Мнимая измена - Кудашева К. - Страница 15

— Дженна, садись в машину, мы опаздываем. Нужно еще заправить машину бензином.

…Когда они вошли в зал, увешанный разноцветными китайскими фонариками, дающими неяркий свет, они не сразу увидели компанию, расположившуюся на низких бархатных диванчиках вокруг круглого стола из красного дерева. Официант, смуглый маленький китаец с черной толстой косой до пояса, аккуратно расставлял на столе кушанья в бело-синих круглых чашках.

— Почему вы опоздали? — Дин с тревогой смотрел на Дженну. — Ты в порядке? Кейти рассказывала, что застала тебя вечером в воскресенье с температурой. Келли и я хотели приехать, но Маркус не велел тебя тревожить до сегодняшней встречи. Поэтому… здравствуй, Дженна, я рад тебя видеть.

Подлетели Кейти и Келли, расцеловались и стали наперебой расспрашивать о здоровье и рассказывать, что они заказали.

— Здесь просто чудесно, — прощебетала Келли, — лучше и придумать нельзя. Дин на прошлой неделе устраивал ежевечерние экскурсии по вашим ресторанам — этот самый экзотический!

Она устроилась на бархатном диванчике, подложив под локоть шелковую желтую подушечку с длинными кистями..

— А скоро будет танец живота, — вставила во время паузы неугомонная Кейти. — Мужчинам понравится.

Маркус что-то заказывал китайцу-официанту, тот слегка кивал головой, при этом его черная коса подрагивала и была словно живая.

— Дженна, сейчас ты попробуешь мое любимое блюдо.

На принесенных вскоре плоских тарелках с красно-золотой каймой лежали в сладком соусе какие-то плоды, похожие на инжир. Маркус воткнул в один из них специально принесенную деревянную спицу и поднес к губам девушки.

— Лизни.

Кончиком языка она слизнула капельки пахнущего ванилью сиропа и прикусила зубами плод. Он оказался мягким, сладким, с ароматом корицы. Дженна, смакуя каждый кусочек, осторожно надкусывала плод, который Маркус подносил к ее губам.

— Вкусно?

— Божественно! Я такого ни разу не пробовала.

— Эту экзотику доставляют сюда с островов Баунти. Чудесное местечко в Тихом океане, я ходил туда на яхте.

Маркус обмакнул палец в сироп на тарелке и неожиданно провел им по губам девушки.

— Ты такая же сладкая и ароматная.

У нее перехватило дыхание: все сидевшие рядом это видели.

Кейти широко раскрыла глаза, но промолчала, хотя уже приоткрыла рот для комментариев. Келли наслаждалась едой — ее явно еще никто не посвящал в тайны семьи Кроссанов. Дин нахмурил свои красивые брови. Маркус, похоже, не обратил на брата и сестру никакого внимания, потому что, помедлив, сказал:

— С такой сладко-ароматной девушкой грех не потанцевать. — И увлек ее к оркестру на специально подсвеченный пол.

Медленное танго завораживало, и Дженна забыла обо всем на свете. Она ощущала дыхание партнера, чувствовала его горячую руку на спине. Их ноги то и дело соприкасались.

— Ты умеешь по-настоящему танцевать танго? — спросил Маркус. — Я закажу свою любимую мелодию.

— Конечно, умею. Разве ты забыл, как танцевал со мной на вечере прощания со школой? Тебя тогда пригласила администрация школы как лучшего выпускника предыдущих лет дать напутствие нам во взрослую жизнь. — Дженна улыбнулась от этого воспоминания. — И ты приглашал меня именно на танго!

— Ты стояла в розовом платье у колонны, как залетевшая экзотическая бабочка.

Дженна не успела изумиться еще одному открытию — он запомнил ее первое вечернее платье! — как заиграла чарующая музыка танго, и Маркус повел ее танцевальным шагом по загадочно светящемуся полу.

Девушке казалось, что они не танцуют — это походило на ласки влюбленных. Он смотрел ей прямо в глаза, заставлял ложиться на его руку и крепко обхватывал талию рукой. Его нога касалась ее ног, еще минута — и он возьмет ее на руки, чтобы…

В это время Маркус подхватил ее на руки и донес до бархатного диванчика.

Это же Маркус, старший брат, в изумлении сказала самой себе Дженна. Что подумают Дин и Кейти?

