Дважды соблазненная (Преимущества соблазнения синего чулка) - Дэр Тесса - Страница 12

Она осеклась. Нельзя же было сказать: «Но он настаивал, чтобы я вышла за него».

Приняв молчание Мередит за искреннюю тревогу, Гидеон сжал ее запястье.

– Не волнуйся, Мерри. Он не пробудет в деревне долго. Так или иначе, но я об этом позабочусь.

Мередит кивнула, зная, что Гидеон сдержит слово. Конечно, это очень любезно с его стороны, но ей ничто не поможет, особенно после прикосновения Риса прошедшей ночью. Она все еще ощущала его ласку. И конечно же, помнила его слова.

«Все это кажется таким правильным, таким привычным, верно»?

Она мысленно встряхнулась и постаралась не думать об этом.

– Если ни один человек в округе не станет работать на него, выполнять его поручения или что-то ему продавать, он скоро будет вынужден сдаться. А если нет… Что ж, есть другие способы убеждения.

– Вроде сегодняшних факелов? – спросила Мередит.

Гидеон выругался и покачал головой:

– Нет, для этого требуются настоящие люди и настоящее оружие. Не толпа болванов и полоумный конюх с ведром воды.

– Кстати, о Дерриле… Пора звать его и отца к обеду, – заметила Мередит.

– Неужели докричишься до самого Нетермура? Да, голос у тебя громкий, но… Это поразило бы даже меня.

– О чем вы? Деррил не в Нетермуре. Я только что видела его.

– Не Деррил. Твой отец.

– Мой отец? В Нетермуре? Но что он делает там?

Гидеон пожал плечами и снова припал к кружке.

– Спроси у него. Или своего друга Риса. Они уехали туда вместе. Мой человек только что принес мне новости.

Мередит отложила тряпку.

– Впрочем, мне все равно, – продолжал Гидеон. – Симонсы уже нагружают пони. Мы погоним их к Двум Дубам, а оттуда – кружным путем. И пусть Эшуорт и твой отец торчат там хоть целый день.

– Нет, не выйдет, если от меня хоть что-то зависит! – воскликнула Мередит в волнении. Отец не должен был находиться на пустоши под полуденным солнцем. Такое напряжение могло подорвать его здоровье.

Гидеон был прав. Присутствие Риса обернется для всех бедой. Она потребует от Риса, чтобы тот оставил ее отца в покое, забыл о своих дурацких предложениях и сегодня же убрался из деревни. А она постарается выбросить его из головы и будет жить так, как жила.

Да-да, у каждого из них своя собственная жизнь.

Глава 5

Напрягая мускулы, Рис поднял из зарослей утесника обломок поросшего лишайником камня. Капли пота струились по его обнаженной спине, когда он тащил камень наверх. Швырнув его на землю, Рис, утирая лоб, спросил:

– Как, по-вашему, этот достаточно велик? – Теперь камни образовали почти три стороны прямоугольника. Еще несколько часов работы – и у него получится разметка для фундамента. – Может, стоило сделать пошире?

– Но разметка будет почти так же велика, как гостиница, – заметил Джордж Лейн. – А вы ведь планировали построить коттедж.

– Да, верно. – И это будет лучший коттедж на свете.

Мередит увидит его, сразу поймет, что он действительно решил здесь остаться. И действительно решил жениться на ней. Правда, он не был удивлен тем, что она не торопилась за него замуж.

Жених-то он незавидный… Разве что в банке лежит немного денег. И едва ли она прельстится его внешностью и манерами. Но как только увидит, что он действительно намеревается построить дом и заботиться о деревенских жителях, наверняка передумает. Мерри умная женщина и понимает, когда ситуация складывается благоприятно для нее. Вышла же она за старика Мэддокса. Вряд ли это был брак по любви.

– Где вы собираетесь врезать дверь? – спросил Лейн, обходя почти завершенный прямоугольник.

– Вон там. Чтобы выходила на северо-восток.

– Так, чтобы она не смотрела на развалины? Что ж, я понимаю вас. Хочется как можно реже их видеть.

– Нет, это из-за ветра. Чтобы он меньше задувал, – пояснил Рис.

Старик пожал плечами:

– Что ж, как хотите.

Рис поставил камень рядом с остальными. Конечно, суеверия глубоко въелись в души здешних жителей, но неужели Джордж Лейн верит в истории с привидениями, которые так любит рассказывать Деррил Тьюкс?

