Пир стервятников - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 64

Силен, крепок, хорош собой... «Она спала с Ланселем, с Осмундом Кеттлблэком, а может, и с Лунатиком, почем мне знать...»

– Лучше бы ты выбрала Пакстера Редвина. Он командует самым большим флотом Вестероса. Аурин мог бы водить ялик, если ты ему купишь такой.

– Ты просто ребенок, Джейме. Редвин – знаменосец Тирелла и племянник его гадкой матушки. Мне не нужны ставленники Тирелла в совете.

– Не нужны Томмену, ты хочешь сказать.

– Ты хорошо знаешь, что я хочу сказать. Слишком хорошо.

– Я знаю, что с Аурином Уотерсом ты придумала неудачно, а с Таллином и того хуже. Что до Квиберна... боги, Серсея, он же был в шайке Варго Хоута! Цитадель отняла у него цепь!

– Серые овцы. Квиберн показал себя очень полезным человеком. И преданным, чего я даже о своей родне не могу сказать.

Продолжай в том же духе, сестра, и нас всех расклюет воронье.

– Вслушайся в собственные слова, Серсея. Тебе в каждом углу мерещатся карлики, и в друзьях ты видишь врагов. Дядя Киван тебе не враг. И я тоже.

Ее лицо исказилось от ярости.

– Я умоляла тебя о помощи. На колени перед тобой становилась, а ты отказал!

– Мои обеты...

– ...не помешали тебе убить Эйериса. Слова – это ветер. Ты мог бы получить меня, но предпочел белый плащ. Убирайся.

– Сестра...

– Выйди вон, говорю я. Мне тошно смотреть на твой мерзкий обрубок. Вон! – Она запустила в него винной чашей и промахнулась, но Джейме понял намек.

Вечер застал его в общей комнате башни Белый Меч, с чашей дорнийского красного и Белой Книгой. Он листал страницы культей правой руки, когда вошел Рыцарь Цветов. Сир Лорас снял плащ, отстегнул пояс с мечом и повесил их на колышек рядом с Джейме.

– Я видел вас во дворе сегодня, – сказал тот. – У вас хорошо получалось.

– Я бы сказал, лучше, чем хорошо. – Лорас налил себе вина и сел за стол-полумесяц напротив Джейме.

– Скромный рыцарь ответил бы «милорд слишком добр» или «у меня хороший конь, это его заслуга».

– Конь в самом деле неплох, а милорд столь же добр, как я скромен. – Лорас кивнул на Белую Книгу. – Лорд Ренли всегда говорил, что книги нужны одним только мейстерам.

– Эта книга про нас. Здесь записана история каждого человека, когда-либо носившего белый плащ.

– Я ее смотрел. Гербы в ней красивые, но мне больше нравится, когда в книге много картинок. У лорда Ренли было несколько с такими, что септон ослеп бы, увидев их.

– Здесь вы таких не найдете, сир, – слегка улыбнулся Джейме, – но заключенные в ней истории могут открыть вам глаза. Полезно знать судьбы тех, кто жил раньше нас.

– Они мне известны. Принц Эйемон Драконий Рыцарь, сир Раэм Редвин, Великодушный, Барристан Смелый...

– Гвейн Корбрей, Алин Коннингтон, Дарри-Демон. Все верно. О Люкаморе Сильном вы тоже, должно быть, слышали.

– О Любострастнике? Три жены и тридцать детей, не так ли? Ему еще хрен отрезали. Хотите спою вам песню о нем, милорд?

– Ну а сир Терренс Тойн?

– Он спал с любовницей короля и умер злой смертью. Мораль такова: если носишь белые бриджи, завязывай их потуже.

– Джайлс Серый Плащ? Оривел Отверстая Длань?

– Джайлс был предателем, Оривел – трусом. Они опозорили плащ, который носили. К чему вы ведете, милорд?

– Ни к чему. Не ищите оскорбления там, где его нет, сир. Как насчет Длинного Тома Костейна?

Лорас потряс головой.

– Он прослужил в Королевской Гвардии шестьдесят лет.

– Когда это? Я ни разу...

– Сир Доннел Синедольский?

– Это имя я, кажется, слышал, но...

– Аддисон Хилл? Микаэль Мертинс, Белый Филин? Джеффори Норкросс, прозванный Несдающимся? Красный Роберт Флауэрс? Что вы можете сказать мне о них?

