Мнимая измена - Кудашева К. - Страница 25

— Конечно, а Маркус пусть поговорит с отцом, у них намечаются какие-то дела на верфи.

Они забрались в комнате Кейти на диван с ногами.

— Ты счастлива, Дженна?

— Признаться, даже не ожидала, что это так здорово. Время медового месяца — это святое, а потом… Меня немного пугали будни, но Маркус — человек замечательный. Впрочем, он всегда был таким. Ему нравится, как я готовлю, как я сижу, стою, пою… порхаю по дому, как бабочка.

— Как я рада за тебя: это Бог увидел сверху твои муки и наградил настоящей любовью. — Кейти придвинулась ближе и обняла подружку. — А мне повезет ли так?

— Но тебе нравится Лео? Он хороший парень?

— Да, мы целовались… и целуемся. Я вся горю. Но зачем торопить события, правда?

— Согласна. Хорошо, что я не разменяла чувств с Дином, а то кроме неприятных или ненужных воспоминаний ничего бы не осталось. Ведь судьба сама укажет твоего избранника.

— А ты знаешь последние новости? Келли беременна.

В груди Дженны на долю секунды что-то повернулось. Она поняла, что те стали любовниками еще в Америке, а когда Дин ворвался в ее квартиру и пытался сблизиться чуть не насилием, то Келли давно уже делила постель и плотские радости с близнецом Кейти. Ей стало неприятно. Но многое и прояснилось: Дин видел в ней не ребенка, а женщину, еще не растратившую себя и, как ему казалось, готовую подарить и любовь и девственность. Неизвестно, были или нет у Келли до него мужчины, но чистота Дженны не могла его не возбуждать, и он рвался стать первым.

— О чем ты задумалась?

— О себе, я ведь тоже не предохраняюсь.

— Ты хочешь сразу иметь ребенка?

— Я хочу иметь от Маркуса несколько детей, а может, и близнецов.

— Не забудь сделать меня крестной матерью. Но все-таки сам Маркус на это согласен?

— Мы еще не разговаривали, но он же все понимает, как мужчина.

— Дженна, а Маркус хороший любовник?

— Просто замечательный. Но и во мне открылись такие черты, о существовании которых я не подозревала. Любовь, если она взаимная и глубокая, делает с девушкой чудеса.

— Эй, красавицы, где вы спрятались? — Маркус вошел в комнату. — Кейти, мы мало видим тебя. Приезжай с другом. Устроим смотрины: у меня глаз, как алмаз, ты же знаешь.

— Спасибо, брат. Мы приедем на этот же уикенд.

Маркус придумал устроить для компании катание на лошадях и игру в гольф. Он снял две комнаты в загородном отеле неподалеку от водопада, и утром в субботу все отправились туда.

За обедом, который им подали на специальной площадке обзора окрестностей, Дженна рассмотрела бойфренда Кейти. Лео был крепким, рослым молодым человеком с пышной шевелюрой. Нос с горбинкой только подчеркивал его сходство с царем зверей. Но, несмотря на романтический вид, он казался скованным. Маркус быстро разгадал причину.

— Он боится нам не понравиться. Кейти, наверное, столько ему наговорила о нашей семье и порядках, что парень боится сделать что-то лишнее. Как думаешь, Джен, не отправить ли их на водопад?

— Чудесная мысль, а мы пока покатаемся на лошадях.

Кейти и Лео заметно оживились, когда поняли, что им предоставляют свободу действий и назначают часы общения. Они и так пожирали друг друга глазами, не смея, однако, уединиться.

— Наверняка станут целоваться на площадке у водопада, — предположила Дженна, — мы с Кейти знаем там такие закоулки…

— Не будем лишать их романтических часов, займемся своими.

Они отправились на конюшню.

Конюх вывел из стойла двух гнедых, сверкающих тщательно вычищенной шерстью. Лошадей оседлали.

— Дженна, а ты давно ли ездила на лошадях, — вдруг спохватился Маркус, поглядывая, как те пританцовывали от желания размяться на свободе.

— Не беспокойся, в седле удержаться сил у меня хватит, только не бери с места в карьер, хорошо?

Застоявшиеся лошади резво понеслись по лугу, специально засеваемому травой для таких прогулок. Дженна почувствовала, как заколка оставила волосы, и их растрепал ветер. Она ощущала себя настоящей амазонкой.