– Развалины тут ни при чем, – продолжал он. – А вон та небольшая равнина – лучшее место для новой конюшни. И коттедж конюха должен смотреть на нее всеми окнами, не находите?

– Конюшня? – Опершись на костыль, Лейн снял мягкую фетровую шляпу и повертел ее в скрюченных пальцах. – Хотите заново выстроить конюшню?

– Я хочу заново выстроить все, – заявил Рис. – Начиная с конюшни. Я член клуба, который называется «Стад-клуб». Членство в нем позволяет привести кобыл к жеребцу по кличке Осирис.

– Осирис?! – Руки старика затряслись. – Тот самый Осирис?! Лучший жеребец страны?!

– Так вы о нем слышали?

– Слышал ли?… – Лейн рассмеялся. – Да ведь в спортивных газетах только о нем и пишут. Но я слышал, его продали какому-то лорду… Как же его имя?…

– Харклиффу. Лео Чатуику, маркизу Харклиффу. Но он умер.

– Вот как? Вы его знали?

– Да, немного. – Рис пожал плечами. – Но мы не были близкими друзьями.

Он прошел немного дальше и поставил ногу на другой камень, раскачивая его, чтобы легче было вынуть. Камень был квадратным и сидел неглубоко. Наверняка отлетел от старого дома. Скатился вниз после пожара.

Немного подумав, Рис решил не трогать этот камень. Подошел к другому и одним пинком вывернул его из земли.

– Так или иначе, но теперь я владею одной пятой этого жеребца. Думаю к следующему году привести к нему несколько кобыл. Мне нужна конюшня. И главный конюх, конечно.

– А вы… – Лейн помолчал. – Неужели вы говорите обо мне?

– А разве есть другие кандидаты? – Рис осмотрелся и с усмешкой добавил: – Что-то не вижу их.

Джордж с присвистом выдохнул. Нашел большой булыжник и, усевшись на него, положил рядом костыль.

– Но я калека…

– Знаю. – Еще бы не знать. Ведь именно из-за него пострадал Лейн.

– Я, разумеется, найму конюхов. Вам не придется делать тяжелую работу. Будете просто приглядывать за ними. В этих местах никто, кроме вас, не умеет ухаживать и тренировать породистых лошадей.

Лейн тихо выругался. Но когда Рис украдкой взглянул на него, оказалось, что старик улыбался.

– Почтовые лошади! – неожиданно выпалил Лейн. – Не собираетесь их разводить? Это очень поможет Мерри с гостиницей.

– Почему бы нет? – Рис оставил камень в покое и присел рядом со стариком. – Но вам больше не придется тревожиться за дочь. Поэтому я и строю такой большой коттедж.

Лейн нахмурился:

– Должно быть, я уже слишком стар… Что-то никак вас не пойму…

– Вообще-то этот дом для вас. И вскоре мы все трое станем называть его своим.

– Трое?… – удивился старик.

– Вы, я и Мередит. – Лучше объяснить все сейчас. Все равно старик скоро узнает. – Мистер Лейн, я намерен жениться на вашей дочери.

Придется все предоставить судьбе. Женитьба на Мередит – идеальное решение. Прекрасное в своей простоте – как безоблачное небо над головой. Дав обет у алтаря, он, Рис, возьмет на себя ответственность за благоденствие не только Мередит, но и ее отца и всей деревни. Теперь он это понимал. На конюшне будут выращивать скаковых и почтовых лошадей и выгодно продавать. Когда же заново отстроят Нетермур-Холл, он сможет дать работу доброй половине деревни, а остальные проживут на его заказах. Гостиница же по-прежнему будет открыта… Просто нужно будет нанять управляющего.

Планов Риса хватило бы на долгие годы. Возможно, на десятилетия. Странное это было ощущение – перестать жить одним днем. Но на душе было легко. Он слышал, что джентльмены его круга, унаследовавшие титул и поместья, относились к своим обязанностям как к бремени. Но как ни странно, он, Рис, был рад этим обязанностям.

Лейн долго молчал. Наконец пробормотал:

– Хотите сделать Мередит своей женой?

– Да, – кивнул Рис. Он был уверен, что именно судьба так решила, но не стал объяснять это старику.

– А вы уже сказали Мерри?

– Да, сказал.