Эмма и незнакомец - Миллер Линда Лаел - Страница 40

Она прошла за стол, чтобы рассмотреть объявления о поимке преступников, прикрепленные в беспорядке на стене. Они пожелтели от старости, края их загибались. Мясник Кассиди, Малыш Билли, Черный Джек. Но никакого упоминания о Стивене и никакой фотографии лица, которое она так хорошо знала.

Это не успокоило Эмму, так как она знала, что эти объявления очень старые. Она выглянула в окно, не идет ли кто-нибудь, потом открыла стол шерифа Вудриджа.

Там лежал голубой конверт, адресованный шерифу Витнивилла, который она бережно положила на место, и пачка объявлений. Забыв, что она нарушает закон, Эмма опустилась на стул шерифа и стала читать объявления. Но ничего о Стивене она не нашла.

Эмма положила объявления на место в ящик и осторожно закрыла его. Стивену угрожала настоящая опасность, и ей надо было что-то делать, чтобы помочь ему. Но что?

Очутившись в своей комнате в гостинице, Макон Фэрфакс сразу закрыл и запер дверь, без сил опустился на край неряшливой постели и запустил руки в волосы. Ненависть и горечь грызли его, как крысы. Стивен наслаждался с этой красивой рыжеволосой женщиной, он видел это в ее глазах, и от этой мысли Макону стало тошно. Дирк и Мэри гниют в могилах, а незаконный внук Сайруса Фэрфакса продолжает жить и наслаждаться такой роскошью, как мисс Эмма Чалмерс.

Макон успокоил себя как обычно — представил, что его полукровный брат раскачивается на веревке с синим опухшим лицом. Боже, как он желал смерти Стивена.

Макон глубоко вздохнул и поднялся. Ему было за сорок — слишком много, чтобы гоняться по стране за преступником. Нет, господа, ему следовало бы быть дома, развлекаясь в постели с любовницей или даже с женой Люси.

Ему отчаянно хотелось выпить, но серебряная фляжка, которую он носил во внутреннем кармане, была пуста. Вспоминая Эмму Чалмерс и то, как она лгала ему, он улыбнулся и отпер дверь.

Через несколько минут Макон входил в двери «Звездной пыли» во второй раз за этот день. В свой первый визит он услышал о связи мисс Чалмерс со Стивеном от добродушной шлюхи по имени Келли Виско. Он приплатил ей за постельные разговоры, после того как она вывернула его наизнанку.

Салун процветал — шикарное места с деревянными полами и табличками «Не плевать». Столы были покрыты зеленым сукном, на стенах были кричащие, но завлекательные картины. Где-то тренькало пианино, в воздухе стоял запах табачного дыма.

Осматриваясь, Макон приметил высокого светловолосого мужчину, сидевшего у окна. На столе перед ним стояла наполовину выпитая бутылка виски. Малый выглядел так, словно был обуреваем жалостью к самому себе, а Макон давно понял, что жалость к себе развязывает языки. Он подошел к столику и улыбнулся мужчине, протягивая руку.

— Макон Фэрфакс, — представился он.

— Фэрфакс?

Имя оказалось не по вкусу франту, и Макон поздравил себя с удачей.

— Можно? — спросил он, отодвигая стул.

— Конечно, — хмуро откликнулся пьющий, наливая себе еще виски. На нем был полосатый костюм и нелепо сдвинутый на затылок цилиндр.

— Как вас зовут?

— Фултон Уитни.

Макон дал знак, чтобы принесли еще бутылку, и положил на стол золотую монету, чтобы Уитни понял, что он не просто хвастун, проходящий мимо, — Вы выглядите несчастным человеком, мистер Уитни.

Уитни мелодраматично вздохнул. Он был явно пьян, но налил себе еще стакан и опрокинул его в себя.

— Она самая красивая малышка в городе, и я потерял ее.

Проститутка в коротком пурпурном платье принесла Макону виски и стакан, а когда он не обратил на нее внимания, отошла, надув губы.

— Кто это? — спросил Макон. Уитни икнул.

— Вы не знаете ее, поскольку не живете здесь. Она библиотекарша, мисс Эмма Чалмерс. — Он снова посмотрел на Макона, с видимым усилием пытаясь всмотреться. — Вы сказали, что вас зовут Фэрфакс?

Макон кивнул. Эмма, дерзкая крошка, о которой ему рассказала Келли Виско и за которой он последовал к озеру. Он улыбнулся, вспоминая, как наблюдал за ней, когда она раздевалась и входила в воду.

