Приворотный амулет Казановы - Александрова Наталья Николаевна - Страница 47

– Да что вы… – Полина расстроилась. – А я так старалась…

– Ничего, в целом маскировка неплохая, – снизошла к ней Элла Ефремовна. – Так я вам еще раз говорю: вас хочет видеть очень важное лицо.

– Что еще за лицо? – недовольно пробормотала Полина.

– Очень, очень важное лицо! – Элла Ефремовна выразительно округлила глаза.

– Если это ваше лицо так хочет меня видеть, почему оно не пришло само?

– Вы не понимаете! – выдохнула музейная дама и опасливо огляделась. – Это очень опасно! Ситуация сложилась критическая! Поэтому вы с ней непременно должны встретиться!

– Ах, все же с ней! – фыркнула Полина. – Значит, ваше лицо — это женщина?

– Да прекратите же вы цепляться к словам! – Элла Ефремовна насупилась. – Говорят же вам – ситуация критическая, время не терпит, и вам обязательно нужно встретиться с… да ну вас! Короче, она будет ждать вас сегодня в девять часов вечера в Ларах… и умоляю вас – будьте осторожны, очень осторожны! И запомните: вы должны прийти туда одна, совершенно одна!

– Где? – переспросила Полина. – В Лавре? Вы имеете в виду Александро-Невскую лавру?

– Не в Лавре, а в Ларах! – раздраженно поправила ее Элла Ефремовна и поднесла палец к губам. – Тс-с! Нас подслушивают! И запомните – никого, кроме вас!

– Кто? – Полина удивленно завертела головой. Когда она снова повернулась к Элле Ефремовне, та была уже в нескольких шагах от нее, музейная дама неловко пробиралась между чужими могилами.

– Постойте! – окликнула ее Полина и двинулась было вслед за ней, но тут словно из-под земли возникла прежняя старуха в очках, ткнула в грудь Полины сухим твердым пальцем и строго проговорила:

– Вы, значит, приехали из Саратова?

– Ну да, – Полина попыталась обойти неожиданное препятствие, но старуха стояла твердо и продолжала говорить:

– А вы там, в Саратове, не встречались с Людмилой Афанасьевной Барсуковой?

– Нет! – отмахнулась Полина и, встав на цыпочки, взглянула через плечо своей собеседницы.

И увидела очень странную вещь.

Элла Ефремовна шла между могил, а с двух сторон ее заботливо поддерживали двое мужчин в одинаковых черных костюмах. Музейная дама едва перебирала ногами, и со стороны могло показаться, что старушке стало плохо, и двое заботливых родственников (к примеру, племянники) ведут ее к машине. Однако, приглядевшись повнимательнее, Полина заметила, что Элла Ефремовна безуспешно пытается вырваться из заботливых рук своих «племянников».

Девушка замерла от испуга и удивления. Она хотела вскрикнуть, но крик застыл у нее в горле.

Странная группа подошла к черной машине, задняя дверца открылась, и Эллу Ефремовну буквально втолкнули внутрь.

– Посмотрите! – вскрикнула Полина, обретя наконец голос. – Ее похищают!

– Кого? – старуха в очках обернулась, проследила за взглядом девушки – но двери черного автомобиля уже захлопнулись, он фыркнул мотором и тронулся с места.

– Эллу Ефремовну! – выпалила Полина и шагнула вперед.

– Вам, милочка, наверное, показалось, – строго проговорила старуха. – Такого у нас отродясь не было, чтобы на кладбище людей воровать… Так вы там, в Саратове…

– Да отвяжитесь от меня со своим Саратовом! – отмахнулась от нее Полина.

Черный автомобиль проехал мимо них, и она смогла наконец прочесть надпись на его борту.

На нем было написано крупными золотыми буквами: «Бюро ритуальных услуг «Вечный покой».

– То самое, про которое говорил Афанасий! – пробормотала Полина, провожая автомобиль взглядом.

– Куда вы ушли? – прозвучал за спиной у Полины знакомый голос.

Она обернулась и увидела Илью Борисовича.

– Вы нарушаете правила конспирации! – недовольно проговорил он и подал девушке палку, которую она потеряла в суматохе. – Ваша палочка… тетя! Пойдемте, простимся с Алисой и поедем домой! Здесь оставаться опасно!

– Да-да… – Полина взяла палку и двинулась к могиле, безуспешно пытаясь вспомнить, на какую ногу она хромает.

