Закон крови - Микулов Олег - Страница 73

Ответ ясен, и ничего не изменить. Колдун не исполнил свой долг, не отвел величайшую беду, обрушившуюся не только на их человеческий Мир, но и на Скрытые Миры! Нарушено Великое Равновесие. Рана, нанесенная Малом, настолько глубока, что ее не затянуть обычными обрядами, не искупить жертвами. Тьма, льющаяся в эту открытую рану, заражает все их Миры – и Видимый Средний, и Скрытый Верхний, и Нижний. Рвутся, гниют, разрушаются связи с Миром духов, закрываются тропы в Землю сновидений – Мир предков… Колдун теряет свою Силу, это неизбежно, а сила Врага, прорвавшегося в Средний Мир, растет!

А их Род… Теперь уже не важно, каковым будет решение Большого Совета. Дети Мамонта должны покинуть эти места – такова воля духов и предков. Те, по чьей вине случилось все это, должны попытаться отвести Зло … И быть может, изжить его; одолеть. Эта тропа не ясна; не ясен и конец. Быть может, это будет действительно конец их Рода!..

Колдун не смог бы объяснить ни себе самому, ни кому бы то ни было, в чем их общая вина перед предками? Почему все меры оказались тщетными? Он просто знал: это – так! Он подозревал, что прорвавшаяся в их Мир Сила требует иных, быть может, совсем иных способов противодействия, нежели те, что так хорошо знакомы.

Сейчас, вдыхая полной грудью ночной воздух, вглядываясь в окружающий мрак (Небесная Старуха лишь на следующую ночь станет медленно просыпаться), Колдун с горечью думал о том, что вынес из этого своего воистину последнего полета в Скрытые Миры… Так, значит, силы нежити будут расти и дальше, и одновременно – слабеть его собственные силы… Что же будет тогда – не с ним, нет, – со всеми его сородичами, с детьми Мамонта? С теми, кому предстоит встать на изгнанническую тропу без защиты и покровительства?!

Гонцы от детей Куницы и детей Серой Совы появились на следующий день. С ними пришел и молодой колдун-Куница. Арго принимал посланцев торжественно, рядом с Колдуном, у тотемного столба. Здесь, в центре стойбища, собрались почти все дети Мамонта, – все, кто не ушел на промысел. Арго вглядывался в хмурые, растревоженные лица своих общинников. (Худые вести, худые слухи разносятся быстро. Предчувствия – тоже!)

– Арго, великий вождь детей Мамонта! Рам, вождь детей Куницы и вожди общин детей Серой Совы обеспокоены тем, что происходит. Они решили созвать Большой Совет. Что думают об этом дети Мамонта?

– Рам и Нерт, великие вожди детей Куницы и детей Серой Совы, могли бы услышать мой ответ еще вчера.

– Вчера мы говорили с детьми Серой Совы. Сегодня – с детьми Мамонта. Но если великому вождю Арго требуется время для размышлений – пусть скажет.

– Вождь Арго благодарит своих собратьев, но размышлять не над чем. Дети Мамонта озабочены происходящим не меньше, чем наши соседи. У нас нет причин для отказа от Большого Совета. Надеюсь, вожди других общин детей Мамонта думают так же.

– Тем лучше… Вождь Кано уже дал свое согласие. Надеюсь, согласием ответят и дети Мамонта, живущие на севере.

(Это – посланец Нерта. Торопыга!)

– Я удивлен услышанным. Серых Сов скликают на Большой Совет Серые Совы, – это так. Но с каких пор вождю Рода, согласившемуся на Большой Совет, отказывают в праве созывать сородичей? Или это – Большой Совет детей Куницы и детей Серой Совы, на котором нас, детей Мамонта, хотят видеть со склоненными головами и без оружия?!

(Да, юный торопыга! Вижу по твоему лицу: ты и твой вождь Нерт именно этого и хотите!.. Только – не рановато ли?)

Юный посланец Нерта не нашелся сразу что ответить, но выражение лица было более чем красноречиво. Еще немного – и с его губ сорвутся слова, о которых, быть может, жестоко пожалеет и тот, кто его послал. Но в этот момент решительно вышел вперед колдун-Куница.

– Арго, великий вождь детей Мамонта! Мой вождь Рам просил меня сопровождать этих посланцев от наших соседних общин. И Нерт, для чьих людей я тоже тружусь, не возражал. Никто не хочет нанести тебе оскорбление или обиду, великий вождь! Невиданное бедствие помутило наш разум, иначе наши посланцы еще вчера просили бы тебя направить гонцов к твоим сородичам! Но мы хотели узнать: все ли Серые Совы хотят Большого Совета? И потом обратиться к детям Мамонта. Кано мы навестили по дороге к тебе и получили только предварительное согласие. Он ждет посланцев Арго, вождя Рода, хранителя Священной кости!