— Да, — не сразу ответил он, — Макон Фэрфакс. Я из Луизианы и разыскиваю своего брата Стивена.

Он увидел, как изменилось лицо Уитни при упоминании имени его брата.

— Его разыскивают за два убийства. Я бы хотел попытаться уговорить его, чтобы он вернулся домой.

Уитни ударил кулаком по столу, отчего задребезжали обе бутылки.

— Я шал. Я говорил Эмме, что он преступник, но она не поверила мне.

— Мой полукровный брат умеет ладить с женщинами, — с сожалением признал Макон. — Он, наверное, наставил рога половине мужей в Новом Орлеане.

Уитни снова икнул.

— Конечно, если бы вы нашли его, вы бы увезли его в Луизиану.

— Мертвого или живого, — согласился Макон, откидываясь на спинку стула и засовывая большие пальцы в карманы жилета. — Мисс Эмма, возможно, снова вернулась бы к вам, если бы он уехал. Такой женщине нужен мужчина в постели.

Щеки Уитни вспыхнули, и на миг взгляд прояснился.

— Да, — сказала он, но говорил он скорее себе, а не Макону. — Да.

Макон мог бы поспорить на Фэрхевен, что у Уитни эрекция… Чтобы убедить его в этом, Уитни поднялся, и очевидное стало ясно видимым.

— Надо наверх, — проблеял он. Макон улыбнулся.

— Прежде чем вы уйдете, дружище, скажите мне одну вещь, чтобы мы оба смогли получить то, что хотим. Где я могу найти своего брата?

— Он работает у Большого Джона Ленагана десятником. Сейчас перегоняет скот на север, к Спокану.

— Спасибо, — ответил Макон, наливая себе еще виски. Он наблюдал, как Уитни, заплетаясь, шел к лестнице, и догадывался, что какая-нибудь городская проститутка будет лежать под городским франтом. И возможно, он даже не разденется.

Макон неторопливо кончил пить. В уме он видел несколько картин. Таких, как мисс Чалмерс, стоящая в озере, в отороченных кружевами штанишках, доходящих ей едва до колен, и лифчике. Он видел ее женственность в основании бедер и выпуклые соски под муслином.

Внутри Макона Фэрфакса шевельнулось еще что-то, кроме желания мести, — похоть. Он поерзал на стуле, думая, как бы это было — положить дерзкую рыжеволосую крошку в прохладную зеленую траву и овладеть ею. Она была из тех, кто поднимает много шума, даже если не возражает, чтобы ее взяли.

В паху Макона поднялась боль. Боже, каким сладким было бы его торжество, если бы он мог взять Эмму так, чтобы Стивен все слышал.

Он вздохнул. Ему надо быть терпеливым, в этом все дело. Как только он поймает Стивена — а он не такой дурак, чтобы делать это одному: с ним полдюжины человек, разбивших лагерь за городом, — он обратит внимание на маленькую злючку, которую, как он подозревал, любит его брат.

В зале была одна рыжая проститутка, сидевшая на пианино и болтающая голыми ногами. Макон поманил ее пальцем. Она улыбнулась и, соскользнув со своего насеста, направилась к нему.

Эмма ходила по комнате, полная страха и сомнений. Ей надо найти Стивена, узнать, действительно ли он убил своего племянника и какую-то женщину по имени Мэри Макколл. Ей надо предупредить его.

Эмма достала из шкафа юбку для верховой езды, блузку из легкой фланели с длинными рукавами и переоделась. Натянула высокие ботинки и уложила косу короной, чтобы она не мешала. Потом достала тридцать долларов из потайного ящика на дне коробки с драгоценностями и спустилась по черной лестнице.

Она не заходила на кухню, пока не уверилась, что там нет Дейзи. Только тогда она зашла и схватила яблоко и толстый ломоть хлеба. Она жевала хлеб, направляясь к задней веранде, где на крюке висел старый плащ садовника. Близился вечер, и будет холодно. Засунув яблоко в карман, Эмма надела плащ и поспешила по ступенькам вниз.

Начало темнеть, и она старалась не привлекать внимания, направляясь в центр города. Дойдя до платной конюшни, она торопливо взяла пегую кобылу и седло у глуповатого помощника конюха по имени Генри.

Эмма не была опытной наездницей, но отчаяние ее было так велико, что она охотно позволила Генри посадить ее и седло.