Сто одиннадцатый - Мартынов Георгий Сергеевич - Страница 49

ЭПИЛОГ

Ставшая уже знаменитой бежевая «волга» мчалась по дороге в Фокино, разрывая ночную мглу яркими лучами фар.

За нею на безопасном расстоянии друг от друга (заснеженный путь скользок) следовали синяя «волга» Горюнова и два автофургона с надписями на бортах — «Радио» и «Телевидение», те самые, которые стояли вечером 13 января перед н…ским кинотеатром, когда в нем происходило поистине историческое собрание.

Запрет Норит сто одиннадцать потерял силу, и корреспонденты, операторы радио и телевидения, все желающие могли вознаградить себя за то, что не видели момента отправления трех учёных и самого пришельца на планету-гостью. Они получили полную возможность присутствовать при возвращении учёных и снимать это последнее н…ское событие сколько им угодно.

Норит сто одиннадцать указал, что аналогично вторичному исчезновению быка (из кабинета капитана Аксёнова) и появлению его на улице Фокино исчезнувшие из того же кабинета люди появятся так же в Фокино и на том же месте, где появился бык.

Вероятно догадываясь, что момент возвращения хотят заснять, пришелец прибавил, что перед появлением трех учёных раздастся тот же звук, что и всегда.

Это должно было облегчить подготовку к работе операторов. Ведь точного места никто не знал, а пронзительный звук всегда раздавался в непосредственной близости, если не в самой точке появлений…

Кстати сказать, на вопрос о причине появлений в пятнадцати километрах от места исчезновения Норит сто одиннадцать не ответил, и у землян создалось впечатление, что он сам этого не знает.

— Попробуем» спросить об этом «там», — сказал тогда профессор Таран.

Несмотря на глухую ночь, на улице Фокино ожидало довольно много народа. Слух о том, что в деревне снова ожидается какое-то таинственное событие и что на этот раз оно обязательно произойдёт, распростанился неведомыми путями, как всегда в подобных случаях, как бы сам собой.

Как уже было дважды — в первый день событий, 12 января, и вчера, 13-го, — первым, кого увидел Саша Кустов, когда машина остановилась перед домом сельсовета, был его председатель. Улыбаясь в густые усы, он сказал явно насмешливо:

— В четвёртый раз к нам! И что вам неймётся, однако?

— Что же тут поделаешь! — в тон ему ответил Саша. — Ваша деревня на весь мир прославилась. Как без неё теперь обойтись? Немыслимо!

Председатель отдал честь выходящему из машины полковнику, не подозревая, что именно этого человека и эту самую машину он и ожидал вчера вместе со всеми.

— Выяснили что-нибудь? — спросил Хромченко.

— Никто ничего точно не заметил. Но как будто это произошло возле нашего клуба. Где-то недалеко, во всяком случае. Те, кто живут дальше, никакого быка возле своего дома не видели!

Речь шла о просьбе полковника, переданной по телефону, расспросить жителей Фокино о позавчерашнем появлении на улице симментальского быка и постараться хотя бы приблизительно определить место, где его впервые увидели.

Несмотря на ночное время, просьба эта была добросовестно выполнена.

— Показывайте, где ваш клуб! — сказал Хромченко.

— Да здесь, неподалёку…

По-видимому, место было указано точно. Во всяком случае, от н…ского отделения милиции до этого клуба по карте было четырнадцать километров девятьсот метров.

Земляне сделали все от них зависящее, чтобы на этот раз не пропустить нужный момент, очередь была теперь за операторами «луча», успех зависел от точности их «наводки».

Оставалось ждать.

Свет уличных фонарей потускнел и исчез в ослепительных лучах прожекторов. Пятьдесят метров улицы осветились, как в солнечный день.

Мороз крепчал, как бывает перед рассветом, и доходил, вероятно, градусов до тридцати. Но, несмотря на это, привлечённые необычным зрелищем, жители Фокино подходили в одиночку и группами, пока не собралась такая же толпа, как вчера на овечьем выгоне.

Саша заметил неподалёку от себя Федора Седых и подошёл к нему. Момент был удобный, а Саше давно уже хотелось кое о чем спросить кузнеца.