– Флауэрс – имя бастарда. И Хилл тоже.

– А между тем оба они в свое время командовали Королевской Гвардией. Все это записано в книге. Есть в ней и Роланд Дарк – до меня таких молодых рыцарей в Королевской Гвардии еще не было. Свой плащ он получил на поле брани и погиб час спустя.

– Как видно, воин он был не из важных.

– Не скажите. Он погиб, защищая своего короля. Белый плащ носили многие отважные рыцари, и почти все они ныне забыты.

– Значит, они и не заслуживали иного. Героев, лучших из лучших, будут помнить всегда.

– И злодеев тоже. – Глядишь, про кого-то из нас и сложат песню, подумал Джейме. – А также тех, в ком есть нечто и от героя, и от злодея. Вроде него. – Он постучал по раскрытой странице.

– О ком это вы? – Сир Лорас вытянул шею. – Десять черных кружочков на алом поле. Не знаю такого герба.

– Он принадлежал Кристону Колю, который служил при Визерисе Первом и Эйегоне Втором. – Джейме закрыл Белую Книгу. – По прозванию Своевольный.

СЕРСЕЯ

Экие жалкие людишки, думала королева, глядя на трех человек, преклонивших перед нею колени. Кому только не улыбается счастье.

– Ваше величество, – тихо промолвил Квиберн, – малый совет...

– Совет подождет. Они будут только рады, услышав от меня о смерти изменника. – Вдали колокола Септы Бейелора вызванивали свою скорбную песнь. По тебе, Тирион, колокола не будут звонить. Я обмакну твою уродливую башку в смолу, а хилое тельце брошу собакам. – Встаньте, – сказала Серсея будущим лордам, – и покажите, что принесли.

Они поднялись, оборванные и безобразные. У одного чирей на шее, и все они не мылись по меньшей мере полгода. Мысль о том, что такое отребье может сделаться лордами, забавляла Серсею. На пирах их можно будет сажать рядом с Маргери. Главный развязал кожаный мешок, запустил туда руку, и приемный чертог королевы тут же наполнился запахом мертвечины. Голова, извлеченная из мешка, позеленела и кишела червями. Пахнет, как от батюшки. Доркас зажала рот, Джаселину стошнило, но королева даже не поморщилась.

– Вы убили не того карлика, – выговорила она наконец – отчетливо и со злостью.

– Как не того, – осмелился подать голос один оборванец. – Беспременно он. Подгнил только малость.

– И новый нос себе отрастил, – заметила Серсея, – да еще какой здоровенный. Тирион лишился носа в сражении.

Трое дуралеев переглянулись.

– Про это мы знать не знали, – сказал предъявитель головы. – Глядим, карлик идет, ну и...

– Он сказал, что он воробей, – вмешался дурак с чирьем, – а ты говоришь – врет он, мол. – Это было обращено к третьему.

И ради этих-то скоморохов я заставляю ждать свой малый совет, с гневом подумала королева.

– Вы попусту потратили мое время и убили невинного. Вам самим следовало бы головы отрубить. – Но если она это сделает, другие могут испугаться, и Бес ускользнет. Лучше воздвигнуть пирамиду из голов мертвых карликов, чем дать такому случиться. – Прочь с моих глаз.

– С позволения вашего величества, – сказал тот, что с чирьем. – Прощения просим.

– А голову-то оставить? – спросил тот, кто держал ее.

– Отдайте ее сиру Меррину. Да нет же, в мешок спрячь, недоумок. Выведите их, сир Осмунд.

Трант вынес голову, Кеттлблэк выпроводил оборванцев. Только завтрак Джаселины, оставшийся на полу, свидетельствовал о том, что они здесь побывали.

– Уберите это сейчас же, – приказала ей королева. Эта голова – уже третья, и она по крайней мере действительно принадлежала карлику. Предыдущую сняли с какого-то уродливого ребенка.

– Не тревожьтесь, карлика непременно найдут, – заверил ее, вернувшись, сир Осмунд. – И тогда ему настанет конец.

Настанет ли? Прошлой ночью Серсее приснилась старуха с желваками на щеках и каркающим голосом. В Ланниспорте все звали ее Магги-Жабой. Знай отец, что она мне сказала, он вырвал бы ей язык. Но я никому не говорила об этом, никому, дажеДжейме. Мелара решила, что если мы промолчим о ее предсказании, то и сами со временем забудем его. А забытые пророчества не имеют никакой силы.