Каролина и разбойник - Миллер Линда Лаел - Страница 28

— Что вам нужно?

Гатри изобразил на лице беззаботную улыбку и подался вперед на седле.

— Расслабься, старик. Миссис и я только хотим напоить лошадей.

Владелец ранчо внимательно осмотрел их. Его хмурый взгляд уступил место беззубой улыбке. Очевидно, желание пообщаться с людьми перевесило его подозрительность, Каролина знала, что такие вот хозяева ранчо, бывает, целыми месяцами не видят ни единой души.

— Ладно, позаботьтесь о лошадях и входите в дом, — сказал старик, прислоняя ружье к стенке дома. — Меня зовут Эфраим Фиск.

— Гатри Хэйес, — отрекомендовался спутник Каролины.

— С какого это времени я стала миссис? — прошипела Каролина, кося глазом на сияющего Фиска.

— Если бы ты была просто моей женщиной, то старик стал бы рассчитывать на то, что я поделюсь с ним тобой, — прошептал в ответ Гатри, сняв Каролину с седла и держа за талию.

Каролина затрепетала от ярости. Но что она могла сделать?

— Я действительно просто ваша женщина, — огрызнулась она.

Гатри опустил Каролину на землю и погрозил пальцем перед самым ее носом.

— Не заставляйте меня пользоваться своими преимуществами, учительница, — сказал он ей беззлобно. — До Ларами еще много длинных скучных миль.

— Нет ли у вас жевательного табака, — поинтересовался мистер Фиск. Ветер доносил до Каролины едкий, неприятный запах, исходивший от старика.

— Каролине не приходилось видеть, как Гатри жует табак. Поэтому она была удивлена, когда он достал из седельного вьюка коробочку с зельем и бросил ее старику с добродушной улыбкой.

Фиск открыл крышку, достал щепотку табака и засунул ее себе за щеку. При этом он окинул цепким взглядом фигуру Каролины, отчего ей стало не по себе.

— Может, зайдете в дом, отдохнете? — спросил он.

Каролина могла себе представить, что творится внутри дома Фиска, если от старика так разило табаком. Она вежливо отказалась от его приглашения.

— Я не устала, спасибо.

Гатри в это время поднимал ведро из колодца. Сначала он наполнил водой свою флягу. Это напомнило Каролине, как он мыл ее прошлой ночью. Потом Гатри дал напиться Тобу и лошадям.

— У меня отличное баранье жаркое, — продолжал завлекать гостей в дом мистер Фиск. Однако его стряпня вызывала у Каролины сильные подозрения.

Гатри осмотрелся. До захода солнца было еще далеко. Бурая, неровная поверхность земли уходила за горизонт.

— У нас есть еще время для отдыха, — сказал он.

Довольный, Фиск повернулся и пошел, прихрамывая, в дом.

— Для чего нам отдых? — недовольно прошептала Каролина, обращая на Гатри беспокойный взгляд. — Его стряпня состоит не иначе как из копыт и шерсти овец.

Глаза Гатри рассмеялись, хотя губы остались почти неподвижными.

— Не забудь еще язык и глазные яблоки, — добавил он не без юмора, пропуская Каролину вперед в широко раскрытые двери дома. Воздух внутри крохотной комнатенки Фиска оказался, как и ожидала Каролина, спертым. Однако ее не могли не растрогать хлопоты хозяина домика, стремившегося создать, по возможности, уютную обстановку для гостей. Фикс поспешно освобождал комнату от разбросанных предметов своей одежды и обуви.

— Миссис в деликатном положении, — доверительно сообщил Гатри хозяину ранчо, когда тот поставил на середину стола горшок с мясом. — Ей приходится быть разборчивой в пище.

«В каком это положении?» — не сразу поняла Каролина. Но, догадавшись, она опустила в смущении глаза.

Жаркое действительно было несъедобно, и Гатри едва притронулся к нему. Когда Фиск вышел из дома за кувшином с самогоном, Гатри поставил свою миску на пол, и Тоб мгновенно съел ее содержимое.

— Вы могли бы заночевать в амбаре, — предложил Фиск. Он раскупорил глиняный кувшин и передал его Гатри. Тот поднял кувшин ко рту и сделал несколько глотков. Каролина видела, как задвигался его кадык. Затем Гатри сделал резкий выдох и вытер губы тыльной стороной ладони.

— Спасибо, вы очень добры, — поблагодарил он хозяина дома.

