Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.18 - Булычев Кир - Страница 82

Но с этой стороны вдоль озера тянулся причал, возле которого под ветром покачивались лодочки, а выше по берегу в ряд стояли домики.

– Где крестик? – спросила Алиса.

Грузик посветил фонариком, а Алиса заглянула в шляпу Наполеона.

– Все ясно, – сказала Алиса.

– Все ясно, – подтвердил Сильвер.

Оба показали на точку в озере недалеко от берега.

– Надо нырять, – сказал Алиса. – Хорошо, что льда нет.

Она посмотрела на Сильвера.

Пират посмотрел на Алису, потом на озеро, а потом спросил:

– Здесь глубоко, да?

Голос у знаменитого пирата был хриплым и несмелым.

– Уж, наверное, глубоко, – сказала Алиса. – А то бы сокровища давно нашли.

– Недаром озеро зовется Глубоким, – вмешался попугай. – Я бы сам нырнул, да перья не позволяют.

Пират поежился и сказал:

– Прости, Алиса, но я родился в такие древние времена, когда никто не учил детей плавать.

– Но ведь ты был пиратом!

– У нас на корабле шлюпки были, – сказал Сильвер. – А у меня еще и деревянная нога. Я три раза спасался после кораблекрушения. Возьмусь за свою деревянную ногу и плыву себе по воле волн.

– Ладно, – не стала спорить Алиса. – Давай я сама нырну.

– Правильно, – обрадовался Сильвер, – если умеешь плавать, тебе ничего не страшно.

– Но она может простудиться, – сказал компьютер голосом Грузика. Он ведь следил за тем, что происходило на берегу озера.

Алиса подошла к берегу, разулась и потрогала воду кончиками пальцев.

– Не страшно, – сказала она. – Вода прохладная, но не холодная. Я и в более холодной купалась.

– И все же не исключена опасность простуды, – сказал компьютер противным голосом.

– А сам ты не простудишься? – спросила Алиса.

– Я не ржавею, – сказал Грузик.

– Компьютер, – спросила Алиса, – твои датчики установлены на тележке?

– Я все вижу, что видит тележка, и даже больше.

– Тогда пошли! – скомандовала Алиса.

Она первой вошла в воду. И сразу поскользнулась и ухнула в глубину – так резко вниз шел берег.

Алиса проплыла несколько метров под водой, вынырнула и поплыла дальше.

Рядом забурлила вода. Показался кончик металлического щупальца тележки.

– Нахожусь на дне, – сообщил кончик щупальца. – Через два метра центр крестика.

– Он может быть поставлен не точно на месте клада, – сказала Алиса. – А приблизительно.

– Не маленький, – обиделся компьютер, – кое-что понимаю.

Алиса снова нырнула, но под водой почти ничего не смогла увидеть.

К тому же вода замутилась.

Когда Алиса вынырнула, чтобы вдохнуть воздуха, сверху спустился попугай. В клюве он держал маленький фонарик.

– Спасибо, – сказала Алиса и снова нырнула.

На этот раз она увидела, что Грузик бредет по дну озера, погрузившись в тину.

Алиса проплыла еще немного вперед. Там поднимались какие-то бугры.

Она направила на них луч фонарика – рыбки кинулись врассыпную.

– Включаю локаторы! – сказал компьютер, и его голос был слышен в воде.

Робот-тележка послушно подобрался к холмикам и начал разгребать тину.

– Вижу ящики, – сказал компьютер, – сундуки, коробки, бочки, шкатулки и прочие хранилища вещей. Вернее всего, предположение о том, что это сокровища, которые французы вывезли из Москвы, но зимой в лютые морозы кинули в озеро, оказалось правильным.

Алиса вынырнула и спросила:

– Компьютер, ты можешь определить, что лежит в ящиках?

– К сожалению, не сразу. Мне удобнее вытащить их на берег. Кстати, их все равно придется вытаскивать, иначе нас никто не поймет.

Алиса согласилась с компьютером и вернулась на берег, а робот Грузик занялся работой.

Он забирался в тину, хватал щупальцами ящик или сундук и тащил его на берег. А там уж пират Сильвер, попугай и Алиса осматривали ящик и заглядывали в него.

Разумеется, по всем правилам археологии так делать нельзя.

