Приключения Бесхвостика Пелле - Кнутссон Йоста - Страница 31

Кстати, если уж речь зашла о Гётеборге — в Чикаго живёт больше шведов, чем в Гётеборге. И то же самое с кошками. В Чикаго неимоверное количество шведско-американских котов, которые знают как американский, так и шведский кошачий язык.

Бесхвостик Пелле и вся семья направлялись в Чикаго. К Ниагаре они ехали на машине, а в Чикаго — на поезде. Будьте уверены, американские поезда просто замечательные, и они мчатся с такой скоростью, что ничего не успеваешь рассмотреть за окошком — всё так и мелькает.

Если поездка долгая, люди обычно покупают билеты в спальный вагон. Спальный вагон называется пульмановский вагон. Говорят, был такой старичок по фамилии Пульман, и он придумал ставить в вагонах диваны.

Пелле очень понравилось ехать в пульмановском вагоне. Он, как обычно, лежал в ногах у Биргитты, свернувшись клубочком и уткнув нос в одеяло.

Он уже почти заснул, как вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. Он открыл глаза и увидел, что из-за занавески (в пульмановских вагонах нет дверей, только занавески), так вот, из-за пульмановской занавески торчит чёрный кошачий нос.

Пелле услышал негромкое шипение и тоже слегка зашипел, очень тихо, чтобы не разбудить Биргитту.

— Ты кто такой? — спросил черноносый.

— Пелле, я путешествую по Америке, а ты кто?

— Не думал, что в поезде есть кто-то, кто меня не знает, — сказал черноносый. — Потому что важнее меня здесь никого нет. — И он высоко задрал свой чёрный нос.

— Я, видишь ли, первый раз еду на поезде, — сказал Пелле. — Откуда мне знать, кто ты такой.

— Есть ещё такие, кто ничему не учится, — сказал незнакомец. — Как бы то ни было, это я и есть — Пульман-Булл.

— Пульман-Булл, — повторил Пелле. — А ты не родственник Буфалло-Булла?

— Двоюродный брат, — сказал Пульман-Булл.

— А ты что, стрелять любишь? — спросил Пелле.

— Что ты имеешь в виду? — наморщил нос Пульман-Булл.

— Я имею в виду твое имя — Пульман. Или это потому, что ты бегаешь как пуля?

— Ты думаешь, что очень остроумный? — нахмурился Пульман-Булл. — Я бы посоветовал тебе быть поосторожнее со своими высказываниями, в противном случае…

— Я просто пошутил, — сконфуженно облизнулся Пелле.

— Если пошутил, то неостроумно, — мрачно сказал Пульман-Булл. — Но я хочу тебя предупредить, что в Чикаго чуть ли не каждый подвал полон гангстеров, так что будь поосмотрительнее, если жизнь дорога. Кстати, где твой хвост?

— Я его оставил в Швеции, — сказал Пелле, — чтобы не таскать лишний багаж.

Пульман-Булл заворчал и двинулся дальше по коридору. У него совсем не было чувства юмора.

Пелле стало не по себе. Снова гангстеры, на этот раз в Чикаго! Вдруг они всё-таки поймают его и запрут в одном из своих тёмных подвалов, как уже пытались сделать в Нью-Йорке!

Пелле вздохнул и снова свернулся клубочком в ногах у Биргитты.

Глава шестнадцатая. Мичиган-Миссе

Чикаго был и в самом деле очень красивый город. Голубое небо, солнце, свежий ветерок с озера — Пелле чувствовал себя превосходно. Он вышел прогуляться на набережную.

Навстречу Пелле попался совершенно белый кот. На шее у него была ленточка, а на ленточке красовалось не что иное, как маленькое изображение шведского флага.

— Земляк, я думаю, — обратился к нему Пелле.

— Нет сомнений, — подтвердил тот. — А кто ты такой?

— Пелле, я путешествую ро Америке. А тебя как зовут?

— Обычно меня называют Мичиган-Миссе, — сказал белый кот. — Мичиган — это название здешнего озера, это самое красивое в мире озеро с самой вкусной в мире рыбой.

— Рыба — это хорошо, — облизнулся Пелле. — А как с мышками?

— Ни одной, — сказал Мичиган-Миссе. — Тут слишком чисто и красиво, мыши здесь не водятся. А жаль. Жаль, что мышей нет. Видишь вон тот белый небоскрёб?

