Пингвин Тамину и великий дух Маниту - Берг Кристиан - Страница 17

Услышав это, Тамино не выдержал и разревелся. Слезы текли ручьями, и он ничего не мог с этим поделать. Ему было так горько, так плохо… И не только потому, что он напрасно приехал сюда. Ему было жалко индейцев, которых большелапые прогнали с насиженных мест, и теперь они рассеялись по всему свету.

— Не плачь, малыш, — попыталась утешить пингвина старая куропатка. — Не надо отчаиваться! Если твердо знать, чего хочешь, обязательно добьешься этого! Несмотря ни на что, поверь мне.

— Так, где же мне теперь искать их, этих индейцев?! Не могу же я тут блуждать по Америке до скончания века! Мне ведь к Рождеству домой поспеть надо!

— Бывает так: то, что мы ищем, само находит нас, — мягко сказала бабушка Вековуха, загадочно улыбаясь. — Мой тебе совет: отправляйся домой, и, как знать, быть может, ты найдешь то, что ищешь.

Такой совет не очень понравился Тамино. Что значит «быть может, найдешь»? «Быть может» его совершенно не устраивало, он просто должен был найти индейцев! Иначе как он вернется домой? Как он будет смотреть в глаза членам Большого совета? И главное — неужели большелапые и звери навсегда останутся врагами?!

Да, наверное, он все-таки еще не дорос до того, чтобы заниматься такими сложными вопросами. Сидел бы себе дома, ходил бы в школу, делал уроки да играл с друзьями, как и положено маленькому пингвину, и не лез бы во взрослые дела. «Что ж, надо возвращаться!» — подумал Тамино, а вслух сказал:

— Вы правы, бабушка Вековуха, пойду-ка я домой. Может, действительно по дороге еще индейцев встречу. Ну а если нет, так что ж…

Тамино отвернулся — ему было горько признать свое поражение.

— Я провожу тебя, — сказал ему старый волк. — Пойдем вместе, пока не подвернется какое-нибудь подходящее средство передвижения для тебя.

— Спасибо, ты настоящий друг, — отозвался Тамино. Видно было, что он смирился и теперь хотел только одного — спать. — Как я устал! — признался пингвин, сладко зевая. — От неприятностей почему-то всегда страшно устаешь. Давай дождемся утра — и в путь, — предложил он, глядя на волка сонными глазами.

— Давай, — согласился Танка-Танка, который тоже не прочь был отдохнуть после тяжелого перехода.

— Слушайте, — радостно прокудахтала старая куропатка, — вы ведь можете устроиться в любом из домов! Чего вам мерзнуть на улице?

— Хорошая мысль, — ответил Тамино и посмотрел на луну, как будто спрашивая ее совета. Тамино показалось, будто луна подмигнула ему.

На заплетающихся лапах он прошел в ближайший дом и тут же плюхнулся в угол. Сквозь сон ему почудилось, будто он явственно слышит тихий голос луны, которая шепчет ему в самое ухо: «Спи, малыш! Все образуется. Утро вечера мудренее!»

Глава пятнадцатая, в которой Тамино впадает в отчаяние и призывает на помощь Вакан-Танка

Утром друзья проснулись и, попрощавшись с бабушкой Вековухой, тронулись в путь. День еще только занимался, и солнце светило вполсилы, так что идти было пока не жарко.

Тамино молча шагал вперед. Танка-Танка старался не отставать от него.

Все мысли Тамино были обращены к Южному полюсу. А вдруг, пока его не было, большелапые натворили на Южном полюсе всяких бед? Хорошо, если это не так. Но все равно, даже если все и обошлось, то это только пока. Нужно что-то делать. Нельзя допустить, чтобы с пингвинами произошло то же самое, что с индейцами. Пока Тамино видел только один выход — пойти опять в Большой совет и попытаться убедить отца Нанумы отказаться от введения должности министра по борьбе с большелапыми. Потому что, если пингвины начнут бороться с большелапыми, большелапые объявят войну пингвинам.

Зло всегда порождает зло, в этом Тамино был глубоко убежден.

Много часов шли они по бескрайним просторам прерии, маленький пингвин и старый волк, и каждый думал о своем. Вдруг Танка-Танка остановился. Постояв немного, он лег и закрыл глаза.

