Пленительная страсть - Майклз Ферн - Страница 86

Нетерпеливо стряхнув золу, испачкавшую ее руки, фрау Хольц открыла дверь в офис и вошла. Здесь царил хаос. Капитаны и купцы засовывали бумаги и бухгалтерские книги в саквояжи вперемешку со своими личными вещами.

Старая женщина прислушалась к взволнованным голосам.

— Говорю тебе: это вопрос нескольких часов! — громко воскликнул капитан Дикстра. — На этот раз спасения не будет. Весь остров должен эвакуироваться. Вопрос лишь в том, успеем ли мы это сделать?

— Сначала нужно эвакуировать женщин и детей, — тихо заметил капитан Клосс. — Кто-нибудь слышал что-нибудь о Ригане?

— Я хотела бы знать, когда появится менеер ван дер Рис? — тревожно спросила фрау Хольц, прервав разговор капитанов. — Я экономка менеера, у меня для него важные печальные новости, которые я должна сообщить ему только лично.

— Никто ничего толком не знает о Ригане, кроме того, что вчера он отправился с мальчиком на дальние острова. Он собирался вскоре вернуться. Обещал быть сегодня. Боже мой, как бы я хотел, чтобы он сейчас оказался здесь! У него такие замечательные организаторские способности! А для вас, милая женщина, будет лучше отправиться на пристань и сесть на корабль. Если я увижу Ригана, то скажу ему, что вы хотели его видеть. А теперь спешите, пока еще есть время!

— Да, я иду, — устало вымолвила фрау Хольц.

Итак, эти люди были уверены в том, что она уже давно предчувствовала: скоро начнется извержение Сестер и на Яве оставаться дальше опасно. Что ж, больше ничего она сделать не может.

* * *

Сирена отдала приказ причалить в порту Батавии.

Якоб недоверчиво взглянул на нее.

— Вы уверены, капитана?Вы понимаете, что вы делаете? Морскую Сирену в Батавии не встретят с распростертыми объятиями.

— Знаю, Якоб. Однако обещание есть обещание. Я сказала, что помещу объявление о своем исчезновении, и я должна сдержать слово. Приду в офис голландской Ост-Индской компании, помещу там свое объявление, и на этом все будет закончено раз и навсегда.

— Зола с пеплом, выбрасываемые вулканами, становятся все гуще. Вам нужно поторопиться с выполнением своей миссии, капитана,потому что мы должны успеть отплыть от острова подальше, прежде чем Сестры начнут извергать горячие камни и раскаленную лаву. Будем молиться, чтобы не было приливной волны, иначе всем нам придет конец.

Задумавшись о своем, Сирена вряд ли слышала предостережение старого Якоба. Не говоря ни слова, она спрыгнула на причал и почти сразу же увидела фрау Хольц. Экономка стояла на пристани и, приложив ко лбу руку козырьком, всматривалась в море. Что эта женщина делает здесь, в порту? Обойдя ее стороной, Сирена направилась в офис голландской компании и быстро вошла внутрь здания.

Ее встретили невообразимые суета, хаос и паника. Она поискала глазами доску объявлений, где намеревалась поместить свое, и вдруг взгляд ее наткнулся на яркий плакат, сообщающий о награде за поимку Морской Сирены. Она слегка побледнела, прочитав строчки о самой себе, и споткнулась на мрачных словах: «Живая или мертвая!» Обернувшись, она заметила, что два голландских капитана с изумлением уставились на нее. Машинально отметив, что руки их были заняты бумагами, она быстро положила руку на эфес сабли, висевшей у нее на боку, и спокойно сказала:

— Я пришла сюда, чтобы повесить свое объявление. Вижу, что время не совсем подходящее, однако я обещала и хочу сдержать свое слово. Морская Сирена теперь ушла в прошлое, исчезла, канула в Лету.

Оба капитана смотрели на нее во все глаза. Их красные, обветренные лица выражали недоумение. Однако не опасно ли поворачиваться к ним спиной? Нерешительно она отвернулась от них, продолжая придерживать рукой эфес сабли, но никто из мужчин не сдвинулся с места и не устремился к ней. И никто не произнес ни слова, никто ничего не комментировал. Сирена повесила свое объявление и вышла на улицу.

Она увидела там плачущих женщин, тащивших за собой перепуганных, жалобно хныкающих детей. Все с ужасом смотрели на небо и стряхивали с себя горячий пепел, падавший сверху. Машинально Сирена тоже смахнула пепел со своей руки, но она тут же снова покрылась серым налетом, оставлявшим на коже крошечные ожоги. Якоб прав: надо быстрее уходить в открытое море! Она должна думать о ребенке, о ребенке Ригана. Нужно во что бы то ни стало защитить, сохранить неродившееся дитя!

