Дважды соблазненная (Преимущества соблазнения синего чулка) - Дэр Тесса - Страница 37

– Тебе не нравятся комнаты?

– О нет! Все прекрасно. В том-то и дело.

Рис молчал. Он был окончательно сбит с толку.

Наконец, сжалившись над ним, Мередит объяснила:

– Видишь ли, этот номер… он ошеломляет. Тут как во дворце. И этого довольно, чтобы повергнуть меня в отчаяние. Если именно к таким гостиницам привыкли знатные люди, то как я смогу угодить им в «Трех гончих»? Ведь спальня в моей гостинице может поместиться тут в платяном шкафу!

– Неправда, Мерри.

– Ну… не в этом дело. – Она жалобно шмыгнула носом. – Ты только взгляни на это место. Как моя гостиница может соперничать с подобными заведениями, пусть и в отдаленном будущем?

Значит, ее расстроила роскошь гостиницы, а не его, Риса, промахи. Облегченно улыбнувшись, он подошел к Мередит и обнял ее за плечи.

– Не волнуйся. Тебе не надо состязаться с такими дорогими заведениями. Это один из лучших отелей в Англии. Сюда приезжают на отдых только очень богатые люди. А «Три гончие» – придорожная гостиница. Даже самые знатные люди знают, насколько скромны там условия, поэтому ничего особенного не ожидают.

– Да, понимаю… Значит, я смогу удовлетворить «скромные ожидания» членов высшего общества?

Рис снова улыбнулся:

– Поверь, твоя гостиница уже превосходит их ожидания. – Почувствовав, как Мередит напряглась, он добавил: – Я заказал ванну и горячий ужин. Понимаю, что окружающая роскошь сводит тебя с ума. Но постарайся не броситься с балкона.

Мередит рассмеялась и мгновенно развеселилась.

– Прости, Рис. Я вела себя глупо. – Она поцеловала его в щеку. – Рис, спасибо. Все просто великолепно!

– А вот это лучше. – Он легонько хлопнул ее по задику.

Снова рассмеявшись, Мередит стала исследовать декоративную нишу.

– Позвать горничную, чтобы помогла тебе разложить вещи? – спросил Рис, подходя к гардеробу. – Или доверишь роль горничной мне?

– Как хочешь, – пробормотала она, вытягивая шею, чтобы посмотреть, нет ли пыли на верхней полке.

Вряд ли она его расслышала и поняла. Поэтому Рис занялся вещами. В армии он приобрел опыт – умел быстро собирать и разбирать чемоданы. И сейчас он аккуратно повесил свои сюртуки рядом с платьями Мерри. Конечно, для коттеджа у него были задуманы отдельные шкафы, но ему понравилось, что их одежда висела в одном гардеробе, ее чулки лежали вместе с его галстуками – казалось, что это очень правильно, что так и должно быть. И конечно же, такое соседство безумно возбуждало.

А Мередит тем временем медленно обходила гостиную. Рассматривала каждый предмет, изучала резьбу на мебели и все мельчайшие детали обстановки. Рис понимал: она брала на заметку то одно, то другое, чтобы сделать нечто подобное дома.

– Я никогда не смогу повесить в гостинице бархатные шторы, – пожаловалась Мерри, пощупав край темно-синей занавеси. – Бархат соберет всю пыль! – С минуту помолчав, она добавила: – Но мне нравится, что шторы подвешены у потолка и опускаются почти до пола. Окно кажется больше, чем на самом деле. Нужно это запомнить.

В задумчивости кусая губы, Мередит проследовала в спальню.

Рис же вздохнул.

Когда она поймет, что в будущем ей не придется управлять гостиницей?

Выдернул из саквояжа светлую полупрозрачную сорочку, он подумал: «Ей давно пора забыть о мебели и уделить мне хоть чуточку внимания».

– О-о-о!

Это громкое восклицание сорвало Риса с места. Подбежав к арке, отделявшей гостиную от спальни, он увидел Мередит рядом с кроватью. Гигантской кроватью. Тут были и резные столбики красного дерева, и дорогие занавески, а сама кровать – пышное облако белоснежных подушек и покрывал.

– О Боже! В жизни не видела ничего подобного! – восторженно воскликнула Мерри. Упершись ладонями в матрац, она подалась вперед, проверяя насколько тут мягко. При этом ее груди колыхались, а ягодицы чувственно подрагивали.

