Битва полчищ - Рудазов Александр - Страница 87

Уничтожив «Холм», Шаб-Ниггурат пошел прямо на цитадель. Ее закрывали три мощные магические стены, три противодемонических барьера. Первый отливал пурпуром, и в него царапались тысячи утукку и будх, а сверху колотились Птицы Лэнга. Второй мерцал желтым, и перед ним бродили десятки эг-мумий и Двурогих. Третий светился белым, и рядом с ним никого не было, ибо второй барьер ни один из демонов пока не преодолел. Даже ужасающие адские духи пасовали перед крепостью, сотворенной архимагом от демонологии.

Шаб-Ниггурат крякнул и цокнул копытами. Пурпурный барьер, именуемый Панцирем Скорпиона, он преодолел бы без труда — тот удерживает одних Надзирателей. Не задержал бы его и желтый, что зовется Стеной Оруда, — эта преграда хороша лишь против обычных Господ. Но белый… белый носит название Объятий Мардука, и даже архидемону не удастся проломить его вот так, с наскоку…

Однако его можно подточить. Сломить массовым штурмом. Пурпурный барьер вон уже совсем бледен, едва держится под напором тысяч. Да и желтый понемногу слабеет. Шаб-Ниггурату надо только обрушить две внешние стены, чтобы весь Легион Гнева нахлынул на третью, самую прочную. После этого Объятия Мардука треснут, как яичная скорлупа.

Шаб-Ниггурат напрягся и вытянул руку. Остатки Панциря Скорпиона сразу же истаяли, словно охваченные страхом перед архидемоном. Возбужденно орущие Надзиратели ринулись вперед, едва не стоптав опередивших их эг-мумий и Двурогих.

Стена Оруда продержалась немного дольше. Чтобы сломать ее, Шаб-Ниггурату пришлось затратить почти три минуты. Он кряхтел, обливался потом и даже пустил ветры от ужасного напряжения. Но в конце концов…

— Я Есмь Древний!!! — взревел он, заставляя желтый барьер рассыпаться осколками.

Теперь твердыню смертных защищает один-единственный барьер. Самый прочный и стойкий из всех — но только один. Шаб-Ниггурат с предвкушением облизнулся — и язык его был так длинен, что дважды обвился вокруг шеи.

— Вам осталось жить несколько минут, — злорадно произнес архидемон. — Вам всем.

ГЛАВА 34

Руорк Машинист отстреливал все новых и новых демонов. Откуда они только брались в таком количестве? Казалось, что утукку размножаются уже сами собой, без маток. Руорк не слишком хорошо разбирался в бестиологии Древних и не знал, возможно ли такое.

Еще несколько лет назад Руорк, как и все остальные, считал, что утукку — это духи младенцев, что умерли раньше, чем успели произнести первое слово. Так учила ктулхуистская церковь. Так было написано в Книге Древних.

Но Креол Разрушитель опроверг эти измышления. Он сказал, что утукку действительно произошли от людей, но случилось это задолго до появления самой Серой Земли и совершенно в другом мире. Да и не младенцев то были духи, а совсем наоборот — разных выродков и мерзавцев, обуреваемых чудовищными страстями. Нечеловечески жадные или завистливые, прожорливые или похотливые, гневливые или ленивые, они попадали в Кур, мир мертвых, и там постепенно менялись, лишаясь своей самости и обращаясь в уродливых демонов. А спустя еще время эти создания перебрались в Лэнг и уже там изменились снова, научившись плодиться и окончательно утратив малейшее сходство с людьми, которыми когда-то были.

Хотя не исключено, что Креол все это сам же и выдумал.

Да и болт с ними, с утукку. Не о них Руорк сейчас беспокоился. Не о них, а о Двурогих. Вот они и в самом деле доставляли проблемы, хоть и многократно уступали утукку в численности. В них даже попасть-то удавалось очень редко — с такой скоростью эти демоны передвигались.

Руорк поливал их свинцовыми шквалами, гроздьями швырял гранаты и пускал «умные» ракеты — но Двурогие неуклонно брали верх. Боевых автоматов рядом уже почти не осталось, Руорк держал оборону практически в одиночку. Еще немного, и его сомнут, прорвутся в цеха, к конвейерам и доменным печам. И тогда прости-прощай чудесный промышленный комплекс, который Руорк создавал с такой любовью…

Да болт с ним, с комплексом! Руорк ведь и сам погибнет! Погибнет еще до того, как демоны ворвутся в цеха! Он, удивительный технолич, добившийся наконец мечты всей жизни — машинного бессмертия… и погибнет?! Все труды насмарку?!

