Великосветские игры - Маршалл Паола - Страница 12

— Верно. — Удовлетворенная леди Лео-минстер удалилась, но прежде взяла с Ребекки и Уилла обещание посетить вместе с ней театр Друри-лейн. — Через неделю, дорогие мои.

Алленби могли возмущаться сколько угодно, мистер Хедли Бокур и его отец могли мрачнеть и браниться, миссис Грей могла негодовать — главное уже свершилось. Свет воспринял мисс Ребекку Роуэллан и мистера Уилла Шафто как влюбленную пару.

Глава пятая

Уилл знал, что ему следовало бы радоваться: он наконец добился цели, которую поставил перед собой еще в юности. Ему предстояло жениться на богатой наследнице, пусть даже не имеющей титула, и только ему самому, мисс Роуэллан и ее старшему поверенному мистеру Херриоту было известно, что этот брак не более чем фикция.

Поверенные мисс Роуэллан уже утрясали финансовые детали брачного контракта. Джош Уилмот искренне удивился великодушию мисс Роуэллан, назначившей Уиллу щедрое содержание, а остальные пункты контракта воспринял спокойно. Во все тонкости соглашения был посвящен лишь мистер Херриот.

Уилл был готов подписать бумагу, согласно которой брак оставался фиктивным.

— Вы уверены, что хотите этого? — осведомился мистер Херриот у обеих сторон, представив им готовый документ. И Ребекка, и Уилл охотно закивали.

— Наш брак будет только называться браком, — твердо объявила Ребекка.

— Разумеется, вы можете отказаться от этого условия, когда сочтете нужным, — напомнил мистер Херриот. Его клиенты промолчали, и поверенный глубоко вздохнул. Он мог понять желание мисс Роуэллан уберечь собственность и деньги от Уилла, но никак не мог взять в толк, зачем ей понадобилось лишать себя радостей супружества.

Наконец все юридические формальности, связанные с браком, были улажены — осталось только выбрать время для; церемонии. Мисс Роуэллан пообещала вскоре назвать день, когда Уилл в глазах общества станет ее законным супругом.

Они по-прежнему оставались сенсацией сезона. Их вдвоем видели в ложе леди Лео-минстер в театре Друри-лейн, они прогуливались верхом по Гайд-парку, посетили цирк Астли, катались на лодке по Темзе близ Ричмонда.

Их наперебой приглашали на балы и званые вечера, перед ними открылись двери лучших салонов Лондона. И мисс Роуэллан решила, что пора заканчивать кампанию. Последним аккордом должно было стать объявление о свадьбе.

Уилл не виделся с Ребеккой уже несколько дней — он объяснил свое отсутствие накопившимися делами. Однажды солнечным днем, войдя в гостиную Ребекки, Уилл понял, что она собирается сообщить ему нечто важное.

Уилл подивился тому, что при всей сдержанности мисс Роуэллан он научился понимать ее за такое короткое время. Внезапно его посетила пугающая мысль: а если и Ребекка научилась читать его мысли? Нет, такое вряд ли возможно.

Она жестом предложила ему сесть напротив, выслала недовольную миссис Грей из комнаты и начала с вопроса о том, стоит ли принимать приглашение на бал к леди Джерси. Уилл посоветовал этого не делать. Втайне оба они успели пресытиться балами и зваными вечерами.

Уилл скучал по поместью, в котором больше не мог себе позволить жить, а мисс Роуэллан — по дому в Йоркшире и по живописной деревушке, столь непохожей на холодную роскошь лондонских салонов.

Бывали минуты, когда Ребекка размышляла, согласился бы Уилл поселиться с ней в сельской глуши. Но пока в ее намерения входила только свадьба.

Сегодня Ребекка оделась особенно тщательно и чуть более кокетливо, чем обычно, — Уилл сразу обратил на это внимание.

Бледно-зеленое платье с завышенной талией и кружевными вставками, воротником и манжетами подчеркивало блеск ее каштановых волос и фарфоровую белизну кожи.

Мистер Уилл Шафто ни в коем случае не мог посетовать на то, что его будущей жене недостает изысканности или вкуса. Размышляя об этом, он рассуждал вслух о том, что балы и приемы донельзя утомительны.

— В самом деле, — согласилась мисс Роуэллан и без предисловий сменила тему: — Пожалуй, мистер Шафто, вам пора сделать мне предложение.

