Вилла «Роза» - Мейсон Альфред - Страница 25

– Тихо, крошка! – буркнула она и властно постучала фляжкой по столу. Этот стук вселил такой ужас в девушку, что она тут же напряглась всем телом и – окаменела. – Я еще не все для тебя приготовила, дура, – сказала старуха и снова склонилась над мешком.

У Рикардо в голове все перепуталось… Они пришли сюда, чтобы арестовать эту девушку – она выскочила из салона мадам Довре, с юной прытью перебежала полоску травы, потом мчалась по тротуару к этому дому, чтобы ее никто не успел увидеть, – и вот она пленница, она лежит в своем прекрасном, изысканном наряде, отданная во власть тех самых людей, что были ее сообщниками?!

Вдруг в саду раздался визг, пронзительный визг прямо под окнами. Старуха вскочила, девушка на диване приподняла голову. Старуха сделала шаг к окну, потом круто повернулась к двери и увидала стоящих на пороге. Она издала рев – никаким другим словом нельзя было описать этот звук. Это был не человеческий крик, это был рев свирепого зверя. Она потянулась к алюминиевой фляжке, но Ано перехватил ее руку. Старуха разразилась проклятиями. Ано толкнул каргу в руки женевского офицера, и тот выволок ее из комнаты.

– Быстро! – Детектив указал Рикардо на девушку, которая бессильно билась на диване. – К мадемуазель Селии!

Рикардо разрезал швы на мешковине, Ано развязал руки и ноги. Ей помогли сесть. Она потрясла руками в воздухе, как будто они болели, потом, жалобно, по-детски всхлипнув, шепотом забормотала молитвы, но вдруг замолчала и замерла, глядя на Лемера. На ее лице нарастало выражение ужаса. Лемер держал в руке большую блестящую алюминиевую фляжку. Он осторожно капнул на кусок мешковины и с гневным восклицанием повернулся к Ано. Но тот поддерживал девушку, так что Лемер с фляжкой в руке круто повернулся и к ней тоже. Селия рванулась из рук Ано, отпрянула и побледнела как мел. Она взвизгнула и потом, слабо охнув, упала в обморок. Ано успел ее подхватить.

– Я понял! – вскрикнул он. – Боже мой, какой ужас!

Глава 13

В женевском доме

Хорошо, что хоть кто-то что-то понимает, подумал Рикардо. Потому что сам честно признался себе, что не понимает решительно ничего. Все его аргументы обратились в ничто. По тому, как все они хлопотали вокруг Селии Харланд, он догадался, что лишь он один считает ее виновной. Да, один он. Хотя очевидно, что всякий, кто прочтет его восемь пунктов, убедится, что она безусловно преступница. Но если она виновна, то как получилось, что сообщники так дурно с ней обращались? Однако ему не суждено было углубиться в эти проблемы – было совсем не до того. Сначала его послали за водой, чтобы смочить лоб Селии. Потом, когда он принес воду, его отвлекло появление Дюрета, инспектора из Экса.

– Обоих схватили, Ипполита и женщину, – сказал он. – Они прятались в саду.

– Я так и подумал, когда увидал внизу открытую дверь и шприц с морфием.

Лемер обратился к одному из своих людей:

– Пусть их отвезут в участок вместе со старухой Дженни. – Офицер ушел выполнять поручение, а Лемер заговорил с Ано: – Вы останетесь здесь, чтобы завтра организовать их переправку в Экс?

– Я оставлю Дюрета, – сказал Ано. – Мне надо быть в Эксе. Подготовим официальное обвинение нашим пленникам.

Он сидел на корточках возле Селии, смачивая ей лоб и виски платком. Вдруг он предупреждающе поднял руку. Селия пошевелилась и открыла глаза. Она села и, дрожа, с удивлением стала вглядываться в лица окружающих. Она тщетно искала хоть одно знакомое лицо.

– Вы находитесь среди друзей, мадемуазель Селия, – с величайшей нежностью сказал Ано.

– Могу ли я верить! – жалобно вскрикнула она.

– Не сомневайтесь, – сердечно произнес Ано, и она отчаянно вцепилась ему в рукав.

– Полагаю, вы друзья, иначе зачем бы… – Селия подвигала онемевшими конечностями, чтобы убедиться, что свободна. Она оглядела комнату, и, когда увидала мешок, глаза ее округлились от ужаса.

