Королева пустыни - О'Бэньон Констанс - Страница 52

— Создается впечатление, что здесь по необъяснимой причине бесследно пропадает множество людей. Не кажется ли вам это странным, лорд Джеффри?

— Ваша светлость! — произнес лорд Джеффри обиженным голосом. — Во всяком случае, вы не можете обвинить меня в исчезновении вашего сына. В то время как он находился в Каире, сам я был в Англии. Я никогда даже не встречался с молодым лордом.

— Здесь, в Египте, вы олицетворяете волю Ее Величества, — присоединился к разговору лорд Уоррик. — Что же, на ваш взгляд, нам следует предпринять, милорд?

Консул побарабанил пальцами по ручке кресла. Для него сейчас гораздо важнее было подчеркнуть собственную непричастность к судьбе герцога Равенуортского и его сына, нежели дать прямой ответ на вопрос лорда Уоррика.

— Его светлости ни в коем случае не следовало углубляться в пустыню без сопровождения вооруженного отряда. Если бы он послушал моего совета, то не было бы и проблемы с его исчезновением. И нам не пришлось бы сегодня обсуждать эту тему.

Глаза Кэссиди гневно сузились. Было видно, что она кипит от бешенства.

— У меня нет сомнений в том, что мой муж считал миссию королевы Виктории гораздо важнее всех ваших советов, — сказала она, нервно дернувшись в кресле. — Сообщите мне все известные вам сведения, которые могут иметь отношение к судьбе моих мужа и сына. И прошу вас сделать это немедленно.

Консул прокашлялся.

— Мне доводилось слышать лишь отрывочные слухи, которые продолжают просачиваться из пустыни. Кажется, там разразилась настоящая война между несколькими племенами бедуинов и этим турком, шейхом Сиди Ахмедом, которого в конце концов убили. Выясняется, что именно он занимался поставками оружия и спровоцировал войну. По крайней мере, хоть одной проблемой стало меньше.

— Не кажется ли вам, что он-то и захватил моего мужа? — спросила Кэссиди.

— Ходят слухи, что в Калдое, которая служила Сиди Ахмеду оплотом, был какой-то пленник-англичанин. Однако ничего достоверного сказать вам по данному поводу не могу.

— И вы не предприняли никакого расследования? — задал вопрос Уоррик.

— Чтобы расследовать каждый слух, доходящий из пустыни, требуется много времени. Но я намеревался вскоре заняться выяснением правильности вышеупомянутых сведений, — заверил его лорд Джеффри.

Уоррик тоже начал терять терпение. Этот человек много говорил, но, по сути, не сказал ничего.

— Кажется, единственное, в чем вы уверены, лорд Джеффри, так это в том, что ни в чем нельзя быть уверенным.

— Я сделал все от меня зависящее, если принять во внимание, каковы средства связи в этой дикой стране, — промямлил консул, кашлянув.

Кэссиди коснулась руки Уоррика, сдерживая его.

— Вы должны понять наше отчаяние. Я не намерена покидать Египет, пока не увижу мужа и сына.

Консул переложил несколько бумажек на своем столе.

— Так получилось, что всего три дня назад мне доставили от лорда Майкла письмо. Его передал один бедуин. Оно адресовано вашей светлости.

Глаза Уоррика грозно засверкали.

— Почему вы не сказали нам об этом с самого начала?

Он выхватил письмо из руки лорда Джеффри и передал его Кэссиди.

Она быстро пробежала глазами неровные строчки послания и со странным выражением лица взглянула на Уоррика.

— Уоррик, Майкл пишет, что он женился! — воскликнула она и обернулась к консулу. — Вам знакома леди Мэллори Стэнхоуп?

— Не имел удовольствия. Но я знаю ее родителей.

Леди Кэссиди была потрясена.

— Никогда не слышала такой фамилии. Как Майкл мог… — Осознав, что обсуждает семейные дела в присутствии постороннего, она запнулась. — Уоррик, дальше Майкл пишет, что ему, по всей видимости, известно, где удерживают Рейли, и он направляется туда, чтобы найти его.

— Как мне представляется, — сказал Уоррик, — наши поиски должны начаться с города Калдои. Думаю, вам лучше остаться в Каире, Кэссиди. Я сам отправлюсь в пустыню.

— Я еду с тобой, Уоррик, — упрямо сжав зубы, проговорила Кэссиди. — Не затем я прибыла сюда, чтобы оставаться в Каире в тот момент, когда я нужна мужу и сыну!