— А-а-а… этот, — протянул Пелле. — Не особенно высокий. Этажей пятьдесят, шестьдесят… Если бы ты побывал в Нью-Йорке…

— Как бы то ни было, это самый чистый небоскрёб в мире, — продолжил Мичиган-Миссе. — Этот небоскрёб принадлежит королю жевательной резинки, а он просто помешан на чистоте. Он решил, что дом надо всё время мыть. И вот куча народу с утра до ночи трут его с мылом, тряпками, щётками и чем попало. Поэтому дом такой чистый. Настоящее украшение города.

— Пожалуй, — сказал Пелле, — в самом деле — украшение.

— Изумительный город — Чикаго, — гордо сказал Мичиган-Миссе. — Здесь нельзя жить как свинья.

— Я вообще-то нигде не хотел бы жить как свинья, — сказал Пелле.

— Особенно в Чикаго. Потому что здесь самые большие в мире бойни. Там забивают тысячу свиней в секунду… Фу! На меня села пылинка!

И он начал изо всех сил вылизывать свою белую шубку.

Завершив эту процедуру, он спросил:

— А не пойти ли нам в Ш.К.К.?

— А что это — Ш.К.К.? — спросил Пелле.

— Шведский Кошачий Клуб, — ответил Мичиган-Миссе, — замечательный клуб, можешь не сомневаться. У нас собственный подвал в шведском консульстве, там есть бар. Босоногий Лассе делает превосходные молочные коктейли. Раз в неделю у нас праздник-мы соревнуемся, кто лучше мяукает, кто лучше шипит, танцуем народные танцы так, что подушечки болят на лапах. И едим рыбу — мичиганскую селёдку, мичиганскую кефаль, мичиганскую щуку и мичиганского налима. Я думаю, Ш.К.К. — самый лучший клуб в Америке.

— Туда бы я сходил, — сказал Пелле. — Когда ты заговорил о рыбе, я понял, что голоден.

— Тогда пошли.

За разговором они вышли на улицу. По улице непрерывным потоком мчались машины и автобусы.

— За мной! — крикнул Мичиган-Миссе и бросился наперерез движению. Пелле попытался следовать за ним, но он не привык к чикагскому движению, поэтому, чуть не попав под машину, вернулся на тротуар.

Он сидел и грустно глядел на мчащиеся машины.

Глава семнадцатая. Красный Ужас Чикаго

— Не так-то просто перейти улицу в Чикаго! — Рядом с Пелле неизвестно откуда появился чёрный кот.

— Перейти улицу? — повторил Пелле, пытаясь сделать вид, что просто наблюдает за машинами. — Довольно оживлённое движение у вас в Чикаго.

— А куда ты собрался? — спросил чёрный.

— Если тебе так уж интересно, я собрался в Ш.К.К., Шведский Кошачий Клуб. Со мной был Мичиган-Миссе, но он куда-то исчез в этой суматохе.

— Я могу пойти с тобой, — вкрадчиво сказал незнакомец. — Я тоже хотел зайти в Ш.К.К. Но мы пойдём другой дорогой. Если мы сейчас свернём налево, то доберёмся в один миг.

— А как же Мичиган-Миссе? — спросил Пелле. — Он, наверное, сидит на той стороне улицы и дожидается меня. Если я не приду, он огорчится.

— Обойдётся, — сказал чёрный. — Он сообразит, что ты пошёл другой дорогой. Пошли скорее в Ш.К.К. Там будет очень весело. Очень, очень весело! — повторил он с широкой улыбкой.

Пелле шёл за новым знакомым и удивлялся, насколько добры и приветливы чикагские коты. «Это, наверное, потому, что здесь так чисто, — размышлял он. Когда так чисто, просто невозможно быть злым и неприветливым — достаточно только поглядеть вокруг».

Они бежали по улицам Чикаго. Наконец чёрный кот остановился у подвального окошка.

— Это здесь, — сказал он.

— А шведское консульство в этом доме? — спросил Пелле.

— Нет, — удивился чёрный. — А почему оно должно здесь быть?

— Так сказал Мичиган-Миссе. Он сказал, что Шведский Кошачий Клуб находится в том же доме, что и шведское консульство.

— Ах да, конечно, консульство! Я видишь ли, немного глуховат на левое ухо, мне послышалось, ты сказал… консерватория… а консульство да, консульство здесь. Но пошли уже, а то они веселятся там без нас.

Они нырнули в подвальное окошко и двинулись по длинному тёмному переходу. Стены были влажными, и Пелле поёжился.

— Там дальше лучше, — сказал чёрный. — Это у нас только прихожая такая. Сейчас мы придём в большой зал, и ты познакомишься с председателем Ш.К.К.

И он широко улыбнулся. Пелле робко улыбнулся ему в ответ. Кто-то с шумом пролетел у них над головой.