– Недавно они зашли ко мне в каморку, Адель и старуха Дженни. Заставили встать, сказали, что увезут меня отсюда. Принесли мою одежду, велели надеть все, что на мне было, когда я приехала, чтобы не осталось ни единого следа – чтобы никто не мог догадаться, что я была в этом доме. А потом связали, – она сдернула перчатки и показала кисти рук. – Я думаю, они собирались меня убить – ужас. – Она прерывисто вздохнула и всхлипнула, как ребенок. Ее душевные силы были на исходе.

– Бедная моя девочка, успокойтесь, все прошло, – сказал Ано и встал. Однако стоило ему сделать движение, как она пронзительно вскрикнула: «Нет!» – и вцепилась в него обеими руками. – Но мадемуазель, вы уже в безопасности, – Ано с улыбкой попытался успокоить ее.

Селия смотрела на него. Казалось, слов она не понимала, она просто не хотела его отпускать, только ощущение ткани его пиджака в кулаках давало ей успокоение.

– Я хочу быть уверена, что в безопасности, – Селия жалобно улыбнулась.

– Скажите, мадемуазель, что вы ели и пили в эти два дня?

– Прошло два дня? Я не знала. Меня держали в темноте. Хлеб, воду.

– Понятно. Что ж, пойдемте отсюда!

– Да, давайте уйдем! – пылко воскликнула Селия. Она встала, но покачнулась. Ано подхватил ее. – Вы очень добры, – тихо сказала она, и опять на ее лице мелькнуло сомнение, но тут же исчезло. – Я верю, что на вас можно положиться.

Рикардо взял жакет и накинул ей на плечи. Потом он сходил за шляпой, она надела ее и, повернувшись к Ано, инстинктивно произнесла столь естественные для всякой девушки слова:

– Так ровно?

Ано расхохотался, и Селия улыбнулась в ответ.

Опираясь на руку Ано, она спустилась по лестнице, ведущей в сад. Когда они проходили мимо открытой двери на первом этаже, Ано обернулся к Лемеру и молча указал на пиалу и шприц с морфием. Лемер кивнул, вошел в комнату и забрал их. Они вышли в сад. Селия запрокинула голову, посмотрела на звезды, всей грудью вдохнула прохладный ночной воздух.

– Я уж и не думала, что снова увижу звезды, – тихо произнесла она.

Они медленно прошли через сад, и Ано перенес ее в лодку. Она схватила его за пиджак.

– Вы тоже должны поехать, – упрямо сказала девушка.

Ано спрыгнул в лодку.

– Ладно, на сегодняшний вечер побуду вашим папочкой! – весело ответил он.

Рикардо и другие тоже влезли в лодку, и она, мягко качнувшись, поплыла по озеру под яркими звездами. Сделали разворот в сторону Женевы, сзади забурлила белая вода, ночной бриз подул им в лица. Они причалили на старом месте, Лемер поклонился Селии и отбыл. Ано провел Селию на балкон ресторана и заказал ужин. Некоторые посетители все еще продолжали обедать. Одна компания допивала свой кофе. Узнав их лица, Рикардо испытал легкий шок. Они сидели там же, где и раньше, когда он, Ано и Лемер отправились в спасательную экспедицию. За такой короткий срок – столько ярчайших событий!

Ано, перегнувшись через стол, тихо сказал:

– Мадемуазель, позвольте дать вам один совет: лучше бы вам надеть перчатки, не стоит привлекать внимание к вашим рукам.

Селия послушно натянула белые перчатки. Она поела, выпила бокал шампанского, и на щеках ее снова заиграл нежный румянец.

– Как вы добры, вы, мосье, и ваш друг, – сказала она, улыбнувшись Рикардо. – Но вам я… – ее голос задрожал.

– Чш-ш! Все кончилось, не будем больше об этом говорить.

Селия посмотрела на деревья, стоящие по другую сторону дороги; огни ресторана освещали темную листву, отчего она казалась серебристой. С озера доносилось чье-то пение.

– Просто не верится, что я здесь, на воле, я дышу свежим воздухом и свободна.

Ано взглянул на часы.

– Мадемуазель Селия, уже одиннадцатый час. Тут поблизости нас ждет машина Рикардо. Я хочу отвезти вас в Экс. В гостинице для вас уже заказан номер, и с вами побудет сиделка из больницы.

– Огромное вам спасибо, мосье, вы обо всем успели позаботиться. Но сиделка мне не нужна.

– И тем не менее сиделка у вас будет, – твердо сказал Ано. – Да, сейчас вы чувствуете себя лучше, но, как только вы опустите голову на подушку, вам захочется, чтобы кто-то был с вами, уж поверьте папочке. А через день-другой, – ласково добавил он, – вы уже будете в состоянии рассказать нам все, что случилось во вторник на вилле «Роза», да?