Кейти уже не удивилась, потому что догадалась обо всем. Дин сидел, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

Внезапно появились три танцовщицы в экзотических нарядах и сверкающих тяжелых восточных украшениях, зазвучала музыка, начался танец живота. Смуглые девушки, покачивая бедрами и выгибаясь, с улыбкой следовали тактам музыки. Их руки то взлетали вверх, открывая взглядам грудь, почти не скрываемую прозрачной тканью, то акцентировали внимание на бедрах, постоянно находящихся в движении. Одинаковые у всех трех колечки, продернутые через пупок, поблескивали, подчеркивая ритм.

Дженна представила, что так она танцует для Маркуса: вот подходит совсем близко, источая аромат розы или пачули, или ванили. Покачивает бедрами и грудями, закидывает руки и прогибает спину. Прозрачные шальвары не скрывают светлых завитков волос внизу живота и упругой атласной кожи бедер, на лодыжках босых ног позвякивают серебряные колокольчики, прикрепленные к цепочкам.

Она прикрыла глаза, чтобы лучше рассмотреть разворачивающиеся перед внутренним взором картины: она покачивает плечами и головой, распущенные волосы разлетаются, как раскрывшиеся за спиной крылья, а руками подзывает к себе Маркуса…

Дженна тихо застонала, почувствовав внезапно на плече его теплую руку.

— Ты все-таки самая лучшая из них танцовщица, дорогая.

Неожиданно Дин стал настаивать, чтобы Дженна ехала в их машине.

— Я сам отвезу Дженну домой. Мне надо сказать ей пару слов.

— Можно сделать это и потом. — Маркус не хотел ссориться с братом, но и менять своих планов тоже. — Созвонитесь завтра и обсудите любые дела.

— Нет, это важно сегодня!

— А что делать нам, — спросили Келли и Кейти, — когда ты будешь разговаривать с Дженной: сидеть в машине и ждать тебя?

— Вы можете, девочки, взять такси и прекрасно добраться до дома.

— Хорошенькая перспектива, — мрачно сказала Келли. — Ты бросаешь меня?

Дин проявил вдруг необычайную неуступчивость: он, не вступая в переговоры, вызвал такси, а Дженну почти силой посадил в машину.

— Прости, Маркус, но это действительно для меня важнее важного. — И включил зажигание.

Дженна была растеряна, она и представить не могла такого поворота событий в сегодняшний вечер. Она настроилась на интимное свидание с Маркусом! Дин молча гнал машину по ночной дороге.

— Объясни же, в чем дело?

— Потерпи немного, сейчас ты уже будешь дома.

Он спешил по лестнице так, словно за ним гнались, Дженна едва поспевала следом. Она повернула ключ, зажгла в прихожей свет. И — оказалась в объятиях Дина. Он жадно целовал ее, нетерпеливые руки проникли в низкий вырез платья и мяли упругую грудь, ногой он пытался раздвинуть ее ноги.

— Дженна, я хочу тебя… Я был слепцом, я сделал ужасную ошибку, но ты поможешь мне ее исправить… Дженна…

Она попыталась вырваться, но Дин только крепче обнял ее и закрыл рот поцелуем.

Это не были поцелуи далекого отрочества — нежные, с легким касанием губ к губам. Нет. Дин вторгся языком через губы и проник за преграду зубов. Дженне казалось, что дышать больше нечем. Рука его дерзко проникла под шелк трусиков. Его трясло.

Последним усилием Дженна оттолкнула Дина от себя.

— Что ты себе позволяешь! Ты сошел с ума!

— Да, да, да! В последнее время я думаю только о тебе. Я влюбился!

— Что-о?

— Да, это так. Я хочу тебя, слышишь? И ты станешь моей во что бы то ни стало.

Он снова бросился к девушке, но она успела проскользнуть в ванную комнату и закрыться.

— Приди в себя, Дин. Я не люблю тебя нисколько.

— Это неправда: мы целовались.

— В детстве мы не знали, что такое взрослая любовь.

— Вот именно! Я выбрал Келли как ребенок, а мои взрослые чувства проснулись, когда я увидел тебя.

— Но ты еще неделю назад был счастлив, вспомни.

— Это маска. Но больше носить ее я не в силах! Я хочу обсудить с тобой нашу дальнейшую жизнь.