Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.18 - Булычев Кир - Страница 83

Алиса помнила путь по лесу к дороге. Главное было – не налететь на сучок и не споткнуться о торчащий корень.

К счастью, до дороги было недалеко, а уж по дороге Алиса припустила во всю прыть. А когда увидела вдалеке огни какого-то грузовичка на воздушной подушке, замахала руками.

Грузовичок остановился. На его кузове была нарисована корова.

Пожилой мужчина выглянул из кабины и спросил:

– Что делает в лесу одинокая девочка голого вида? Неужели твоих родителей сожрали волки?

– Шутки в сторону! – ответила Алиса. – Я выполняла задание по зоологии и наблюдала, как енот роет нору. Но не заметила, что наступила ночь.

– Увлеченная, значит? – спросил молочник. Потому что грузовичок оказался молоковозом. – Хочешь ученой стать?

– Не очень, – схитрила Алиса. – Я бы предпочла стать шофером, как вы.

– Тогда садись, – сказал водитель, и они скоро домчались до города. В пути водитель рассказал Алисе, что сам он хотел петь в Большом театре, да интриганы и завистники его обошли и не допустили. И сейчас он возит молоко, вот уже сорок лет возит, но пением все равно занимается. В будущем году готов снова поступать в певцы. Только некому доверить любимый молоковоз. И если бы его новая знакомая девочка согласилась учиться на водителя, все его проблемы были бы решены.

Алиса согласилась, соскочила с машины у стоянки флаеров и через пять минут прилетела к Институту времени. Даже замерзнуть не успела.

Глава двадцать первая

КРАСИВЫЙ РАБ

В институте Алиса не пожалела десяти минут, забежала в костюмерную и вышла оттуда в греческих сандалиях, шелковой тунике до самой земли с перевязанным лентой черным париком – длинные волосы парика падали на спину, и от этого Алиса казалась старше своих лет.

Потом она кинулась к машине времени и уже вскочила на платформу, как раздался голос:

– А я сообщу, чем ты занимаешься по ночам!

Алиса оглянулась.

В круглом белом зале никого не было.

– Я бы на твоем месте шел домой!

И тут Алиса узнала голос компьютера.

Нет, эта машина слишком много на себя берет!

Но Алиса не стала спорить с компьютером. Он кого угодно переспорит. Она набрала код Сиракуз – хорошо еще, что не нужно просить компьютер вычислять, куда ей лететь – все уже было вычислено при прошлом перелете.

Вокруг заклубилось время, искрами пролетели годы, молниями – столетия. И вот она снова в пещере возле Сиракуз, где укрыта промежуточная машина времени.

Подобрав тунику, Алиса бросилась бежать к древнему городу.

Она очень боялась, что Платона уже продали.

В Москве была зимняя полночь, а здесь разгар жаркого дня. Жужжали оводы, мирно паслись овцы. Пастушонок, увидев Алису, не узнал ее из-за парика и туники, замахал палкой и закричал вслед что-то обидное. Это был плохо воспитанный мальчик.

Ворота города были открыты.

Алиса перешла на шаг. Она запыхалась и вспотела. Спасение Платона оказалось очень сложным делом.

Вот и рынок.

Первым делом Алиса добежала до книжной лавки Иова. Тот сидел на каменной скамье, отодвинув в сторону свитки, и жрал пирог. Перед ним стояла рыжая обезьяна и держала в лапах еще кусок пирога. Пирог был жирный, масло капало на землю, рыжие коты сидели под пирогом, разинув рты, чтобы ухватить эти капли на лету.

– Что с Платоном? – спросила Алиса, подбежав к торговцу.

– Беда, – ответил тот, не прекращая есть, – продают, живьем продают. Солнце нашей философии закатилось!

– И никто его не купил?

– Я хотел бы... нет, я не выдержал бы такого зрелища! И к тому же мне товар не с кем оставить. Растащат!

– Куда мне бежать?

– Ой, ой, ой! – закричал книжный торговец. – Так это ты, бедный ребенок? Когда же ты успела так переодеться? Я тебя совсем не узнал. И волосы другого цвета... Только глаза... те же самые глаза.

– В какую сторону мне бежать? – спросила Алиса.