— Джен, ты просила, чтобы я не торопился, а я тебя едва настиг. — Маркус был явно встревожен. — Дай-ка я возьму поводья, и мы поедем рядом.

Лошади перешли на шаг, и Дженна с Маркусом наслаждались горным пейзажем и ритмом движения. Внезапно она почувствовала непонятное головокружение и спешилась с лошади.

— Немного отдохну, здесь есть даже скамеечка.

— Ты чувствуешь себя плохо?

— Думаю, от усталости, ведь всю неделю я вела занятия по полной программе, наверстывая упущенное во время медового месяца. Признаться, мне хочется пить и что-нибудь съесть. Хорошо бы, соленых бамбуковых ростков.

— Здесь до ресторанчика осталось шагов сто.

В комнате, куда они вошли, царила прохлада. Дженна жадно выпила стакан холодной кока-колы и едва принялась за еду, как головокружение, вроде исчезнувшее, вернулось с новой силой.

— Нет, съесть я не готова ничего.

Внезапно подступившая тошнота заставила ее выскочить из-за стола и поспешить в женскую комнату. Оттуда она вернулась бледная, руки тряслись.

— Нам лучше вернуться домой, и как можно скорее, — сказал Маркус, увидев ее, — сейчас свяжусь с Кейти и предупрежу, что мы уезжаем.

Пока машина мчала их в город, Дженна мечтала только о том, чтобы лечь в постель и не шевелиться. На всякое движение ее желудок отзывался однозначно: неудержимой рвотой.

Едва войдя в дом, Маркус позвонил в неотложную помощь, а затем бережно раздел жену и отнес в кровать.

— Господи, чем я так отравилась, — простонала Дженна, — как же мне плохо! Но ведь я не умру?

— Не говори глупостей. Через несколько минут мы будем знать, что делать. Я уже склоняюсь сейчас к тому, чтобы принудительно прочистить желудок. Процедура не из приятных, но весьма эффективна.

В дверь позвонили.

— Здравствуйте, — в дверях стоял доктор, который спасал ее от обморока. — Мы, кажется, знакомы. У вас опять потеря сознания? Вы ведь так и не соизволили явиться на обследование.

— Осмотрите ее немедленно, — с нотой раздражения попросил Маркус. — По-моему, у нее отравление, и дорога каждая секунда.

— Не беспокойтесь — у меня большая медицинская практика, — об отравлении не может быть и речи.

— А рвота?

— Рвота — еще не признак острого гастрита. Температура есть? Вы чувствуете озноб?

— Нет, только сильное головокружение. Но рвет по поводу и без.

— Без чего?

— С утра я не успела позавтракать, а в кафе не успела и кусок проглотить.

— Отлично. И тошноту вы ощутили с утра?

— Да, это так.

— Доктор, почему вы улыбаетесь, а не спасаете мою жену? Я настаиваю на обследовании. — Маркус нервничал и говорил, комкая слова.

— Совершенно согласен с вами. Уж теперь-то я не отпущу эту красавицу, пока внимательно не изучу ее состояние. Разрешите вас пригласить ко мне в машину.

— Нет, док, я доставлю ее сам.

— Буду ждать вас в клинике. На экспресс-анализы потребуется пара часов.

Маркус одел Дженну и вынес ее на руках на улицу. Осторожно уложил на заднее сиденье машины и повернул ключ зажигания.

Все время, пока шло обследование, Маркус сидел в холле клиники и никуда не отлучался. Он позвонил матери, и уже спустя полчаса она приехала.

— Когда вы успели вернуться в город? — удивилась она. — Кейти еще нет и в помине.

— Я оставил их вдвоем, пусть побудут одни, а Дженне потребовалась квалифицированная медицинская помощь. Теряюсь в догадках, что с ней могло случиться.

— У нее уже был обморок, сынок. Она много работает и очень устала от неурядиц, которые только что завершились. По крайней мере, у вас.

— А есть какие-то новости от Дина?

— Пока все в порядке, но я очень волнуюсь теперь: сумеют ли они с Келли найти взаимопонимание… и ребенок. Слава Всевышнему, он и там уже нашел перспективную работу. Во время последнего разговора был на подъеме…

Маркус обнял мать, все еще красивую женщину, но уже со следами увядания на лице. Его охватила нежность к той, которая подарила жизнь, научила добру, сумела порадоваться его счастью. Мама…