Руки Риса безжалостно смяли тончайший муслин. Он откашлялся и пробормотал:

– Да, красиво…

Мередит повернулась и взглянула на него вопросительно. Словно ждала продолжения.

Но Рис как будто потерял дар речи. И думал он сейчас только об одном… Вероятно, о том же самом подумала и Мередит. Потому что вдруг весело улыбнулась и, поднимая свою дорожную юбку, прилегла на матрас.

– Кровать действительно замечательная. – Она протянула к Рису руку, и это ее движение было чувственным и изящным, как у кошки, растянувшейся на солнце. Опираясь на локоть, Мерри чуть приподнялась и превратилась в темную ленту женственности, развернувшуюся на подушках с белыми наволочками в кружевах и оборках.

Наконец-то! Наконец она полностью сосредоточилась на нем. Сердце Риса колотилось о ребра, угрожая сломать плохо сросшиеся кости. А одна из частей его тела превратилась в железо.

Мерри же кокетливо улыбнулась:

– Рис, не хочешь лечь рядом?

Во рту у него пересохло. Несмотря на все намерения подождать, помучить ее безжалостными сладостными пытками, а затем получить согласие на помолвку, Рис чувствовал, что он не в силах сказать еще что-то, кроме «да».

– Сдавайся, сопротивляться бесполезно, – томно предупредила Мерри, расстегивая верхнюю пуговку жакета. Коснувшись второй, добавила: – Когда речь идет о спальне, моя воля сильнее.

Рис рассмеялся, но слова Мередит заставили его призадуматься.

Инстинкт побуждал его выбросить эту мысль из головы. Ничья воля не превзойдет его собственную.

Именно поэтому он выжил в стольких битвах. Разве не он провел одиннадцать лет в пехоте, всегда порываясь быть первым в атаке, чтобы встретить более сильного, чем он, противника – того, кто собьет его на землю и наконец прикончит.

Но ничего подобного не случилось.

До этой минуты. И перед ним сейчас не враг, угрожающий уничтожить его саблей или мушкетом, а женщина. Женщина, к которой его безумно влекло.

«Сдавайся, – потребовала она. – Моя воля сильнее».

И тут она, похоже, права. Его решимость быстро таяла, а вот мужская плоть становилась все тверже. Но разве не этого он искал всю жизнь? Разве он не искал сладостного благословенного поражения?

И если так, то лучше найти его на таком роскошном шелковом поле битвы…

Судьба шептала ему в уши: «Она прекрасна и готова отдаться. Этому суждено случиться. И не важно, сегодня или в будущем году».

И он возьмет ее. Сегодня же! Сейчас!

Рис со вздохом шагнул к ней, и выражение ее лица тотчас изменилось – теперь это был не призыв, а удивление. Несмотря на все свои ухищрения, она не ожидала, что он сдастся.

Но тут он остановился, и Мередит с нежностью прошептала:

– О, Рис… – Она снова протянула к нему руку. – Рис, иди ко мне.

Но его остановил громкий стук в дверь.

Черт побери! Сегодня судьба играет с ним жестокие игры!

– Это наш ужин, – пояснил он. – Пропади все пропадом!

– Наш ужин? И наша ванна? – Мередит приподнялась. Наша ванна. Что ж, прекрасная мысль!

Рис снова смял муслин, гадая, что приличнее: встретить слуг, прикрываясь сорочкой, или позволить им увидеть, как вспухли его брюки.

Сообразив, в чем дело, Мередит сама открыла дверь. Рис же, в свою очередь, принялся изучать шторы, пока горничные с исходившими паром кувшинами проходили по номеру. И каждая из них выливала воду в быстро наполнявшуюся ванну. Рис сделал вид, что изучает парк, когда слуга, вкатив небольшой столик, убрал с блюд серебряные крышки. Настоящий пир!

– Спасибо. Это все, – раздался голос Мередит. И дверь тихо закрылась.

Рис перевел дыхание и повернулся к Мерри. Смущенно улыбаясь, он протянул ей безнадежно скомканную ночную сорочку, но тут же отбросил ее в сторону.

– Она все равно тебе не понадобится.

– Не понадобится?

– Совершенно верно.

– Вот и хорошо. Ну, что будем делать? Сначала поедим? Или искупаемся? – Глаза ее сверкнули. – Говори же!

– Сначала – ужин, – решил Рис, придвигая стулья к столику. – Затем – ванна. А уж потом я не выпущу тебя из постели.

– О, вот это мне нравится…

Щеки Мерри покраснели, и она, усевшись, подняла бокал с вином.