Золотая планета. Тетралогия (СИ) - Кусков Сергей - Страница 275

Лея согласно кивнула.

– Его должна родить специально нанятая и подконтрольная нам женщина–одиночка, и воспитать за пределами дворца. Будет лучше, если она будет принадлежать… Не самому высшему обществу. Чем меньше соблазнов, тем более высокоморальным он вырастет. Связь с королевской семьей мы ему оставим – он будет твоим племянником. А значит, ты сможешь в любое время приблизить его и потянуть наверх, на основании кровного родства. И никто ничего не сможет доказать. Сколько детей было у твоего отца? – резко сменил он тему. – Я не имею в виду тебя и Себастьяна с сестрой. Я имею в виду неучтенных</i детей.

– Шестеро. Мы знаем о шестерых, – подсчитала и озвучила цифру Елена.

– Вот! – поднял палец его превосходительство. – «Мы знаем»! Это ключевое слово! Сколько же их на самом деле – не знает никто. Так ведь?

Все промолчали. Это была правда. Дон Филипп был… Любвеобильным мужчиной, и цифра «шесть» сильно занижена. Лее не было это интересно в свое время, как и ее матери, потому серьезных поисков бастардов королевством не проводилось.

– Я против, – раздался робкий, но настойчивый голосок Леи. – Я хочу сына. Я всегда хотела его как СВОЕГО сына. И не собираюсь отдавать его какой-то низкородной шмаре!

– Лей, милая, как ты собираешься легализовать генетического сына? – расплылся в улыбке его превосходительство. – Я объяснил ситуацию с королевской семьей, дворец только погубит его. Его однозначно должна родить другая. А другая не может родить человека, которого любая экспертиза признает ТВОИМ генетическим отпрыском, причем самым что ни на есть прямым. Это создаст прецедент, и кто знает, как различные силы на планете попытаются этим воспользоваться?

Воцарилось молчание. Его превосходительство довольно скалился – он уже все решил. Теперь требовалось убедить в своем решении Лею, а на ее величество нельзя давить. Ее бесят, когда на нее давят, и с учетом ее вспыльчивости это довольно рискованное занятие.

– Лей, – продолжил он почти дружелюбным голосом. – Ты не родишь сына, о каком мечтала, со всеми выбранными тобой способностями. Но поступательное движение Венере, как и хотела, ты дашь. Я могу назвать тебе сотни людей, и имя каждого из них будет ассоциироваться с целой эпохой. Даже больше, благодаря им люди вообще помнят до сих пор о той или иной эпохе! Но ни один из них не будет правителем.

Пауза.

– Кто был правителем Тосканы в эпоху Галилео Галилея? А Англии Исаака Ньютона? Как звали правителя Сиракуз времен Архимеда? Кто был цезарем во времена Моцарта? А царем эпохи Чайковского или Менделеева? Ответь?

Лея молчала.

– Ты знаешь. У тебя прекрасное образование. Но только ты и единицы избранных. Для всех остальных именно эти люди являются лицом эпохи, а не те, кто сидел в их стране на троне. То же самое я предлагаю и тебе – создать человека, который не будет царствовать, но который станет лицом своей эпохи.

Повисло молчание. Лея думала. Елена знала, как тяжело ей отказываться от заветной мечты, лелеянной долгие годы и до исполнения которой осталось всего ничего. Но она знала также, что та смирится.

Сергей подождал еще какое-то время, и решил добить:

– В конце концов, не забывай, твоя наследница престола – дочь. А он будет мальчиком. А там… У высших сил хорошее чувство юмора, кто знает, как повернется судьба, если он будет тереться вокруг коронованных особ? Браки между кузенами в вашей стране не являются кровосмесительными. Думай, Лея, я свое слово сказал и большего для тебя сделать не могу. Извини. Созвонимся утром.

Он поднялся и быстрым шагом вышел вон из кабинета.

