Наколдованная любовь - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 55

Высокая, почти под два метра, и несуразно-непропорциональная по человеческим меркам фигура двигалась быстрыми рывками. Вот она здесь, а через миг уже там. Причем, где именно там, угадать, рассчитав траекторию, было невозможно.

Но Аш каким-то образом умудрился просчитать. Когда тенелов, нацелившийся на тень сейфара, метнулся к вожделенной добыче, мужчина сместился влево и полоснул выхваченным из ножен мечом. Отхваченный кусок из «плаща» нежити вспыхнул на солнце и осел пеплом на траву. Тенелов дернулся, как от боли, но отступить не подумал. Теперь показавшая зубы добыча сделалась для твари еще более желанной. Нежить не стала кружить, она осела на траву, растекаясь лужей неопрятной расцветки, стремившейся захватить своими очертаниями тень сейфара. Не тут-то было! Аш совершил боковой прыжок, длине которого позавидовал бы и горный козел. Одновременно с прыжком клинок бойца прочертил на растекшихся очертаниях нежити некую сложную фигуру, чем-то похожую на звезду, согрешившую с параболой.

Дикий вой, раздавшийся следом, слышали не уши, но души уцелевших людей. Разрубленная на куски тварь содрогнулась в тщетной попытке зарастить несовместимые с не-жизнью раны и, вспыхнув бездымным пламенем, осела изрядной кучкой серого пепла. Аш устало потер запястье.

— Тварь задела тебя? — заволновался маг, машинально зашарив на поясе в поисках несуществующего антидота.

— Лишь краем, я подставился, иначе фигуру мгновенной смерти нарисовать было нельзя, — ответил сейфар и успокоил заахавшую было при известии о производственной травме девушку: — Не кричи, кобылица. Тенелова больше нет, онемение через минуту-другую пройдет без последствий. Спускайтесь покамест. Легко мы отделались, спасибо Деваниру за предупреждение.

— Скорей уж тебе спасибо, что нас прикрыл, — резонно возразил Ламар и сиганул с «сосенки» так, что землица содрогнулась не хуже, чем от шагов невидимого монстра. Широк в кости был драконоборец и весил изрядно за счет нарощенных на костяк мышц. Пока Аш массировал руку, рыцарь быстро, даже не крякнув, спустил с соседнего дерева багаж мага и его самого. Оля, возившаяся со зловредно затянувшимися узлами на веревке-страховке (а ведь специально на банты старалась завязывать), прокопалась подольше, но в итоге и она оказалась внизу в целости и сохранности.

Поглядев на пепел твари вблизи, вернее, на ту его часть, которую не успело унести ветром для удобрения местных насаждений, рыцарь азартно полюбопытствовал:

— Ты лучше скажи, коль не тайна, чем твой клинок такой особенный, что тварей берет? Заклятый?

— Нет, секрет в особой ковке и благословении Седьмой, той, которую вы именуете Пророчицей под Вуалью, — ответил Аш и продолжил, утоляя профессиональное любопытство драконоборца и его искреннее недоумение, сводящееся к вопросу на тему: «Какое отношение Седьмая имеет к доброй драке?» — Оружие сейфара создается из переплетения дюжины прутов, выкованных из разных металлов. Сам знаешь, вампира надо бить серебром, водяного бродильщика келью, на дергаса действует сталь… Благословленный клинок в руке сейфара имеет силу Пророчицы Меняющей Шкуры, потому в сражении на кромку выпускает тот металл, который несет для противника смерть. Но в руке чужака оружие останется мертвым грузом. Лишь дланям сейфаров, которым дарована возможность изменять себя, подвластна его сила.

— Не знал, — выдохнул зачарованный рассказом о волшебной игрушке Ламар. Даже пацифистка Оля и та слушала историю про оружие-трансформер с превеликим интересом. Ну а про магистра и говорить не стоит, тот, кажется, записывал все на корочку дословно, так сказать, для потомков, внося коррективы в имеющийся багаж сведений.

— Теперь знаешь, — закругляясь с откровениями, пожал плечами Аш.

— Не могу не признать справедливости слов Ламара, спасение наше — твоих рук дело, сейфар! — вступил в беседу магистр, а девушка энергично закивала головой, соглашаясь с магом. — Однако, если вернуться к словам полубога, меня сильно занимает один вопрос. Что имел в виду Деванир, когда говорил про полную розу и наши возможности?