Потому что подводные и подземные сокровища вынимают специальными машинами, чтобы чего-нибудь не повредить, потом сушат, моют, наклеивают на них этикетки, реставрируют, ремонтируют и отправляют в музей.

Но в компании, залезшей ночью в озеро Глубокое рядом с горушкой Зверушка, главной была девочка Алиса, которая думала только об одном – как ей отыскать золото или драгоценности, чтобы купить на древнем рынке в городе Сиракузы великого философа Платона, имевшего неосторожность уговорить местного тирана переделать свое государство из несправедливого в справедливое. Вот его и продают в рабство. И помочь ему сможет только Алиса.

– Где здесь драгоценности? – спросила Алиса.

Грузик все еще трудился, вытаскивая из озера ящики и бочки. Сильвер пытался их открыть, а компьютер, который все видел, шумел, что археологи не имеют права вскрывать гробницу Тутанхамона, пока им не разрешат.

– Эхма! – воскликнул Сильвер, достав свой клинок, подцепил им крышку одного из ящиков и рванул.

Раздался оглушительный треск.

Стаи ворон с криком поднялись над темным лесом, забурлила вода – это кинулись врассыпную щуки и сомы, зажглись огни в домиках детского садика, заплакали дети, и дежурные роботы принялись их одевать, чтобы вывести из зоны бедствия.

– Осторожнее, коллега! – крикнул попугай. – Они арестуют тебя прежде, чем ты добудешь сокровища!

– Нет, ты только посмотри! – Сильвер вытаскивал из сундука кое-как пересыпанные опилками и переложенные соломой кубки, тарелки, серебряные кастрюли, позолоченные самовары, чайные и столовые ложки, ножи для фруктов, для мяса, для рыбы и для зубров...

Все внимание были приковано к пирату, так что Алиса быстро осмотрела добро, выставленное на берегу, и подобрала с травы шкатулку черного дерева.

Она попыталась открыть ее, но ключика у нее не было, а так замок не открывался.

– Грузик, – попросила Алиса, – протяни мне одну ручку и открой замок.

Грузик метнул в сторону Алисы стальное щупальце и его кончиком осторожно потрогал замок. Замок заскрипел тонким голоском, щелкнул, и крышка шкатулки открылась.

Внутри были солома и тряпочки.

Алиса поставила открытую шкатулку на траву, присела возле нее на корточки и вытащила твердую штучку, завернутую в тряпку.

И эта штучка оказалась самым обыкновенным драгоценным камнем, может быть, алмазом, а может, изумрудом, но главное – камень легонько светился, отражая лунный свет.

Алиса расстелила на траве тряпку и положила на нее камень, затем достала из шкатулки жемчужное ожерелье, сразу десяток золотых колец и маленькую корону, которая называется диадемой. Диадема была усыпана бриллиантами.

Теперь, пока не опомнились, надо было решить, что взять с собой в древние Сиракузы, чтобы расплатиться за Платона.

Только не надо думать, что Алиса не понимала, как плохо себя ведет. Конечно же все эти драгоценности надо срочно сдать в музей. Их ценность не в деньгах, которые они стоили, а в искусстве, вложенном в них мастерами.

Но Алиса решила: пускай она будет виновата. Потом разберемся. Но будет куда хуже, если великого древнего ученого продадут в рабство и он погибнет, так и не написав своих знаменитых книг.

Диадему Алиса брать не стала. И понятно почему: она слишком уж необычная, ее сразу угадают – не было таких диадем в Древнем мире!

Надо взять что-нибудь попроще.

Наверное, вот эту связку золотых перстней. Хорошо бы еще узнать, сколько они стоят, но, пожалуй, об этом легче узнать там, в древности.

Алиса спрятала кольца в кармашек шортов и аккуратно сложила драгоценности обратно в шкатулку.

И вовремя.

Над озером уже кружили флаеры милиции. Из детского сада в милицию позвонили и сказали, что какие-то преступники вытаскивают клад из озера Глубокое. А ведь в детском саду самый маленький малыш и тот знал, что именно в этом озере утоплен клад Наполеона.

Так что Алиса побежала в лес, а Сильвер стал объясняться с властями.

Алиса рассчитывала на то, что ее сразу не хватятся. К тому же милиция всегда подозревает в первую очередь пиратов, а уж в последнюю – маленьких девочек.