него в ногах труп Джуниора Венезия. Когда машина падала, Сэл и Джуниор, уже мертвый, оказались в задней части салона. Здесь пахло шампанским и виски: во время кульбитов, проделанных при падении лимузина, хранившиеся в баре бутылки разбились, и содержимое залило весь салон. Перевернутый телевизор очутился прямо перед носом Сэла, а звукоусилители гремели над самым ухом. Изабель в модном, со спущенным плечом, пиджаке, который они вместе купили всего неделю назад на Киноз-роуд, вбежала по иллюминированной лестнице, ведущей на сцену, и публика восторженно ее приветствовала. Она в свою очередь махала рукой и улыбалась.

— Иза-бель! Иза-бель! Иза-бель! Иза-бель! — скандировал зал, а комментатор доверительным шепотом сообщил:

— Ну что ж. Изабель стала обладательницей всех призов. Она завоевала весь мир!

— Иза-бель! Иза-бель!

— ...выдающееся достижение восемнадцатилетней певицы...

— Иза-бель! Иза-бель!

— Джуниор! — вдруг где-то совсем близко раздался голос Ники. — Джуниор!

И опять:

— Иза-бель! Иза-бель!

Одна из дверей лимузина вылетела при падении: и Сэл, осторожно ступая по залитым шампанским и кровью осколкам, добрался до покореженного дверного отверстия и сквозь пелену дождя сумел разглядеть ноги бегущего к машине Ники Венезия.

— Иза-бель! Иза-бель! Иза-бель!

На маленьком экране она выглядела просто обворожительно. Лохматые черные волосы, с желтыми и розовыми прядями на манер панков, сверкающие черные глаза, переливающаяся всеми цветами радуги оливковая кожа.

— Иза-бель! Иза-бель! — скандировала галерка.

Она стояла на сцене счастливая, упиваясь восторгом публики. Потом подняла руки, призывая к тишине, и зал мгновенно утих. Владычица мира.

Тем временем облепленные грязью башмаки Ники почти вплотную приблизились к лимузину. Сэл был у самой дверцы.

— Марко не смог присутствовать здесь сегодня... — сказала Изабель с присущим ей совершенно восхитительным акцентом, который исчезал во время пения.

Ники присел, стараясь заглянуть в перевернутый «кадиллак», и глаза их встретились.

— ...будь он сейчас здесь, среди нас, непременно сказал бы... — Ее голос вдруг пропал.

Ники навел пистолет на Сэла. «Сорокапятка может, к черту, оторвать всю руку, — кто-то сказал ему однажды, и сейчас Сэл пристально смотрел в дуло пистолета, где таилась его смерть. — Интересно увидеть смерть, как и когда она приходит?»

И снова голос Изабель:

— ...чтобы вы знали, как горячо...

— Сдохни, сукин сын! — заорал Ники Венезия, и в этот момент Сэл выстрелил в него из немецкого «люгера», который дал ему Джованни. И как и в первый раз, когда Сэл выстрелил в него, на лице Ники появилось изумление, потом он схватился за грудь и повалился на землю. Однако по-прежнему не сводил глаз с Сэла, пытаясь целиться в него.