Гроб уже опустили в могилу. Все присутствующие бросили на него по комку земли, и землекопы взялись за лопаты.

– Только что я видела, как похитили женщину! – зашептала Полина на ухо своему спутнику.

– Тем более нужно скорее ехать домой! – повторил Илья Борисович.

Дома девушка первым делом встала под душ, чтобы смыть с себя кладбищенские запахи.

Илья Борисович уже готовил на кухне что-то итальянское, по квартире плыли ароматы душистых трав и специй.

– Полина, – окликнул он девушку, едва она вышла из ванной, – вы когда-нибудь пробовали цыпленка с розмарином?

– В вашем исполнении – нет, но мечтаю с ним познакомиться! Судя по запаху, это должно быть что-то божественное!

– Запах – что, запах – дело десятое, а вот вкус…

Цыпленок действительно оказался фантастически вкусным.

– Это просто чудо! – промурлыкала девушка, собирая кусочком чиабатты остатки соуса. – Непременно включу его в список «сто лучших блюд в ресторанах Петербурга»!

– Ловлю вас на слове! – оживился Илья Борисович и налил ей чашку крепкого черного кофе.

– А себе вы почему не наливаете? – поинтересовалась она.

– К сожалению, я не могу пить кофе после трех часов дня, иначе ночью не смогу заснуть. А сейчас уже седьмой час… Господи, как время летит!

– Как седьмой? – всполошилась Полина. – А мне в девять часов нужно на встречу…

– На какую еще встречу? – в голосе Ильи Борисовича явственно зазвучал металл.

– Да вот, представьте, на кладбище ко мне подошла женщина из этнографического музея… – и Полина вкратце передала Илье Борисовичу разговор с музейной дамой.

– Ну, я надеюсь, вы не собираетесь туда идти! Вы даже не знаете, кто там вас будет ждать…

– Не знаю, – со вздохом призналась девушка.

– Ну так не о чем и разговаривать. Хотите еще кофе?

– Кофе? Да, пожалуй… а вы случайно не знаете, что это за Лары? Никогда прежде не слышала такого названия…

– Лары? – переспросил ресторатор, машинально подсыпая в турку молотый кофе. – Отчего же… в Древнем Риме лары и пенаты были богами семейного очага, так сказать, маленькими домашними божками, вроде наших домовых.

– Так то в Риме… а здесь, у нас?

– А у нас… дайте подумать… ну да, на Охте, на Арсенальной набережной есть такой заброшенный особняк, прежде это было загородное имение князей Дурново. Это имение действительно называлось Лары. Потом город расширился, так что имение оказалось в черте города. После революции в нем был клуб какого-то завода, в девяностые годы прошлого века здание забросили, и оно постепенно пришло в упадок. Сейчас оно пустует…

Полина смотрела на Илью Борисовича в изумлении.

– Откуда вам все это известно? – спросила она, когда он замолчал. – Я знала, что вы разбираетесь в психиатрии и в итальянской кухне, но это…

Ресторатор усмехнулся:

– Не буду надувать щеки и делать вид, что я – великий знаток города. Просто я как-то осматривал этот особняк, мне предлагали арендовать его под ресторан. Цену предложили вполне приемлемую, но я должен был за свои деньги привести здание в порядок, а это мне не по карману, кроме того, там район совершенно неподходящий для ресторана, так что я вежливо отказался.

– Ясно… значит, это на Арсенальной набережной…

– Все равно мы с вами туда не поедем, – твердо заявил Илья Борисович. – Как можно ехать на встречу неизвестно с кем?

– Вы туда точно не поедете: мне сказали, что я должна приехать одна, иначе встреча не состоится!

– Что? Одна? – ресторатор задохнулся от возмущения. – Об этом не может быть и речи! Одну я вас никуда не отпущу! Господи, ну что за беспокойная женщина! Ведь опасно же, ведь сами говорили, что у вас вся полиция города на хвосте!

– Не отпустите? – Полина смерила его взглядом и вдруг улыбнулась. – Ну, нет, так нет, значит, ничего не получится. Налейте-ка мне еще чашку этого замечательного кофе!

– Вот это – с удовольствием! – Илья Борисович завистливо вздохнул. – Вот что значит молодость! Можете что угодно есть, что угодно пить – и все равно спите, как ангел! А мне достаточно выпить полчашки кофе – и я всю ночь не сомкну глаз!