Седых приветливо поздоровался.

— Скажите, товарищ Седых, — без предисловий сказал Саша, — чем объяснить ваше поведение и ваши слова, когда я позавчера приезжал за девочкой, которую вы с братом подобрали по дороге? Почему вы мне явно не верили?

Кузнец улыбнулся.

— Догадались?

— Ну, это было очень заметно.

— Только не сердитесь, — сказал Седых. — Мы же знали, кто эта девочка и откуда.

— Как знали? От кого?

— От меня, — последовал неожиданный ответ. — Я рассказал Василию, как пропала Анечка.

— Но вы-то сами от кого узнали?

— Так я же в ту ночь ночевал в Н…ске. А утром шёл на автобус мимо дома Болдыревых…

— Так это вы услышали крик и вошли в дом?

— Ну да! И вас я там видел, да вам, видно, было не до меня. Потому и не припомнили.

— Тьфу ты пропасть! А я ломал голову… Почему же вы не сказали тогда, в сельсовете?

— Ну, мы поняли, что вы хотите сохранить тайну. И мы с Василием никому не сказали…

Донёсшаяся до них фраза полковника Хромченко прервала разговор:

— Если верить Норит, как раз время!

Последние минуты прошли в полном молчании. В морозном воздухе отчётливо слышалось стрекотание кинокамер и шипение прожекторов. Из автофургона с надписью «Телевидение» на борту доносился ровный гул генератора.

И вот… хорошо знакомый многим из присутствующих звенящий свист возвестил, что освещено именно то место, которое нужно. Звук раздался как будто из дверей клуба.

И почти одновременно точно в скрещении прожекторных лучей, на самом удобном для съёмки месте, «возник из ничего» учёный-физик.

В руках он держал тот самый чемодан, в котором биолог унёс с собой на планету-гостью материалы, нужные ему и профессору Тарану.

Но чемодан сразу выпал из руки учёного, а сам он пошатнулся и, как было хорошо заметно, едва удержался на ногах.

Но никто не бросился к нему на помощь.

Все знали: появиться должен не один, а трое!

Никто не рискнул оказаться «на пути» двух недостающих.

Так прошло минуты две…

Физик, видимо, оправился, пришёл в себя. Он поднял чемодан и сам пошёл к встречавшим.

— Где остальные? — встретил его вопросом полковник.

Казалось нелепым и неуместным здороваться, ведь разлучились всего четыре часа назад.

— Они остались там, — очень просто ответил физик. — Времени было слишком мало. Кроме предусмотренных возникли новые вопросы.

— И вы не смогли их отговорить?

— А я и не хотел этого делать. Понимаю и одобряю их решение. И если бы мог принести пользу и не имел другой задачи, сам бы остался, хотя известная степень риска тут имеется. Но что может значить риск и даже самая жизнь двух или трех человек, когда дело идёт о спасении жизни миллиардов… разумных существ!

Заминка после слова «миллиардов» была очень заметна.

— Но как же они вернутся?

— Есть два пути. Вместе со всей планетой или, если планета почему-либо не вернётся, по лучу, направленному на вас, Саша! — кивнул он Кустову.

— Но ведь место вашего возвращения было указано нам заранее. Я мог и не быть здесь.

— Сейчас да, вы ни при чем. Но они двое вернутся с вашей помощью. Который час?

— Четыре двадцать.

— Через десять минут планета уйдёт из нашей системы. И никто, даже они сами, не знает, где она окажется через мгновение после этого.

Пока шёл разговор, съёмки окончились и прожекторы один за другим погасли. Их поспешно грузили в автофургон. Мороз подгонял людей.

— Поехали! — сказал Хромченко.

— Пора! А то ещё замёрзнешь тут, на вашей Земле, — пошутил физик.

Видимо, он совсем оправился после своего фантастического путешествия.

— Там у них теплее?

— Просто тропическая жара.

— Без солнца?

— Тепло и свет дают растения.

— Очень любопытно!

— Весьма! Наш биолог даже заявил, что не покинет планету, пока не изучит структуру этих растений. Но они обещали отправить с ним вместе несколько штук.