Каролина пнула Гатри ногой под столом. Уже была ночь на пороге, возможно, где-то их подстерегали индейцы или ждали другие беды; и тем не менее Каролина чувствовала себя неуютно в доме Фиска и стремилась продолжить поездку. Она любезно улыбнулась хозяину.

— Вам уже не нужно заниматься скотиной?

— Овцами, — уточнил Фиск, изрядно захмелевший. Фиолетово-красные прожилки покрывали его мясистый нос. — У меня овцы. Как раз сейчас мой брат Финн занимается ими. Финн Фиск.

Каролина повторила про себя это имя и улыбнулась еще шире.

— Мы не будем вас стеснять, — сказала она уже серьезно, — мы поедем дальше.

— Нет, мы останемся, — вмешался Гатри.

— Пойду узнаю, почему ваша дворняга роется на моей брюквенной грядке, — дипломатично сказал Фиск. Он поднялся со стула и проковылял за дверь.

— Мне не нравится здесь, — раздраженно прошептала Каролина, когда старик удалился. — Я хочу ехать.

Гатри наклонился к Каролине, и она поморщилась от исходившего от него запаха самогона.

— Тогда немедленно собирайся и уезжай, учительница. Когда встретишь шайку шошони, следом за которой мы ехали, передай ей от меня привет.

Каролину испугали его слова; она, слегка побледнев, спросила:

— Вы их видели?

— Я видел их следы. Нам повезло, что они не сделали остановку прошлой ночью и не зажарили Тоба на ужин.

— Вы запугиваете меня? — недоверчиво спросила Каролина.

Она представила себе расстояние, которое им еще нужно было проехать, и вспомнила ужасные рассказы о нападениях индейцев:

Гатри смотрел на нее без улыбки:

— А ты как думаешь?

— Я остаюсь, — сказала она со вздохом.

— Отлично! — Гатри слегка дернул ее за косу. — Надеюсь, ты твердо решила? И старайся не доставлять мне больше хлопот. Иначе я заставлю тебя произвести уборку в домике Фиска в благодарность за его гостеприимство.

— Вы совершенно бесчувственны.

Гатри вопросительно поднял брови. Задержавшись у двери, он сказал:

— Я пойду устроить лошадей в амбаре. В мое отсутствие подумай, как должна вести себя добродетельная супруга.

Каролина вскочила на ноги со сжатыми кулаками. Но поскольку от Гатри зависела безопасность поездки в Ларами, она не могла дать волю своему гневу. «Бедная Адабель, — подумала Каролина. — Ее ждет печальная участь».

Только, конечно, не по ночам. Впрочем, одно это компенсировало остальное.

Каролина вышла из дома и, заслонив рукой глаза от солнца, стала вглядываться в даль. Индейцев не было видно. Успокоившись, что в ближайшее время опасность им не грозит, Каролина отправилась к амбару, решив держаться от Гатри подальше.

Когда она вошла, он чистил своего мерина. При ее появлении он ухмыльнулся, но ничего не сказал, и продолжал заниматься своим делом. Фиск занимался пегой кобылой и говорил без умолку.

Каролина села на охапку прелого сена и сделала вид, что размышляет о поведении добродетельной жены.

Когда лошади получили все, что им нужно, Фиск объявил, что по случаю прибытия гостей он зарезая курицу, которая перестала нести яйца, Каролина приготовила на обед куриный суп с клецками и отварила полную кастрюлю брюквы.

Фиск провозгласил, что это лучший из обедов, которые ему когда-либо приходилось пробовать. Он вызвался ночевать в амбаре, чтобы гости имели возможность поспать на его кровати.

Каролина была уверена, что амбар больше удовлетворял требованиям гигиены, но ей не хотелось ссориться с Гатри, и она решила смириться.

Однако Гатри, улыбнувшись и поблагодарив старика, отказался от приглашения. Он сказал, что, путешествуя, он предпочитает спать рядом с лошадью.

Фиск был великодушным. Он дал им керосиновую лампу, чтобы освещать путь от дома до амбара.

Тоб, насытившийся тушеной бараниной, прыгал рядом с Каролиной, тычась в ее ладони своим холодным мокрым носом. Каролина была озабочена предстоявшим ей испытанием — она твердо решила не уступать чарам Гатри.

В амбаре Гатри подвел Каролину к веревочной лестнице, ведущей на верх сеновала.