Лицо Арго оставалось бесстрастным. (Мы оба знаем, молодой колдун, что твои слова – ложь. Вежливая ложь, – спасибо и за то! По-видимому, тебе и твоему вождю обязаны мы тем, что вместо Большого Совета не начнется Большая война!.. Еще не известно, кто больше должен благодарить вас за это – мы или Серые Совы: дети Мамонта воевать умеют!)

– Арго, вождь детей Мамонта, благодарит колдуна детей Куницы, и тех, кто его послал, за разъяснения. Гонцы к нашим сородичам будут посланы сегодня же. НУЖНО лишь решить, в какой день будет Большой Совет. Полагаю, вожди детей Куницы и детей Серой Совы думали об этом.

– Мы были бы рады, если бы вожди, колдуны и старейшины детей Мамонта смогли собраться на Поляне празднеств через день. Если нет, мы готовы прийти туда в иное время, удобное детям Мамонта.

Арго посмотрел на Колдуна, обвел взглядом старейших охотников общины… Согласны!

– Мы готовы быть там в срок. Надеюсь, наши сородичи тоже. Когда наши посланцы вернутся с севера, в общину Гарта будет послан ответ. Надеюсь, его гонец доберется до общины Нерта прежде, чем закатится солнце.

(Пусть в вашей общине ночуют ваши сородичи! Мы для вас – уже почти чужие, едва ли не враги…)

Все было сказано, все решено. Осталось только произнести должные слова прощания и приветов. Но колдун-Куница вновь выступил вперед:

– Позволено ли будет мне, колдуну детей Куницы, обратиться к великому вождю детей Мамонта с двумя просьбами?

– Вождь слушает колдуна детей Куницы.

– Будет ли мне позволено сопровождать посланца детей Мамонта на север? Возможно, в эти черные дни там были странные смерти. Если это так, нужно предотвратить худшее.

(Что ж, в такой просьбе не откажешь… Даже если действительная цель сопровождения – иная.)

– У вождя нет причин для отказа. Какова вторая просьба могучего колдуна?

– Солнце высоко, а у меня после возвращения есть дело в стойбище Гарта. И мне бы хотелось поговорить с моим старшим собратом, могущественным Колдуном детей Мамонта. Боюсь, мне не добраться до заката в родное стойбище. Могу ли я просить вождя Арго и его Колдуна о месте для ночлега?

(Это действительно важно! Куница показывает: «Я не враг вам!»)

– В стойбище детей Мамонта всегда найдется место для могучего колдуна детей Куницы! – торжественно произнес Арго. А их Колдун добавил с улыбкой:

– И прежде всего – у очага старого Колдуна детей Мамонта!

На Поляне празднеств вновь многолюдно. Но не для веселья собрались здесь люди изо всех окрестных общин – на Большой Совет.

На Большой Совет собирают не всех. Детей и женщин здесь нет и быть не может, но и взрослые мужчины – не все: только старейшие члены общины или более молодые, но известные, прославленные охотники. Пришедшие сидят группами, по Родам и общинам, образуя большой круг. Все – в парадных одеждах и при церемониальном оружии, но раскраска не боевая, на лицах – только Родовые знаки. Горит костер в центре круга, все группы внесли в него свою толику – и дровами, и сухой кровью, дабы показать духам: здесь равные собрались, чтобы вместе принять трудное решение, – дабы призвать духов на помощь.

Круг не замкнут, открыт к Большой воде. В центре – Рам и его люди. Дети Куницы, созвавшие этот Совет, не имеют в этих краях сородичей; все другие, принадлежащие их Роду, живут где-то на юге. Но – это негласно признается всеми – их колдун, несмотря на молодость, пожалуй, самый опытный в тех делах, в которых предстоит разобраться. Значит, их слово будет веским, быть может самым веским. Правый полукруг от детей Куницы составляет община детей Серой Совы: ближе люди Нерта, дальше Гарт со своим «мудрым» Узуном и лучшими охотниками, следом за ними – две общины, живущие на севере, через два лога от общины Гарта, своей, обособленной жизнью. По левую руку от детей Куницы – три общины детей Мамонта: люди Арго, люди Кано и давным-давно отделившиеся северяне. Они очень редко бывают в этих краях на общих празднествах; даже свадьбы у них – свои, с соседями Совами. Но сейчас – пришли.