Золотая планета. Тетралогия (СИ) - Кусков Сергей - Страница 271

– Я должна. Гарсия, ты не можешь этого понять, но это выше меня. Этот человек не должен жить; если его изобретение попадет к врагам королевства…

– Это оружие, Елена! – с жаром воскликнула она вдруг. – Изысканное и невероятно мощное оружие! Да они устроят с его помощью такое!.. – Она вздохнула и опала.

– И если к нашим попадет – тоже ничего хорошего. Наши тоже устроят. Пока мама не знает про дона Мигеля, но если узнает… Я ничего не смогу поделать.

Елена отрицательно покачала головой:

– Ты не станешь убивать его. Это все, что я могу сказать. Что ты ей пообещала? – кивнула она в сторону Малышки.

Лея оторвала голову и посмотрела на свою точную копию.

– Что отпущу ее. С ее любимым Рафаэлем. Как только взойду на трон, естественно. И не буду вмешиваться в ее жизнь, никогда.

Елена про себя кивнула – мудро. Работа телохранителя – опасна сама по себе, а двойники вообще долго не живут. Естественно, такие вещи может решить один лишь сеньор, а сеньором Лея станет только после смерти матери. Ждать, судя по состоянию ее здоровья, осталось не долго, максимум несколько лет, но и этого времени Малышке с преизбытком хватит, чтобы дожить до старости. Ключевое слово «дожить».

– Я не могла доверить такую работу кому-то другому. А кроме вас мне не на кого больше рассчитывать.

Елена понимающе кивнула, поставила пистолет на предохранитель и засунула в наплечную кобуру, вытаскивая из-за пояса свой любимый нож.

– Она задание выполнила. Старика убила. То, что старик не мертв – не ее ошибка, а мое достижение. Так что свою часть сделки относительно нее тебе выполнять придется.

Малышка подняла голову и впервые посмотрела на нее с благодарностью, а не ненавистью.

– Да не зыркай так! – прикрикнула Елена на нее. – Если я говорю бросать оружие – значит надо было бросать оружие!

– Да иди ты!.. – Малышка вернулась к прерванному занятию. Синяк начал наливаться краской, и если ближайшее время не сделать укол, к вечеру ее фенотип превратится в непригодный для использования по назначению.

– Эй, ты! – Елена окликнула рыдающую девушку, дочь профессора. – Иди на кухню, принеси мне и ее высочеству кофе!

Та не шелохнулась. Про себя она, естественно, всячески костерила ее, королевского телохранителя, как и саму ее высочество, не понимая, что обязана ей и своей, и папочкиной жизнью. Елена усмехнулась.

– Я сказала, встала и навела кофе! – произнесла она со сталью в интонации, нагнувшись и продемонстрировав нож перед глазами девушки. Глазки той испуганно забегали. – Или я… А что, если вырезать человеку глаз он будет жить? – обратилась она себе за спину, как бы к Лее с Малышкой. И не дождавшись ответа, продолжила:

– Точно! Я вырежу твоему отцу глаз! Умереть он не умрет, а тебя это научит быстро и вовремя выполнять приказы. Марш за кофе!!! – вновь прикрикнула она.

Девушка разревелась, втянула голову в плечи и отползла в сторону, подальше от нее и ножа, после чего вскочила и быстро побежала на кухню.

– Проследи за ней, – бросила Елена Малышке. – Чтоб не подслушивала. Бегом!

Та прошептала нечто нецензурное, но забрав лед, удалилась, плотно закрыв за собой дверь.

– Принцесска, как я понимаю, ты хочешь почувствовать себя будущей королевой, да? – Елена медленным шагом подошла к Лее, вновь расстегивая кобуру. – Хочешь решать судьбы людей, отдавать приказы на их ликвидацию?

Лея молчала.

– Тогда тебе маленький урок. Если ты хочешь этого – не прячься за спины других. Нажми на курок сама.

Пауза. Профессор зашевелился, попытался что-то сказать, но в данный момент ей было плевать на него. Она смотрела в лицо Лее.

