Орлиный мост - Мазо Жак - Страница 49

Поскольку никто не ответил на его звонок в дверь, он забеспокоился. Предположить, что Ноэми вышла, было еще возможно, но Вероника должна была остаться в доме! Он повернул ручку двери, и она с легкостью открылась.

Инспектор позвал хозяев несколько раз и, не получив ответа, все-таки решил войти.

Тишину в доме нарушало лишь отдаленное тиканье часов. Мишель осторожно прошел по коридору и заглянул в гостиную. Здесь, несомненно, произошло нечто необычное. Диван был перевернут, низкий столик — передвинут, на полу валялась разбитая посуда. Инспектор заметил также, что мандала исчезла.

Он вынул пистолет и направился в комнату Вероники. Здесь царил неописуемый беспорядок. Матрацы свисали с кровати, а скомканные простыни валялись по всей комнате. И наконец, кто-то опрокинул ночной столик!

Вывод напрашивался сам собой: на Ноэми и Веронику совершили покушение, а они оказали яростное сопротивление!

Мишель вошел в комнату Ноэми. Круглый столик и стулья были перевернуты, ящики из комода вытащены. На полу в беспорядке разбросано постельное белье, какие-то безделушки, бумаги, книги.

Мишель убрал оружие и осмотрел предметы, валявшиеся на полу.

Это был настоящий эзотерический хлам: книги по гаданию, парапсихологии и колдовству, колода карт Таро, настенные часы и наполовину сожженные свечи. Выходит, несмотря на заверения в обратном, Ноэми все-таки интересовалась оккультными науками. Отодвинув в сторону кухонные полотенца и тряпки, а также смятую одежду, Мишель увидел талисманы, медальоны и игральные карты.

Он попытался мысленно воссоздать картину произошедшего. Очевидно, кто-то толкнул круглый столик и все, что на нем находилось, свалилось на пол. Продолжив поиски, Мишель заметил на камине два канделябра, между которыми стояла шкатулка из ценных пород дерева. По выгравированному на ней кресту он понял, что это погребальная урна. Тем не менее, вопреки существующему обычаю, на ней не было имени. Мишель положил ее в карман пиджака и обошел дом в надежде найти письма, фотографии или личные бумаги. Безуспешно. Похититель или похитители все унесли.

Мишель позвонил Вердье и обрисовал ему ситуацию. Тот пообещал прибыть с ордером на обыск как можно скорее. Тем временем Мишель возобновил поиски. Невероятно, но все потаенные уголки дома уже кто-то обследовал! В том числе и кухню — там на полу валялось невообразимое количество битой посуды.

Создавалось впечатление, что похитители искали конкретную вещь, уничтожая при этом улики.

Осознав, что Мюрьсль должна была приехать сюда уже давным-давно, инспектор позвонил в Лазаль. Однако никто опять не взял трубку.

Через пятнадцать минут подъехал со своей командой Вердье.

— Скажите, здесь что, ураган промчался?

— Не знаю, — ответил Мишель, — но мне это не нравится. Оставляю вас здесь делать выводы, а мне надо ехать.

— Как хотите! Но что мне делать? Начинать обыск?

— Поступайте как считаете нужным! — воскликнул Мишель, покидая дом. — Я позвоню позже!

Ведя машину на большой скорости по направлению к Лазалю, Мишель думал о Мюрьель. Куда она могла исчезнуть?

Накануне вечером она радовалась, что встретится с Ноэми и Вероникой. Ей, говорила она, предоставляется дополнительная возможность понять паранормальный характер этого дела. В таких условиях Мюрьель никак не могла его подвести.

Чтобы подавить возрастающее беспокойство, Мишель стал придумывать различные, вполне объективные, причины ее опоздания. Ее задержала интересная находка в доме Эмиля, или она решила остаться поработать у Же-рома, или же грелась на солнышке у бассейна…

Но он чувствовал, что ни одна из его гипотез не выдерживает критики. В любом случае Мюрьель позвонила бы и предупредила его. Нет, тут что-то не так! Чем ближе подъезжал он к Лазалю, тем тревожнее становилось у него на душе.

Увидев, что машины Мюрьель нет у дома Жерома, он тут же отправился к жилищу Эмиля. Каково же было его облегчение, когда он заметил машину Мюрьель в конце небольшой аллеи! Итак, Мюрьель до сих пор там и занимается поисками улик.