Уоррик знал, что Кэссиди настоит на своем. — Прекрасно, — сдался он. — Утром отправимся в путь. А пока я позабочусь о припасах.

— Я пошлю с вами роту солдат, — тут же пообещал консул, обрадовавшись, что может предложить хоть какое-то содействие. — Вам могут потребоваться слуги, так что я дам вам проверенных людей.

Поднявшись, Кэссиди протянула лорду Джеффри руку.

— Военный эскорт я приму, а слуги у нас есть собственные, — сказала она. — Простите, если была резка с вами. У нас очень дружная семья, и когда кто-то попадает в беду, все остальные спешат ему на помощь.

— Может быть, мне все же удастся отговорить вас от этого путешествия? — спросил лорд Джеффри.

— Нет. Я хочу, чтобы наша семья вновь оказалась вместе. Мы с Уорриком не остановимся, пока не соберем всех под одной крышей.

Уоррик с улыбкой посмотрел на тещу.

— Вам лучше согласиться с нею, лорд. В нашей семье все поступают именно так.

Глава 27

Мэллори старалась все время быть поближе к спальне, где лежал Майкл, но знала, что не может туда войти, если хочет, чтобы окружающие по-прежнему принимали ее за местную женщину.

Герцог, принц Халдун и Фейсал с озабоченными лицами стояли у кровати.

— Кто совершил такое насилие над моим другом? — спросил принц, в душе которого клокотал гнев.

— Это Сиди, — ответил Рейли, бросив на сына исполненный тревоги взгляд. — Но он отплатил за это собственной жизнью. Не знаете ли вы врача, который мог бы вылечить его?

Взглянув на Рейли, Халдун увидел, насколько похожи отец и сын.

— Мой лекарь прибудет сюда, как только его найдут. Думаю, сейчас он помогает раненым.

Мэллори проверила, опущена ли чадра, и, набравшись храбрости, вошла в комнату. Майкл нуждался в помощи, и она намеревалась ухаживать за ним независимо от того, что подумают остальные.

Увидев Майкла, Мэллори тихо охнула: он лежал на животе, и рубашка на его спине была сплошь пропитана кровью. Ей захотелось подбежать к нему, упасть на колени, утолить его страдания, но она не решилась открыто проявить нахлынувшие на нее чувства.

— Кто ты? — спросил принц Халдун, цепко схватив Мэллори за руку. — А ну, говори, что тебе нужно в этой комнате?

— Ваше высочество, — немедленно вступился Фейсал, отвлекая внимание принца. — Я ее знаю. Она будет отличной сиделкой для господина.

— Я доверяю ей своего сына, — поддержал его Рейли, хотя и не понимал по-арабски. — Это она спасла ему жизнь.

Халдун пристально рассматривал женщину, фигура и лицо которой были скрыты черным одеянием.

— Но не нарушишь ли ты закон нашей веры, ухаживая за мужчиной, который не является членом твоей семьи?

— Ваше высочество, она не мусульманка, — ответил за нее Фейсал.

— Тогда разрешаю, — кивнул принц.

— Мы не можем ждать вашего врача, — мрачно произнес Рейли. — Нужна вода. Намочим рубашку, чтобы она не прилипала к ранам. Фейсал, попроси женщину принести все необходимое.

Мэллори тут же побежала на кухню.

— Почему бы вам не сказать, кто вы на самом деле? — принялся увещевать ее появившийся рядом Фейсал. — Находились бы тогда рядом с мужем по праву и ухаживали за ним.

Ничего не ответив, она сунула ему в руки пустой кувшин, а сама взяла еще один. Затем оба вышли из дома. Мэллори заговорила, когда они подошли к колодцу.

— Они не должны знать, кто я. Но боюсь, они вскоре начнут расспрашивать тебя о леди Мэллори, поскольку ты должен был сопровождать меня в Каир.

Наполнив кувшин, она передала его Фейсалу, затем налила воды в свой. Прежде, чем вернуться в дом Мэллори пошарила у себя в кармане и вытащила письмо.

— Отдай лорду Майклу. Там он найдет все объяснения.

— Госпожа! Вы хотите уехать, или я ошибаюсь? — спросил Фейсал, проницательно глядя на Мэллори.

— Да, я уеду, как только жизнь моего мужа будет вне опасности.