Путеводитель по Библии - Азимов Айзек - Страница 183

Если бы фраза была переведена (как в иерусалимской Библии) как «Бог и деньги», то смысловое совпадение получилось бы более эффектным.

Некоторым образом это символизировало изменение древнееврейской мысли. Считалось, что в отсутствие последующих награды и наказания благочестивые вознаграждаются на земле богатством, здоровьем и счастьем, а грешники наказываются обнищанием, болезнями и горем. Именно эта мысль разожгла запутанную дискуссию об отношении Бога к добру и злу, которая обнаруживается в Книге Иова.

Если награда и наказание откладывались для следующей жизни, естественно могла возникнуть мысль, что люди, у которых «слишком много благ» на земле, должны будут пострадать за это в будущей жизни просто для равного счета. Можно было испытывать некоторое утешение с этой точки зрения тем, кто был беден и угнетен, и евангелисты иногда цитируют Иисуса таким образом, чтобы казалось, что он, по-видимому, поддерживал эту точку зрения.

Примером является противопоставление Бога и богатства, как в Мф., 6: 24. Еще более ярким примером, в котором фактически проклинаются богатые люди просто за то, что они богаты, является известный стих, в котором Иисус говорит:

Как только христианство стало широко распространенным и достаточно популярным движением, чтобы привлечь богатых и могущественных людей, потребовалось приложить множество усилий, чтобы найти оправдание для этого стиха. Так, например, иногда делали вид, что «игольные уши» было названием узких врат через иерусалимские стены и что полностью нагруженный верблюд не мог пройти через них, пока с него не снимут часть груза. Поэтому этот стих, возможно, означал, что богатый человек мог войти на небеса только после того, как надлежащая часть его богатства отдавалась на благотворительность или церкви. Однако более разумно считать, что этот стих означал только то, что, по-видимому, он и означал, — выражение чувства ненависти к богатым со стороны бедных, которые формировали ранние христианские общины.

Собаки

К концу Нагорной проповеди встречается стих, который не связан с предшествующим и последующим, но стоит особняком:

И собаки, и свиньи традиционно считались нечистыми животными, которые питались отбросами и поэтому являлись также в буквальном смысле нечистыми. Называть кого-нибудь любым из этих слов было большим оскорблением, и это до сих пор сохраняется во многих культурах. (Например, немецкое бранное слово «Schweinhund» или «свинья-собака».)

Вопрос в следующем: на что или кого ссылались в этом стихе как на собак и свиней? В этом стихе могло просто подразумеваться, что не следует пытаться учить религиозным истинам неисправимых насмешников или совершенно погрязших в грехе, и, тем не менее, это, по-видимому, вряд ли верное толкование. Кого должно учить истине? Того, кто уже и так верит?

Сам Иисус опровергает это, поскольку, когда его обвиняют в связи с грешниками, он говорит:

С другой стороны, ссылка на собак и свиней может быть цитатой, взятой Матфеем для того, чтобы подтвердить свою собственную точку зрения ориентированного на иудеев христианства. Другими словами, возможно, он говорил, что не следует прилагать большие усилия по распространению учения Иисуса среди язычников. Возможно, точка зрения Матфея была в том, что язычников оскорбят усилия по обращению и они начнут преследовать христиан, «обратившись, растерзают вас», как фактически и случилось на самом деле. Он мог также считать, что те язычники, которые приняли христианство, не зная Закона Моисея, извращают учение Иисуса: они «попрали его ногами своими».

То, что все это могло действительно так и быть, подтверждается другим отрывком из Евангелия от Матфея, где суть утверждаемого совершенно ясна и где значение слова «собака» не вызывает сомнений.

Во время пребывания к северу от Галилеи Иисус заговорил с хананеянкой, которая просила его исцелить свою больную дочь. Сначала Иисус не отвечает ей вообще, но когда она настаивала:

Здесь Матфей ясно представляет свою версию жизни Иисуса, дело которого находится полностью в пределах границ еврейского царства. (Безусловно, эти стихи не являются последними в этом конкретном отрывке; далее будет сказано и об этом.) Кроме того, противопоставление «детей» и «собак» ясно предполагает, что оно символизирует противопоставление «иудеев» и «язычников». Это показывает выраженные антиязыческие настроения у некоторых ранних христиан-евреев; на это, как мы увидим в более позднем Евангелии, подробно ответили некоторые ранние христиане-неевреи.

Точка зрения на учение Иисуса, изображенная Матфеем, проявляется и в напутствии Иисуса своим ученикам, которых он посылает для распространения своего учения.

Сотник

И тем не менее, даже Матфей несколько изменил свои воззрения. В то время, когда он писал Евангелие, было совершенно ясно, что большинство иудеев решительно отвергали мессианство Иисуса и никогда не примут его, в то время как поразительное количество неевреев просили принять их в общину. Христианство не могло захлопывать дверь перед неевреями, иначе оно бы исчезло. Даже Матфей понимал это.

Поэтому он писал, что неевреям позволено вступать в общину, но, следует сказать, иногда он говорит об этом весьма неохотно. Так, вернемся к случаю с хананеянкой, которая обратилась к Иисусу с просьбой исцелить ее дочь, и ей сказано, что пишу для детей не следует бросать собакам. Она покорно принимает эту аналогию:

После чего Иисус принимает справедливость этого замечания (практически можно считать это мягким укором) и исцеляет дочь женщины. Согласно изложенной здесь точке зрения Матфея, по-видимому, нееврея принимали, если он вступает в общину смиренно, с полным признанием своего более низшего статуса.

Менее недоброжелательное отношение обнаруживается в том случае, когда Иисус сразу после Нагорной проповеди не только приветствует неевреев, но и предостерегает закоснелых евреев.

Сотник был должностным лицом, повелевающим сотней человек, и это слово происходит от латинского «centum», означающего «сотня человек». Он эквивалентен сержанту в нашей армии. В данном случае неясно, был ли сотник в действительности членом оккупационной армии римлян или армии Ирода Антипы. В любом случае он не был евреем.

Сотник просит Иисуса не беспокоиться с личным визитом, но сказать исцеляющее слово на расстоянии. Иисус делает так, как просит сотник, говоря:

Матфей считает, что чудеса исцеления Иисуса подтверждают пророчество Ветхого Завета: