Новые приключения Шерлока Холмса (сборник) - Эшли Майк - Страница 84

– Все правильно, – подтвердил Тарквин ровным голосом. Прислонившись к перилам ведущей на ферму лестницы, он сложил руки на груди. – Пламя рассекло его ровно, как струя горячей воды льдину. Когда большой трос был перерезан, стали натягиваться и рваться остальные. И вскоре корабль упал.

– Так, значит, трос перерезал Брайсон? Я правильно вас понял?

– О нет-нет! – Тарквина, похоже, слегка удивил вопрос Уэллса. – Это сделал я. А Брайсон руководил работой.

– Но если это сделали вы, то как можно обвинять в убийстве Брайсона? – спросил я.

– Потому что ответственность несет он. Разве не понимаете? Брайсон велелмне перерезать трос, помеченный оранжевым цветом. Я следовал его инструкциям, понятия не имея, что на тросе держится корабль.

– Вы сказали, что прошли обучение и знаете каждую деталь корабля, внутри и снаружи.

– Самого корабля – да, доктор. Но не подсобного оборудования. А вот Брайсону тут все было известно до мелочей.

– Но потребовалась бы не одна минута, чтобы перерезать такой кабель, – заметил Уэллс. – Посмотрите на его толщину! Неужели Брайсон не видел, чем вы занимались, и не остановил вас?

– В тот момент Брайсона здесь не было, – холодно ответил Тарквин. – Как вы уже слышали, он завтракал с моей невесткой, по их обыкновению. Понимаете, джентльмены, – добавил он, и в его голосе явственно прозвучало сдержанное раздражение, – я был всего лишь орудием, которое использовал Брайсон для достижения своих целей. Столь же невинным, как и этот аппарат для газовой резки, лежащий у ваших ног.

Уэллс пристально посмотрел на газовую горелку и на оборванные тросы.

– Тарквин, ваш брат знал Брайсона много лет. Он полностью доверял ему. С чего бы Брайсон стал совершать такое?

Тарквин выпрямился и смахнул пыль со своей куртки.

– Это вы должны спросить у него, – ответил он.

* * *

Наш следующий шаг был очевиден для всех: необходимо провести очную ставку с обвиняемым.

Мы вернулись в гостиную и встретились с Брайсоном, которого Тарквин только что представил нам не в самом лучшем свете. Он стоял на ковре, его сильные мускулистые руки беспомощно свисали вдоль тела, а из всех карманов запачканного масляными пятнами рабочего халата торчали инструменты. По утверждению Уэллса, Брайсон был серьезным человеком без особого воображения, умелым и абсолютно надежным. Я не мог не испытывать смущения, когда Холмс изложил Брайсону выдвинутое против него обвинение.

Джек Брайсон понурил голову и провел ладонью по лысой голове.

– Значит, вы думаете, что это я его убил, – сказал он покорно. – Что ж, ничего не поделаешь. Вы собираетесь вызвать полицию?

– К чему такая спешка? – ответил Холмс, пожав плечами. – Во-первых, я не знаю, какой у вас мог быть мотив, чтобы причинить зло Ральфу Бримикуму.

– Мой мотив – Джейн, – внезапно признался инженер, слегка покраснев.

Уэллс нахмурился:

– Жена Бримикума? Что вы имеете в виду?

– Мы с ней… – Какое-то мгновение Брайсон колебался, а потом продолжил: – Я вполне могу сказать об этом прямо, все равно вы узнаете. Не уверен, можно ли назвать наши отношения романом. Я значительно старше ее, но все же… Ральф всегда был таким сдержанным, понимаете, так поглощен своей работой. А Джейн…

– Женщина, полная теплоты и преданности, – мягко закончил его мысль Холмс.

– Я давно знаком с Джейн, – снова заговорил Брайсон. – Сближение – возможность. Да. Вот вам и мотив, мистер Холмс. Любовник, убивший мужа-рогоносца. И так удачно выбранный момент для убийства… Все это не вызывает сомнений.

Я пристально посмотрел ему в лицо, и на меня нахлынули тягостные чувства. Брайсон был до удивления спокоен – ни горечи, ни гордости, одно лишь угрюмое смирение.

Уэллс повернулся к Холмсу.

– Итак, – сказал он, – дело раскрыто. Вы разочарованы, Холмс?

Прежде чем ответить, Холмс набил и раскурил трубку.

– Раскрыто? – переспросил он тихо. – Я так не думаю.

Брайсон выглядел смущенным:

– Сэр?

– Не торопитесь осуждать себя, старина. Вы – подозреваемый. Но от этого вы не становитесь убийцей – ни в моих глазах, ни в глазах закона, ни пред всевидящим оком самого Господа Бога, если на то пошло.

– А суд с этим согласится? Я уже смирился, мистер Холмс, и готов покорно принять свою участь. Пусть все будет, как должно быть.

То, с каким благородством он отдавал себя на волю судьбы, заставило даже Холмса воздержаться от едких замечаний.

Холмс велел Брайсону сопровождать нас при повторном осмотре места ужасной трагедии, где незадолго до этого присутствовал Тарквин. Вскоре мы снова обходили тросы и перешагивали через обломки техники и бетона. В отличие от Тарквина Брайсон не видел места происшествия со дня несчастного случая и был явно потрясен.

– Даже после устранения основного держателя падение произошло далеко не сразу, – сказал он. – Тросы со звоном лопались один за другим, а я ничего не мог сделать. Тогда я побежал звать на помощь, еще надеясь предотвратить трагедию. А потом выяснилось, что Ральф разбился… – Он повернул морщинистое лицо к Холмсу. – Какая разница, кого вы в результате признаете виновным, мистер Холмс, я – убийца. Я это знаю. Все, что касается лаборатории, – сфера моей ответственности; жизнь Ральфа Бримикума была в моих руках, когда он находился в этой комнате, и я с задачей не справился…

– Перестаньте, старина, – резко прервал его Холмс. – Бередящее раны самобичевание вряд ли поможет. Сейчас мы должны сосредоточиться на фактах.

Холмс подвел Брайсона к дыре, вырезанной в стенке корабля. С явной неохотой инженер приблизился к этому подобию двери. Свет внутри позволял все хорошо рассмотреть. Я наблюдал, как Брайсон оглядывает стены кабины, остатки сиденья пилота на полу. Потом он выпрямился и с удивлением спросил Холмса:

– В кабине убирались?

Холмс показал вверх.

Брайсон еще раз просунул голову в проем и взглянул на потолок кабины. Увидев там засохшую кровь с ошметками человеческой плоти, он ахнул и отпрянул назад.

Холмс мягко сказал:

– Ватсон, вы не могли бы…

Я взял Брайсона под руку, собираясь увести его из лаборатории, но он возразил:

– Ничего-ничего. Это просто шок.

– Один вопрос, – обратился к Брайсону Холмс. – Расскажите мне, как был перерезан трос.

– Работы аппаратом газовой резки осуществлял Тарквин, – начал он. – По моему указанию. Задача была простая, требовалось лишь вырезать поврежденный участок кислородного провода.

– Вы хотите сказать, что смерть Ральфа – несчастный случай?

– О нет, – возразил Брайсон без тени сомнения в голосе. – Это не несчастный случай, это умышленное убийство. – Создавалось впечатление, что он сознательно пытается вызвать у нас недоверие к себе.

– Говорите, Брайсон, я хочу знать всю правду, – попросил Холмс.

– Я не следил за каждым движением Тарквина. Я дал ему необходимые указания и ушел, чтобы позавтракать перед тем, как заняться решением следующей задачи.

– Что конкретно вы велели ему делать?

Брайсон на мгновение задумался, прикрыв глаза.

– Я указал на кислородный провод, объяснил, для чего он служит и как вырезать поврежденный участок. Воздуховод – это помеченный красным цветом кабель, толщиной примерно с большой палец руки.

– Тогда как несущие кабели…

– Все помечены оранжевым и где-то вот такой толщины. – Он обозначил круг, соединив большие и средние пальцы обеих рук. – Трудно – невозможно – перепутать эти два троса.

– Вы не видели, что он делает?

– Я завтракал с миссис Бримикум, когда это случилось. Однако я рассчитывал вернуться раньше.

– Почему же не вернулись?

Он пожал плечами:

– Яйцо на завтрак готовилось гораздо дольше обычного. Я помню, как экономка извинялась.

Уэллс воскликнул с досадой в голосе:

– Опять эти злосчастные яйца!

– В любом случае, – продолжил Брайсон, – меня не было всего несколько минут. Но к моему возвращению Тарквин уже полностью перерезал несущий трос.