Может, дать деру, пока не поздно? Сбросить все эти надстройки, переключиться в мобильный режим и умчаться куда-нибудь за океан? В грудине Руорка установлен артефакт-телепортер — просто дай ему команду и окажешься в пяти ларгинах отсюда. А там уже запускай пропеллеры и спокойно лети куда угодно.

Говорят, северный Рокуш очень красив в это время года…

Но Руорк пока что не трогался с места. Ему все-таки было нестерпимо жаль оставлять на разграбление дело всей жизни. Если б можно было прихватить с собой заводы… прихватить Стальной Легион и техномагов-мастеровых… ну и жену тоже стоит прихватить… наверное…

Но реально из всего этого списка можно взять только жену. Остальное просто не влезет в багажное отделение. Оно, конечно, у Руорка довольно вместительное, многомерное, но все-таки не бездонное. Жену и то придется сложить вчетверо.

Хорошо, что в прошлом году Руорк убедил ее заменить часть скелета на алхимическую гуттаперчу. Она так же прочна, как человеческая кость, но гораздо легче и удивительно гибкая. Екесс Глаз поначалу испытывала разные мелкие неудобства, с трудом передвигалась, невпопад сгибалась в самых неожиданных местах, но вскоре приноровилась и стала изящной, как ларийская балерина.

А уж что она начала вытворять в постели!..

Тем временем Двурогие наседали все сильнее. Шесть из четырнадцати модулей Руорка уже искорежены до неузнаваемости, и еще три угрожают отказать в любую секунду. Компенсаторы маны в груди надсадно хрипят, не успевая преобразовывать магическую энергию в физическую, не успевая производить бесконечные ливни псевдоматериального огня и свинца.

И вот наступил критический момент. Один из Двурогих прорвался через град смерти, с ехидным блеяньем принял на грудь слепящую молнию и с умопомрачительной скоростью вонзил костяное лезвие в грудь Руорка. Колдовская сталь прорвалась, точно мягкий картон, впуская руку демона. Двурогий зашарил внутри… и вот когда Руорк порадовался, что заменил сигналы о повреждении механизма с боли на тревожную музыку!

В голове разразилась настоящая какофония…

Клевентин чувствовал легкое беспокойство. Здесь, посреди сквера, он был как на ладони. А друзей в нынешнем Иххарии у него поразительно мало. Всего несколько минут назад Клевентин видел в небе пылающий шлейф с неприятно знакомой аурой — аурой, которую он полагал больше никогда не увидеть. Креол Разрушитель, этот самонадеянный варвар, даже не пытался скрывать свое присутствие.

Впрочем, ни его, ни других колдунов Клевентин особенно не опасался. Он по-прежнему держал в потайном кармане расписную тарелку киигов. Поразительно все же, что такая небольшая и относительно простая вещица дает защиту более надежную, чем большинство заклинаний. С другой стороны, какой-то колдун для создания этой вещицы полностью отдал свои способности — а это не назовешь малой платой. Сам Клевентин уж точно не пожелал бы платить такую цену — да и никто из серых не пожелал бы.

Конечно, в армии Серой Земли есть не только колдуны. Но прочие виды войск мало что могут противопоставить серому плащу — а Клевентин, хотя и получил свой «ускоренным порядком», заслуживает его более чем. Вот буквально только что в сквер забрел Стальной Солдат — громадная махина, боевой автомат древней Империи Гор. Клевентина он узнал, попытался уничтожить… но, сделав два лишь шага, застыл, вскинул гигантские руки-отбойники и «умер». Нет лучшего заклятия против автоматов, чем Нутряная Домна — она заставляет металлических чудовищ плавиться изнутри, разрушает их колдовской механизм.

Нет, автоматы Клевентину не противники. Он учился на факультете Превращений и Метаморфоз, специализируясь в управлении металлами. Другие трансформаторы превращают людей в каменные статуи, Клевентин — в железные. А это сложнее, надо заметить — металлы вообще труднее прочих веществ поддаются колдовству. Не так уж и велика разница, но она есть, есть. Големов тоже чаще делают из глины или камня, хотя металлические явно лучше. Но зачаровать труднее — и потому из металла рациональнее сделать автомата.