– Я, пожалуй, пойду тоже, ваше величество… Пока все работы по проекту заморожу, сообщите мне о своем решении, как только его примите. До свидания!

Дон Мигель также удалился.

– Что скажешь? – подняла глаза Лея.

Елена задумчиво пожала плечами.

– Решать тебе. Как я поняла, выбор прост: или ты рожаешь четвертого сына без перспектив лично для себя, или создаешь будущего великого человека для всей планеты, кроме себя лично. Все, поздно… Точнее, рано еще. Пойду я спать?..

Она демонстративно зевнула и направилась к выходу, оставляя подругу в одиночестве. Это решение она должна принять сама.

Сентябрь 2428 года, Венера, Альфа, Золотой дворец

– Оттуда нельзя было спастись, – закончила Елена. – Все остались там.

Лея боялась ее. И правильно делала – ей стоило больших сил сдержать себя в руках.

– Прости… Мне жаль… – Ее руки легли ей на плечи и принялись ласкать одеревеневший от доспеха верх спины. Елена любила, когда она так делает, но сейчас ласки ее величества не вызывали в ней ничего, кроме отвращения.

– Это ты виновата! – вскочила она, теряя контроль. Ну и правильно, давно пора высказать все в лицо этой высокомерной дряни. – Это из-за тебя произошло то, что произошло!

– Ты хочешь сказать, это я виновата, что среди персонала оказался бывший десантник, который раскусил наши планы и грохнул троих девчонок? – опешила Лея. – И как же это проявилось?

– Ты…! – У Елены всегда были проблемы с красноречием, особенно когда она нервничала. Но отдать раунд сейчас она не позволит.

– Ты не виновата в том, – холодно отчеканила она, беря себя в руки, – что девчонки погибли. Ты виновата в том, что погибли они напрасно…!

Затем посмотрела на ее величество ТАК, что та сделала невольный шаг назад. И почувствовав слабину, продолжила развивать наступление:

– Да, Лей, напрасно! Весь твой проект – игрушка! Ты придумала ее себе для развлечения, и год за годом втягивалась в него, получая удовольствие от процесса! Ты тварь, Лей, подлая тварь, играющая с людьми и забывшая, что они люди!

– Да как ты смеешь!.. – Лицо ее величества перекосило от гнева. – Как ты смеешь так говорить?! Все, что я делала, я делала на благо Венеры!

– Когда-то. Может быть. И то неправда. – Она зло усмехнулась. – Лей, ты придумала себе сына, самого-самого, перед которым падет ниц вся планета. Сына, имя которого должно остаться в веках. Он должен был сделать то, на что у тебя до сих пор тонка кишка, смочь разрубить Гордиев узел власти. Но ключ ко всему то, что это должен был быть ТВОЙ сын! Ты хотела не кайф матери, наблюдающей за успехами ребенка, а кайф творца, демиурга, наслаждающегося собственным творением! Ты хотела стать кукловодом, смастерившим куклу и наделившим необходимыми для спектакля качествами! Это игрушка, Лей, всего лишь игрушка, какие бы высокие слова и цели за ней ты не прятала!

Лея попыталась возразить, раскрыла рот, но под тяжелым взглядом стушевалась.

– Если бы ты действительно ставила Великую Цель, которую декларируешь, – усмехнулась Елена, вновь беря себя в руки, – ты отнеслась бы к проекту серьезно. И уж Изабелла в таком случае точно не родилась бы! Не говоря уже о том, кого носишь сейчас. Ты бы отдала себя этой Цели, сгорела в ней, она стала бы смыслом жизни…

…Но твой смысл – власть. Власть и вседозволенность. Ты наслаждаешься ею, наслаждаешься своим Олимпом, и именно он правит твоими действиями.

Ты – владыка. Императрица. Под твоим началом десятки, сотни, тысячи верных людей! Ты распоряжаешься ими, отправляешь на смерть, жертвуешь, но тебе нравится сам процесс управления ими. Гордыня, Лей. Ты слишком возгордилась. Тебе не кажется?