Поскольку стояла невыносимая жара, он оставил пиджак на пассажирском сиденье машины, думая о взбучке, которую сейчас задаст молодой женщине, забывшей об их встрече.

Но тут инспектор остановился — его насторожило, что из дома не доносится ни звука. К тому же довольно странно, что дверь и окна закрыты. Он осторожно подошел к крыльцу, позвал Мюрьель, но не получил ответа.

Так как Мишелю не удалось отворить дверь, он подошел к окну и не поверил своим глазам: створки ставен были покрыты инеем!

Не размышляя, он выхватил пистолет и выстрелил в верхнюю часть окна — стекло разлетелось на мелкие осколки. Из дома потянуло холодом. Ледяной воздух превращался в пар, смешиваясь с горячим уличным.

Мишель взобрался на подоконник и ударом ноги открыл окно. Объятый холодом, он спрыгнул вниз и заметил Мюрьель, лежавшую под письменным столом. Увидев ее мертвенно-бледное лицо, он понял, что не стоит тешить себя иллюзиями: Мюрьель определенно мертва…

Охваченный ужасом, Мишель открыл входную дверь, чтобы дать проникнуть теплому воздуху в дом, и без всякой надежды попытался нащупать пульс на руке женщины. Вопреки всем ожиданиям пульс, хоть и очень слабый, был.

Инспектор быстро вызвал по мобильнику «скорую помощь» и объяснил, где он и что произошло. Затем, вынув из шкафа два одеяла, завернул в них Мюрьель и вынес на улицу.

Согревая Мюрьель в своих объятиях, Мишель пытался понять, каким образом прогретый солнцем дом превратился в ледяную комнату? Это не укладывалось у него в голове. Его охватило чувство вины. Он оказался не только не способен разрешить это дело, но и не смог защитить женщину!

Он внимательно посмотрел на нее и притронулся к лицу. Несмотря на бледность, Мишель находил Мюрьель красивой и женственной. Потрясенный, он поцеловал ее и еще крепче обнял ее неподвижное тело, умоляя судьбу не отворачиваться от нее. Хотя инспектор никогда себе в этом не признавался, он испытывал к этой женщине нечто большее, чем дружеские чувства… Он… Не осмеливаясь назвать вещи своими именами, он лишь крепче прижал Мюрьель к себе и заговорил с ней:

— Во что ты ввязалась? Почему не предупредила меня? Но это больше не повторится, я никогда тебя не отпущу ни на шаг, обещаю. — Он поцеловал ее в лоб и продолжил: — Не бойся, ничего страшного, ты выкарабкаешься. Но помоги мне. Ведь я ничего не понимаю…

Он услышал сирену «скорой помощи» и встал, чтобы встретить врачей.

Пока Мюрьель оказывали первую помощь, врач попросил Мишеля объяснить, в чем дело. После того как тот замолчал, они вошли в дом, где уже установилась нормальная температура.

— Извините меня за недоверие, — сказал врач, — но…

— Я вас понимаю, — прервал его Мишель, — это действительно странная история. Но, пожалуйста, поезжайте скорее и сделайте все необходимое! Как только закончу дела, я тоже приеду в клинику.

— Не надо так беспокоиться! Это случай обратимой гипотермии. Через несколько дней ваша знакомая будет абсолютно здорова.

До того как Мюрьель уложили в карету «скорой помощи», Мишель взял ее руку и поцеловал. Она напомнила ему Белоснежку в хрустальном гробу…

— Не волнуйся, — прошептал он, — они не станут увозить тебя в рай…

Потом он попрощался с доктором и попросил его предупредить Жерома.

Когда машина «скорой помощи» уехала, Мишель вернулся в дом, полный решимости разгадать загадку. Не зная точно, что ищет, Мишель начал осматривать место, где обнаружил Мюрьель.

Очень быстро в столешнице письменного стола он обнаружил спичечный коробок. Внутри находились лишь почерневший медальон и пепел от сожженного листка бумаги.

Намеренно проигнорировав обычную полицейскую процедуру, он соскреб копоть с медальона и увидел две заглавные буквы — М и Ш. Что касается буквы М, то она, вероятно, соответствовала фамилии Эмиля — Maccap, но Мишель не нашел никакого объяснения для Ш. Положив медальон в бумажник, он тщательно осмотрел весь дом, но не заметил ничего особенного. Мишель положил спичечный коробок в кастрюлю и взял все с собой в машину. Как только сможет, он попросит Вердье послать коробок на экспертизу.