Она быстро пошла к пристани, не обращая внимания на людей, глазеющих на ее диковинный наряд и саблю, висевшую на боку. Приблизившись к причалу, она заметила, что фрау Хольц смотрит в ее сторону. «Нельзя оставлять здесь старую женщину, нужно забрать ее с собой!» — подумала Сирена.

— Фрау Хольц, вам лучше пойти со мной. Здесь уже небезопасно. Вы хотите сесть на другой корабль? Вы кого-нибудь ждете?

— Я должна... найти менеера ван дер Риса. Я должна рассказать...

— Сейчас уже нет времени. Пойдемте со мной! Риган в море. Пойдемте, иначе будет поздно! — она схватила экономку за руку, но та резко вырвалась.

— Ян! — позвала Сирена. — Иди сюда! Возьми кого-нибудь из команды. Быстрее, нельзя терять ни минуты!

Старший помощник тут же прибежал на ее зов.

— Что мы должны сделать, капитана?

— Посадите эту женщину на наш корабль, даже если вам придется нести ее. Оставаться здесь небезопасно. Примените силу, если потребуется.

— Хорошо, капитана, —ответил Ян и схватил экономку за одну руку, а Виллем — за вторую. Два моряка с трудом втащили старую женщину на штормтрап, соединявший судно с причалом.

Громкие проклятия носились в воздухе, когда они боролись с фрау Хольц. В отчаянии она наконец поняла, что ей нипочем не справиться с двумя крепкими моряками, и уступила.

— Капитана,может, мы предложим услуги «Морской Сирены» для эвакуации жителей острова? Как вы думаете?

— Что я думаю, Якоб? Думаю, что запах крови еще слишком свеж на этом судне, чтобы эти добрые люди захотели ступить на его палубу, — грустно ответила она. § Можешь спросить, желает ли кто-нибудь плыть с нами. Мы возьмем всех, кто захочет. Попытайся!

— Хорошо, капитана.

Сирена молча поднялась на фрегат и осмотрелась. Всю палубу устилал слой пепла. Маленькие холмики дымились и пахли серой.

Заслонив лицо от летящей золы, она видела, как вернулся Якоб. Ее не удивило, что он поднялся на борт один.

— Они говорят, что это корабль смерти. Они не желают, чтобы их спасала женщина-дьявол. Если честно, то так говорят в основном мужчины, капитана.Женщины и дети хотели подняться на наш фрегат, но мужчины сказали, что их ждут два галеона.

— Что ж, как хотят! — мрачно ответила Сирена, отшвырнув ногой кучку дымящегося пепла. — Поднимайте якорь! Мы покинем этот Богом забытый остров, прежде чем он превратится в золу.

— Капитана, —нерешительно спросил Якоб, — объявление о награде все еще висит в офисе?

Сирена весело рассмеялась.

— Оно валяется на улице среди дымящегося пепла, разорванное на куски.

ГЛАВА 29

Гретхен в отчаянии бегала по опустевшему дому и рассыпала проклятия. Все слуги покинули ее, все, до единой душонки! Рабы! Подлые твари! Она давала им крышу над головой, пищу и честную работу, а они оказались такими неблагодарными.

Тело ее взмокло от жары и страха, возраставшегося при виде пепла, летящего в широкие окна. Что теперь будет? Никогда, даже в самых страшных снах, она не представляла, что может наступить такой момент. Этот проклятый вулкан решил выплеснуть весь яд, скопившийся у него внутри.

Нужно побыстрее собрать вещи и убираться отсюда. Вот только помочь некому. Чертова Суди, чертовы мальчишки, черт бы их побрал! Чемоданы! Где чемоданы? Черт бы побрал эту Суди!

Близкая к истерике вдова запустила пальцы в свои густые золотистые волосы, стараясь вспомнить, где лежат чемоданы. Вспомнила! За кухонной стеной! Бросившись на кухню, она поскользнулась и упала. Проклиная Суди и мальчиков-слуг, Гретхен вытащила массивные чемоданы на середину комнаты. Открыв один из них, она запричитала, обнаружив плесень, покрывавшую чемодан изнутри, и бросилась искать тряпку. Чертова Суди, она должна была следить за состоянием чемоданов! И хотя этой чертовке довольно часто доставалось от хозяйки, ее это так ничему и не научило. Черт бы ее побрал! Разве можно положить красивые, дорогие платья в эти отсыревшие чемоданы?! Гретхен попыталась удалить тряпкой пятна плесени, но обнаружила, что все ее усилия бесполезны.