Путеводитель по Библии - Азимов Айзек - Страница 184

Эта цитата взята у Второ-Исайи, который описывает страдающего слугу.

Сын Человеческий

В синоптических Евангелиях Иисус в начале своего служения изображается как осторожный, избегающий возбудить подозрения у властей относительно своего мессианского статуса. И религиозные, и светские руководители быстро уничтожили бы того, кого они считали ложно провозглашающим себя Мессией, так как подобный лжемессия мог поднять восстание и причинить много вреда.

Даже если сам Иисус был осторожен, его растущая популярность могла заставить тех, кто следовал за ним, слишком неосторожно провозгласить его Мессией, и, очевидно, этого он и хотел избежать. Поэтому описывается, что он предпочтитал, чтобы его чудесные исцеления также широко не разглашались. Так, после исцеления прокаженного:

Другими словами, исцеленный прокаженный должен был сам объявить, что он очистился согласно Моисеевой системе, и он не должен был говорить, как это произошло на самом деле. То же благоразумие Иисус проявил и в отношении к себе. Так, когда книжник хотел стать его учеником, Иисус указывает на связанные с этим трудности:

Выражение «Сын Человеческий» — это обычный способ сказать просто «человек». Он часто используется в Книге пророка Иезекииля, когда Бог обращается к пророку:

По-видимому, это выражение подчеркивает низкое положение человека по сравнению с Богом; бесконечно более низкое положение первого по отношению ко второму. Как если бы Бог обратился к человеку: «Смертный!»

Кроме Книги Иезекииля, это выражение есть еще только в последней книге Ветхого Завета — Книге пророка Даниила. Там оно используется в одном случае, точно в такой же ситуации, как и в Книге пророка Иезекииля, когда архангел Гавриил говорит с Даниилом:

И еще в одном месте Даниил описывает апокалиптическое видение:

Даниил ранее символизировал множество языческих народов, угнетающих Израиль, в виде диких зверей; теперь он символизировал идеальное царство мессианского Израиля в виде человека, показывая его великую ценность. «Как бы Сын Человеческий» может перефразироваться как «образ в виде человека».

Однако из-за этого отрывка выражение «Сын Человеческий» стало использоваться как метафорический способ говорить о Мессии. Возможно, иногда это было полезно, когда было опасно слишком открыто проявлять мессианские надежды. Говоря о «Сыне Человеческом», можно было подразумевать Мессию для тех, кто симпатизировал, но перед судьей можно было утверждать, что это выражение означало просто «человек».

Об Иисусе пишется, что он в ряде случаев называл себя таким способом. Действительно, так он именует себя чаще всего. Мы могли бы обрисовать «исторического Иисуса» как довольного своими успехами и начинающего думать, что его миссия действительно могла бы быть великой. Осторожно он мог начать относить к себе как к «Сыну Человеческому» мессианский титул, который всегда можно было защитить как форму смирения, используемую в манере Иезекииля.

Гергесинская страна

Успехи Иисуса в Капернауме, очевидно, воодушевили его на то, чтобы попытаться расширить свою миссию за пределами Галилеи:

Под «другой стороной» подразумевается, конечно, восточный берег Галилейского моря. Этот восточный берег был за пределами тетрархии Галилеи и был, скорее, частью Десятиградия.

«Гергесинская страна», или «Гергесеи», — это, очевидно, ошибка переписчика, так как это вариант названия города «Гадары», которое упоминается в других местах Евангелий. Наилучшим вариантом было бы «Герасы», так как это, по-видимому, относится к греческому городу Гераса, место, которое отождествилось с нынешним местечком с названием Керса на восточном берегу Геннисаретского озера, в пяти милях по воде от Капернаума.

Описывается, как Иисус изгоняет бесов, которые по своей собственной просьбе переселены в свиней, бросившихся в Галилейское море и утонувших.

Греческие жители этого места недооценивали вторжение пророка из Галилеи и те беспокойства, которые, по-видимому, несли с собой его будоражащие проповеди.

Двенадцать апостолов

Возрастающее количество тех, кто стекался к Иисусу, по-видимому, убедило его в том, что нужно передать больше ответственности тем из своих учеников, кого он считал наиболее достойными и способными. (Возможно, он приписывал неудачу своей миссии в Герасе тому факту, что работа, которую он пытался провести, была для него слишком масштабной, что мешало ему достичь полностью удовлетворительных результатов.) Поэтому он назначил своих представителей:

Из этих десяти особо упоминается призвание пяти апостолов: Петра, Андрея, Иакова, Иоанна и Матфея. Другие упоминаются здесь впервые.

Слово «апостол» происходит от греческого слова «apostolos», означающего «посланник». В Новом Завете оно конкретно означает того, кого послали проповедовать, как теперь Иисус посылает проповедовать своих учеников. Ему в точности синонимично слово «миссионер» (тот, кого посылают с миссией).

Это слово чаще всего применяется к этим двенадцати ученикам, назначенным Иисусом, но оно может использоваться и для любого миссионера. Однако самым знаменитым апостолом является не один из этих двенадцати, а Павел, который не принимал свою миссию до смерти Иисуса и который никогда не видел Иисуса при его жизни.

Симон Кананит

Одиннадцатое имя, которое включено в эти двенадцать, несколько удивляет:

Слово «Кананит» не имеет никакого отношения к Ханаану, но происходит от арамейского слова «kannai», означающего «ревностный».

В Евангелии от Луки это становится еще яснее, поскольку в его списке апостолов называются: