Опасная игра - Миллз Анита - Страница 35

— Пострадала лишь моя одежда.

Затем она, приподнявшись, тоже села и поспешно поправила юбку, опустив ее края до самых щиколоток. Лишь только тогда она заметила исчезающий вдали поезд, и, будь она из тех, у кого глаза всегда на мокром месте, тотчас бы разрыдалась, но Верена была не из их числа, а потому она просто грустно вздохнула и промолвила тоном смирившегося со своей участью человека:

— Там остался мой саквояж, а в нем — все, что я с собой привезла.

— Ничего, когда мы доберемся до Колумбуса, я заберу ваши вещи на вокзале. Если поезд окажется там раньше нас, то носильщик обязательно их туда сдаст.

Ее взгляд упал на стадо овец, которое удалялось от теперь уже свободного пути, и она еще больше пала духом: кроме животных и сопровождавших их двух пастухов, ничего больше не было видно — ни дороги, ни домов, вообще ничего. Лишь холмы, луга да полоса деревьев.

— Знаете, — сказала Верена с чувством, — если бы я могла предположить, что вы собираетесь прыгать с поезда, я бы лучше снова бухнулась на пол. Я ведь думала, что вы просто решили укрыться от стрельбы за железной дверью, не более.

— Мне необходимо было сойти — и вам тоже.

— Хотелось бы услышать хоть одну убедительную причину, зачем, — резко отозвалась она. — Особенно если учесть, что мы оказались среди чистого поля, не захватив с собой даже зубной щетки и не имея представления, как отсюда попасть в Колумбус.

— Я могу назвать сразу две.

— Ну-ну, послушаем.

— Начнем с того, что, как только поезд прибудет на станцию, там все будет кишеть стражами порядка, и каждому, кто ехал в нашем вагоне, придется давать показания насчет перестрелки.

— Мне нечего скрывать, мистер Маккриди.

— Может быть, нет, а может быть, и есть. Как бы там ни было, но, прежде чем рейнджеры или путевые детективы разберутся, как было дело, пройдет день, а то и два — более чем достаточно, чтобы сно ва объявились ваши приятели. И если они не круглые идиоты, то к тому времени они уже успеют сообразить, что к чему. Вам что, хочется оказаться там, когда это случится?

— Они мне не приятели. Сколько еще раз повторять вам, что я их не знаю?

— До тех пор, пока я вам не поверю.

— В таком случае я этого больше не буду повторять.

Она наконец решилась взглянуть ему в лицо и сказала:

— Знаете, если бы какой-нибудь ваш знакомый сейчас вас увидел, он бы скорее всего вас не узнал. Мне кажется, более жуткого глаза я в жизни не видела.

— Но меня, по крайней мере, никто не разыскивает.

— А я думаю, все-таки разыскивает: разве вы стали бы прыгать на ходу из поезда из-за меня одной, мистер Маккриди? Нет, вы это сделали, потому что не хотели иметь дела с властями. И не пытайтесь это отрицать — я вам все равно не поверю.

— Вы чертовски подозрительны, Рена.

— Это я подозрительна? Вы лучше на себя посмотрите.

— Разве вы видели, чтобы я пытался бежать от шерифа Гуда?

— Просто вам некуда было бежать.

— Но меня, в отличие от вас, не разыскивают какие-то двое неизвестных типов, — парировал он ее выпад.

— Что ж, этого я действительно не могу объяснить.

— То-то и оно.

— Полагаю, с моей стороны было бы напрасным надеяться, что вы знаете, куда мы попали?

— Это усадьба Брассфилдов.

— Что-то я не вижу особых признаков усадьбы, — вздохнула она и снова повернула к нему голову. — Впрочем, насколько я припоминаю, проводник не был так уж уверен, где мы находимся. Мне кажется, он сказал, что мы, надо думать, где-то возле усадьбы Брассфилдов.

— Должны же были эти овцы прийти откуда-нибудь?

— И все-таки никакой усадьбы не видно, — возразила она.

— Да, — согласился он, — нам, пожалуй, придется немного прогуляться. Вы, кстати, случайно не говорите по-испански?

— Я могу читать классиков на латыни или по-французски, с трудом могу что-то разобрать по-гречески, но испанский не входил в программу обучения Бэнкрофтского педагогического училища. А что?

— А то, что я могу пересчитать на пальцах все испанские слова, которые я знаю, причем большинство из них неприлично произносить вслух.

— Простите, не поняла?

— Вы прекрасно слышали, что я сказал. Глядите, к нам направляется мексиканский мальчишка.

И действительно, один из двух пастухов заметил их и теперь во весь опор бежал к ним по траве, в знак приветствия размахивая руками. Когда он приблизился настолько, что можно было разглядеть его лицо, ей стала видна его приветливая щербатая улыбка. Мэтт встал с земли, отряхнул пиджак и брюки и помог ей подняться.

— А ну-ка повернитесь, — сказал он ей. — Хочу глянуть, достаточно ли прилично вы выглядите и чем я могу вам в этом смысле помочь.

— Чем тут уже поможешь — это безнадежно, — пробормотала она, осматривая урон, нанесенный ее убранству; тяжело вздохнув, она добавила: — Кажется, оторвался кусок или даже два. А без саквояжа я даже не могу сменить юбку.

— Я вам найду что-нибудь другое.

— Мы ведь еще вчера выяснили, что это совершенно невозможно.

— Предоставьте это мне, — небрежно бросил он и, протянув руку, направился навстречу мальчику.

— Donde es[17] Брассфилды? — начал он, надеясь быть понятым.

— Si… si…[18]

— Вы уверены, что произнесли это правильно? — спросила Верена за его спиной.

— Donde esta[19] Колумбус?

— Si… si… — повторил снова мальчик, энергично кивая головой.

— Так Брассфилды или Колумбус?

— Si… si…

— Я не удивлюсь, если окажется, что это совсем другое место, — пробормотала она вполголоса.

— Хотите — попробуйте сами.

— О, нет.

— В таком случае наберитесь терпения. El rапcho — donde esta el rancho[20]?

Вопрос вызвал целый поток стремительно льющихся испанских слов, которые Мэтт даже и не пытался понять.

— Donde? Фу-ты — где эта чертова усадьба Брассфилдов? — не выдержав, закричал он.

— Если он вас не понял с первого раза, то крики, я думаю, здесь не помогут, — спокойно заметила Верена и, обойдя Мэтта, приблизилась к мальчику: — Брассфилд?

— Si.

— Это усадьба Брассфилдов?

— Si.

— Ну, этим si я и так сыт по горло, — пробормотал Мэтт.

— Погодите, я собираюсь добиться от него вот чего — чтобы он показал нам дорогу.

Описав рукой вокруг себя большой круг, она спросила:

— Усадьба Брассфилдов?

— Si?

— Дом?

— Casa, — подсказал Мэтт. — Дом — это casa. Уж это слово я знаю.

— Casa — где casa? Там? — спросила она, показывая налево.

— Si.

— Если хотите услышать мое мнение, то вы не очень-то преуспели.

Не обращая на него внимания, она показала направо:

— Сага?

Мальчик отрицательно покачал головой. Подойдя к ней поближе, он показал на черту слева от нее и кивнул головой.

— Casa Брассфилд, — лаконично произнес он, а затем вытянул руку и повернулся на сто восемьдесят градусов, описав ею полный круг: — Rancho.

— Мы находимся прямо на ранчо, — сделала вывод Верена.

— А дом где-то там.

— Но об этом-то я его и спрашивал, знаете ли.

— Нет, вы спрашивали, где ранчо.

— А почему бы вам не спросить, далеко ли отсюда до дома? — предложил он. — Интересно, как у вас это выйдет.

— А мне не надо спрашивать. Я и так знаю, что далеко.

— Grasias, mi amigo[21]. — Достав из кармана двадцатипятицентовую монету, Мэтт бросил ее мальчику.

— Por[22] Эдуардо?

— Por Эдуардо.

Эдуардо показал на другого пастуха:

— Пабло.

— Эдуардо и Пабло. — Мэтт снова сунул руку в карман, но другого двадцатипятицентовика не обнаружил.