– Если ты способна нажать на курок, если способна ответить за свои решения на сто процентов, не прячась за «государственную необходимость» и посылая на это других, я, так и быть, стану делать для тебя эту работу. Я стану твоим личным специалистом по устранению ненужных для страны камрадов. Даю слово.

…Естественно, если ты обстоятельно объяснишь перед этим, почему тот или иной человек не должен жить, – уточнила она и протянула ей пистолет. – А начнешь ты прямо сейчас, с дона Мигеля де ла Росса, ненавистного тебе изобретателя.

Дон Мигель начал что-то мычать, вновь попытался отползти, но ползти ему было уже некуда – стена за спиной, а передвигаться иначе с простреленной Малышкою ногой он не мог. Лея встала, с потерянным лицом медленно приблизилась к нему. Медленно подняла ствол. Профессор перестал причитать и вдруг гордо посмотрел ей в глаза. По его щекам текли слезы, но Елена поразилась мужеству этого человека – он не умолял и не лебезил, не впал в истерию. Он просто принимал неизбежное.

– Сеньориты… Пожалуйста… – с трудом прошептали его губы, – Не убивайте мою дочь… Она здесь ни при чем, она ничего не знает… Она будет хранить молчание… Она не виновата… Ваше высочество! – последнее обращение он выдавил с трудом, и Елена зауважала его еще больше.

– Хорошо. – Лея согласно кивнула. – Она не виновата и ничего не знает. Но вас, дон Мигель, я не могу оставить в живых. Простите.

Лея сделала это. Нажала на курок.

Подсознательно Елена надеялась, что она одумается, но лишь на уровне надежды. Ей просто хотелось, чтобы она не сделала. Но это были лишь мечты. Лея – инфанта, она станет королевой, и ее с детства готовили для этого. Даже корпус с коварным Полигоном стал для нее лишь ступенькой в программе воспитания суровой женщины из легкомысленной девочки.

Она успела – да и не могло быть иначе, когда Принцесска в таком угашенном состоянии. Нож впился в плоть пистолета за долю секунды до того, как раскаленная игла выскочила из его дула. Естественно, игла пролетела сквозь толщу ножа, как сквозь масло, но свое дело тот сделал – пистолет от удара увело в сторону, и смертоносная игла, не собрав кровавой жатвы, впилась в стену рядом с головой профессора.

– Спасибо, давай назад. – Елена забрала из рук опешившей Леи пистолет, вытащила из него нож и засунула один в кобуру, другой за пояс. – А теперь сядь и слушай.

Лея покорно села.

– Дон Мигель, вы понимаете опасность вашего изобретения? – Елена сделала эффектную паузу. Старик закачал головой.

– Да, сеньорита. Теперь понимаю. К сожалению, понял это слишком поздно.

– Скажите, вы человек чести? – Ее глаза опасно прищурились. Профессор сглотнул ком.

– Смотря что вы имеете в виду.

– Если вы дадите слово молчать о своем изобретении, вы нарушите его?

Тот неуверенно пожал плечами. Елена ответила сама, обернувшись к Лее.

– Не нарушит. Он – человек слова.

– Ты оставишь его в живых, Лей, – продолжила она. – Оставишь и спрячешь. Где – не знаю, но мне кажется, что будет лучше, если за пределами планеты. – Она обернулась к старику.

– Дон Мигель, в самом ближайшем будущем я и сеньора… Вон та сеньора – она указала на дверь, за которой скрылась Малышка – под вашим чутким руководством и при помощи ресурсов ее высочества уничтожим все ваши работы. Все публикации, открытия, бумаги и наброски, черновики, капсулы и информационные носители. ВСЁ. Во всех частях планеты, где бы они ни располагались. После вы даете слово, что никому и никогда не обмолвитесь о вашем изобретении. В обмен на это мы спрячем вас, где-нибудь в Северной Америке, сделав пластику и сменив документы. И вы будете жить там, ожидая дальнейшего нашего решения на ваш счет.

– Решения? Простите, сеньора?.. – не понял он.

– Ваше изобретение может понадобиться нам, – усмехнулась Елена. – Точнее, ее величеству королеве Лее. Так понятнее?