– Прямо, совсем прямо, немного в горку, и ты не промахнешься. Только на обратном пути обязательно сообщи мне, кто купил! Это так важно! Я буду искать помощи...

– Я его куплю, – сказала Алиса.

– О нет, тебе это не по карману!

– Скажите, пожалуйста, – попросила Алиса, – сколько стоит это кольцо?

Она тайком отцепила один из перстней и протянула торговцу.

– Ах, какая красота! – воскликнул торговец, но потом печально сказал: – Ну откуда же мне, бедному книжнику, знать, сколько стоят такие кольца! Может, три драхмы, может, пять драхм...

– Только, пожалуйста, скажите правду. Я же хочу освободить Платона.

– Стыд на мою рыжую голову! – закричал Иов. – Пусть меня накажет бог! Моя жадность чуть было не заставила меня солгать! Я скажу правду! Этот перстень стоит по меньшей мере двадцать драхм. И я тебе их дам! Хоть сейчас.

Алиса подумала, что, если торговец и решил немного заработать, ей некогда осуждать его. У нее еще осталось десять таких колец.

Она протянула перстень торговцу, но в этот момент на нее упала тень.

– Что ты здесь делаешь? – спросил знакомый голос. Это был молодой Дион, племянник тирана Дионисия Единственного, из-за которого Платон и пострадал.

– Даю денежек девочке, чтобы она пошла на рынок.

– Зачем?

– На рынок рабов.

– Я и пришел за этим, – сказал Дион. – Я смог занять пятьсот драхм. Мне нужна еще тысяча, чтобы участвовать в торге. Дай мне их взаймы.

– Но у меня нет ни медяка!

– А что ты собирался дать девочке?

– Все, что у меня есть, абсолютно все.

– Давай сюда! – Дион забрал двадцать драхм.

– А что ты ему оставила в залог? – спросил Дион. – Я же знаю, он так просто с деньгами не расстанется!

– Вот этот перстень, – призналась Алиса.

– Он уже мой! – закричал книжный торговец. – Я за него заплатил двадцать драхм.

– Я не торговец, – сказал Дион, разглядывая перстень, – но знаю, что стоит он впятеро дороже. Возьми, Иов, обратно свои деньги. А мы с девочкой пойдем на рынок.

– Я не хотел! – закричал им вслед торговец.

И тут же они услышали его ужасный крик. Как будто в живот ему вонзили тупой кинжал.

Алиса с Дионом обернулись и увидели, что от лавки следом за ними бежит обезьяна и несет в руке кожаный мешок, а за ней два кота с мешочками поменьше.

Обезьяна протянула мешок.

Его не пришлось развязывать, чтобы понять – он полон денег. И не надо развязывать маленькие мешочки – в них было золото и драгоценные камни.

– Спасибо, зверюшки! – сказал Дион.

– Несите деньги назад, – сказала Алиса. – Мы обойдемся без помощи вашего жадного друга!

Торговец уже догнал своих четвероногих слуг и выдирал из их когтей и пальчиков свое добро. На Диона и Алису он даже не смотрел.

Дион с Алисой рассмеялись и поспешили дальше, к центральной площади, где находились два помоста.

На одном, высоком, сидели в креслах роскошно одетые вельможи.

В центре – нетрудно догадаться! – сам царь Дионисий Единственный.

На другом помосте было пусто – с него как раз сводили нескольких негров, связанных одной цепью.

– Успели, – сказал Дион.

Они с Алисой протолкнулись вперед.

Тем временем на помост вывели человека со связанными сзади руками.

Это был очень высокий и широкоплечий молодой человек с короткой бородой, удивительно красивый и благородный. Почти живой бог.

– Вот и Платон, – сказал Дион.

– Не может быть! – откликнулась Алиса. – Он же старый и мудрый философ!

– Может, через несколько десятков лет он и станет старым и мудрым, – улыбнулся Дион, – но пока что он молодой.

Дион поднял руку, приветствуя Платона.

Платон был одет в рваную тунику, голова его была непокрыта.

Он увидел Диона и поклонился ему.

Но не улыбнулся. Он оставался печальным.

Толстый распорядитель торгов с курчавой головой сверкнул браслетами, зазвенел ими и воскликнул:

– Продается молодой и сильный раб из Греции! Победитель Олимпиады по борьбе, здоровый, умный, но не в этом дело!