Никакие тенеловы, тем паче дохлые и не оставившие после себя ничего для научных исследований, не могли помешать Коренусу, стремящемуся разгадать словесную шараду. Он пощипал бороденку, раздумывая над словами полубога, заглянул в исхудавший мешок, скорбно вздохнул и подзатянул горловину остатками бичевы.

— Я скажу и покажу, если вы обещаете мне не препятствовать, а ты, Оля, помочь, — неожиданно отозвался посмурневший куда более, чем при известии о приближении «коня в пальто», Аш. Он был мрачен, как невыспавшаяся Смерть. — Клянусь, никакого вреда для Таравердии я не замышляю.

Сейфар встал перед тремя спутниками, широко расставив ноги, и гордо вскинул голову. «Как русский солдат из старого фильма перед расстрелом», — невольно встревожилась девушка.

— Думается мне, твой рассказ стоит клятвы, сейфар, — поразмыслив, признал Коренус и сложил руки в очень странном жесте. Одна ладонь легла на сердце, вторая опустилась поверх нее. Три пальца были поджаты, указательный и безымянный выставлены козой.

«Знак клятвы именем Семерых?» — наскоро подсчитав число употребленных в дело пальцев, предположила Оля и уверилась в правдивости своих мыслей, когда Ламар скопировал жест магистра и кивнул Ашу, давая понять, что ждет обещанных откровений.

— Если это никак не навредит Коренусу и Ламару, я обязательно помогу, — подтвердила девушка, то ли беспечно забыв упомянуть себя в перечне неприкосновенных персон, то ли не сочтя свою ничтожную кандидатуру достойной помещения в список.

— Не навредит. Знайте же, я Рейашен, внук восседающего на высоком шпиле, — раскрыл инкогнито Аш.

— И чего же ты, принц остроухий, в Фодаж из Веспана подался? — грубовато ляпнул совершенно растерявшийся от подобного заявления рыцарь. — Ведь та троица в синей заграде о тебе толковала?

— Принц… — ошалело повторила за Ламаром Оля и почему-то отчаянно покраснела, хотя Камелита, таравердийское высочество, при первой встрече почти не стеснялась. — Как же к тебе надо обращаться…

— А как раньше звала, так и теперь зови, Ашем, тебе так привычнее будет, — дернул уголком губ сейфар.

Ничего в своем поведении после раскрытия инкогнито представитель правящей династии Веспана менять не собирался и почтительного обхождения с соблюдением церемониала ни от кого не требовал. Он не считал необходимым соблюдение этикета другими, поскольку сам обращался к спутникам с чуть суховатой бесцеремонностью, в целях экономии сил и времени для действительно важных дел.

Профессия сейфара, может, и не облагораживала, но заставляла четче разделять нечто действительно важное и чепуху.

Ответив девушке, Аш перешел к более важной теме:

— Да, Ламар, Айса с братьями вели речь обо мне. Я послан в Фодажский лес дедом, чтобы добраться до Столпа. Так в Веспане зовется то место, которое вы именуете Камнем истины. Столп не только разбивает чары, опутавшие просителя, коснувшегося поверхности камня. Если дотронуться до него ключом и пожелать всей силой души, то возникнет видение, дающее ответ на заданный вопрос.

— Хм, интересная особенность, не учтенная в наших летописях. А что есть ключ? — Глаза магистра искрились фанатичным любопытством. Внешне Коренус никак не выказал удивления откровениями сейфара. Наверное, сам обо всем начал догадываться после короткометражки из синей заграды. Просто не спешил озвучивать мысли ради сохранения мира в отряде.

— Вот ключ. — Аш вытащил из-под рубашки серый медальон без украшений и щелкнул крышкой. — Прости, коб… Ольга, я не сказал раньше, не доверял вам до конца.

Синяя вспышка мелькнула в воздухе, и Оля слегка пошатнулась, когда последний, седьмой камешек занял свое законное место в перстне. Ладонь словно опустили в мешок, где играли котята. Было тепло, чуть-чуть царапалось, щекоталось и пушилось.

Платок на пальце без всякого участия людей развязался и упал под ноги. Перстенек искрился на солнышке и, кажется, сам был даже не кусочком, а вполне самостоятельным солнышком, сиявшим гордо, чисто и весело. Он будто даже не светил, а омывал отряд живительным светом, пробуждавшим самое лучшее, что есть в душе.