Тамино сначала даже не заметил, что друг отстал. Через какое-то время он обернулся, чтобы посмотреть, как там Танка-Танка, и обнаружил, что его нет. Приглядевшись, он различил вдалеке темный силуэт. Тамино бросился со всех лап назад, отчаянно ругая себя за то, что совсем забыл о своем немолодом спутнике.

Когда Тамино подбежал к Танка-Танка, тот поднял голову и открыл глаза.

— Я больше не могу, — сказал он тихо. — Иди один, Тамино. Оставь меня здесь. Ты доберешься до дому и без меня. Удачи тебе, маленький черно-белый брат.

— Ты что?! Как же я тебя тут оставлю! — возмутился Тамино. — Давай я тебе помогу подняться, и мы потихоньку пойдем дальше.

Тамино попытался сдвинуть полка с места, но у него ничего не получилось.

— Оставь меня, Тамино, — еле слышно прошептал Танка-Танка. — Настала зима моей жизни… Пришла мне пора умереть… Ты уже ничем не можешь мне помочь… Иди…

— Что это ты такое говоришь? Как это умереть? — Тамино совершенно растерялся. — Ты никак не можешь умереть! А как же я? Я ведь не знаю прерии и никогда отсюда не выйду!

Тамино опустился на землю рядом с волком и принялся гладить его крылом:

— Танка-Танка, ну вставай же, пойдем! Не бросай меня! — умоляющим голосом просил Тамино, обливаясь слезами.

Ему было страшно.

— Не бойся, Тамино, — проговорил Танка-Танка из последних сил. — Все будет хорошо. Ты обязательно достигнешь своей цели. Ты очень храбрый и очень смелый, и у тебя все получится. Обязательно получится.

Тамино не мог вымолвить ни слова. Он горько плакал, продолжая гладить старого волка по голове.

— Как хорошо, что ты со мной… — прошептал волк и слабо улыбнулся.

— Знаешь, Танка-Танка, — сказал Тамино, стараясь говорить как можно бодрее, — мы сейчас с тобой тут отдохнем, выспимся, как следует, ну а завтра с новыми силами пойдем себе дальше. Ладно?

Волк посмотрел на Тамино грустными глазами и ничего не ответил.

— Танка-Танка, не умирай, прошу тебя, не умирай!

Волк поднял голову и еле слышно проговорил:

— Вакан-Танка…

— Вакан-Танка? — не понял Тамино.

— Вакан-Танка, — снова повторил старый волк.

— Я не понимаю тебя! — Тамино был в полном отчаянии.

— Вакан-Танка, — в третий раз сказал волк и закрыл глаза. Теперь уже навсегда.

Никогда еще Тамино не было так больно. Он смотрел на своего старого друга и не мог поверить, что они больше никогда не поговорят, не пошутят… Горестные мысли крутились в голове. Он остался один. Один-одинешенек. Что же делать? И тут вдруг до его слуха донеслась знакомая мелодия. Как будто кто-то играл на флейте. Где же он слышал эту мелодию?! И этот нежный голос… Ну, конечно же, это голос из Большого Каньона!

Тамино тут же перестал плакать. Он понял, о чем ему говорил Танка-Танка, он понял, что ему теперь нужно делать. Тамино вскочил, набрал побольше воздуха в легкие и закричал громко-громко:

— Вакан-Танка! Вакан-Танка!

В ту же секунду небо потемнело, сомкнувшись плотным черным кольцом вокруг солнца, казавшегося на этом фоне ярким диском, от которого шел широкий луч. Этот луч был похож на светящийся столб. Он протянулся от солнца до самой земли, образовав внизу большой круг, в центре которого оказался теперь Танка-Танка.

Снова раздались звуки флейты, и небо заиграло яркими красками. Сначала оно стало желтым, потом фиолетовым, потом красным, зеленым, лиловым, розовым… Когда мелодия смолкла, солнечный столб почернел и почти слился с небом, которое снова стало совсем темным. Теперь Тамино ничего не видел, вокруг была непроглядная тьма. И вдруг снова запела флейта, но на этот раз мелодия была другая, очень печальная и все же прекрасная. Постепенно тьма начала рассеиваться, пока, наконец, все не стало как прежде: в вышине синело яркое небо, и солнце сияло во всей своей красе.