Уилл был застигнут врасплох.

— Да. А еще вы должны получить особое разрешение, чтобы мы могли пожениться как можно скорее.

Каким образом ей удается так часто приводить его в замешательство? Уилл считал себя искушенным светским львом, но рядом с мисс Роуэллан выглядел просто дилетантом в сложной словесной игре.

— Видите ли, я ведь без ума от вас, а мне говорили, что в таком состоянии люди способны на самые безрассудные поступки.

— Правда? — Уилл не мог себе представить чудо, которое подвигло бы мисс Роуэллан на безрассудный поступок. Она всегда была сама рассудительность.

Мисс Роуэллан приняла его ошеломленное молчание за знак согласия.

— И еще, мистер Шафто, отныне я буду называть вас Уиллом, а вы меня — Ребеккой.

Мистер Шафто предпринял маленький акт отмщения:

— Может, лучше Бекки?

— Это ни к чему.

Мистер Шафто сразу решил: если ему когда-нибудь захочется вызвать у мисс Роуэл-лан раздражение, он будет звать ее Бекки. Эта мысль доставила ему огромное удовольствие.

— Проще было бы обращаться друг к другу на «ты» — разумеется, в соответствующей обстановке.

Мисс Роуэллан так и не поняла, шутит мистер Шафто или говорит серьезно: его лицо было непроницаемым.

— В таком случае — решено.

К ее изумлению, Уилл обиженно воскликнул:

— Как бы не так! Я еще не сделал вам предложение и намерен исправить это упущение. Нельзя пренебрегать обычаями. Даже если я и согласился продаться вам для какой-то неведомой мне цели, то обязан тщательно соблюдать все условия сделки!

Он упал перед Ребеккой на колено, порывисто схватил ее за руку и произнес преувеличенно взволнованным голосом:

— Дорогая моя мисс Роуэллан, перед вами — ваш покорный слуга, сгорающий от безумной любви! Прошу вас, окажите ему честь, согласившись стать его женой.

На этот раз пришла очередь Ребекки удивляться. Она уставилась на Уилла и растерянно пробормотала:

— Прошу прощения, я и вправду поспешила с выводами. Боюсь, я повела себя нетактично.

— Нетактично? Это еще мягко сказано, Бекки! — Уилл поднялся. — Но я вас прощаю.

Он вдруг осознал, что утратил власть над собой и они с мисс Роуэллан превратились из утонченных комедиантов в актеров, разыгрывающих дешевую драму.

Подойдя к окну, Уилл выглянул на улицу. Перед домом остановился бродячий шарманщик, завертел ручку своего инструмента, а его обезьянка начала меланхоличный танец. Уилл знал, каково сейчас приходится обезьянке. Из Бекки Роуэллан получился бы идеальный шарманщик, а из самого Уилла — ученая мартышка. Он скорчил гримасу.

— Если вы хотите покончить с этой дьявольщиной и поискать другое развлечение — я согласен, — выпалил он. — Я все пойму.

Мисс Роуэллан молчала. Выражение ее лица не изменилось: оно было непроницаемым, как всегда.

— Нет, мистер Шафто, путь к отступлению закрыт. Мы с вами заключили сделку. Позвольте напомнить, что вы без малейшего принуждения уже подписали бумаги, от которых зависит ваше будущее в ближайшие пять лет. Эта сделка весьма выгодна для вас, а я удовлетворена своим выбором. Нет, покончить с этой дьявольщиной не входит в мои планы.

Уилл поклонился.

— Прошу прощения, я забылся, — пробормотал он. — Я вел себя не так, как подобает джентльмену…

Ответ мисс Роуэллан ничуть не удивил его:

— О, я слышала немало брани, Уилл, в том числе и из уст джентльменов. Если я пообещаю больше не насмехаться над вами, вы согласитесь присесть и продолжить разговор?

Подобного извинения Уилл не ожидал и потому без колебаний принял его. Вернувшись на место, он смущенно заговорил:

— Дорогая Ребекка, наши взаимные извинения убедили меня в том, что мы вполне способны поладить. Обманывая других, мы можем радоваться тому, что у нас есть общая тайна.

— Вот именно, Уилл, — и Ребекка рассмеялась. — Такое положение меня устраивает, тем более — если у меня будет сообщник и единомышленник. А теперь давайте подумаем о том, как отпраздновать нашу свадьбу.