Очи бога - Марко Джон - Страница 107

— Я уеду утром вместе с Лукьеном, — сказал он. — Не пытайся остановить нас. Если попробуешь — быть беде.

Джазана рассмеялась сквозь слезы.

— Не льсти себе, старичок. Найду любовника получше. С обеими руками!

— И не пытайся причинить вред моим жене и детям, — предостерег Гласс. — Если с ними что-нибудь случится — что угодно — я обвиню в этом тебя, Джазана Карр. И тогда ничто в мире не спасет тебя от моей мести.

Они простояли долгие несколько секунд, глядя в глаза друг другу, обмениваясь мысленными ударами. Гласс видел, что Джазана не прочь вонзить свои наманикюренные ногти ему в лицо, но, конечно, она не сделала этого. И не сказала ни слова.

И ему, барону Торину Глассу, тоже нечего было сказать. Дрожа от гнева, он отвернулся от женщины, которой еще недавно признавался в любви, и быстро вышел из конюшни.

38

После четырех дней тяжелого пути Лукьен и Гилвин наконец прибыли в Кот. Вид родного города лишил Бронзового Рыцаря дара речи. Закат уже миновал, и в городе начало темнеть. На широкие улицы пала тень. Лукьен рассматривал очертания домов, испытывая странное, почти благоговейное ощущение. Как все изменилось за шестнадцать лет отсутствия, но все равно, дом есть дом. По другому не скажешь.

— Кот, — прошептал он. Из-под надвинутого на глаза капюшона он едва видел Гилвина, сидящего рядом в повозке. Маскировка сыграла роль: ни один любопытный не признал в нем Лукьена. За четыре дня пути они остановились лишь однажды, чтобы поговорить с другими путешественниками, и Лукьен прятался за капюшон, делая вид, что ищет какие-то припасы в повозке. Но главная проверка ждала впереди.

— Смотри вон туда, на холм, Лукьен, — Гилвин указал вперед, где возвышалась громада. — Видишь?

Лукьен, конечно же, видел. Огромная библиотека сверкала на холме, словно маяк. Даже в Норворе Лукьен слышал истории об этом месте. Но никогда его не видел. Покинув город, он весьма сожалел об этом — как и о разлуке с Кассандрой. А теперь — пожалуйста — вот оно перед ним! И сейчас же нахлынула волна воспоминаний — мечты Акилы о храме науки.

— Какой позор, — прошептал он.

— О чем это ты? — удивился Гилвин.

Лукьен не отвечал. Он не мог объяснить, о чем мечтал Акила — даже такому умному парнишке, как Гилвин.

— Надо бы нам поспешить, — сказал он. — Я жажду увидеть Фиггиса.

Лукьен натянул поводья и погнал Бурана вперед, направляя старого коняшку в восточную часть города. Вокруг возвышались старые здания Кота — словно старые воспоминания, и люди говорили со знакомым акцентом… Объехать город по периметру было кратчайшим способом попасть в библиотеку, к тому же Лукьен получил возможность вновь окунуться в атмосферу давно оставленной родины. С расстояния он увидел руины на Площади Канцелярий, на месте которых возникли бараки и штаб-квартира Трагера. Страшное и поучительное зрелище. Лукьен содрогнулся. Трагер стал генералом, главнокомандующим королевских гвардейцев и всей лиирийской армии. Не было больше канцелярий, перед которыми следовало держать отчет. Как утверждал Гилвин, даже Акила не перечил ему. Он всегда получал, что хотел, и эта мысль отравляла возвращение Лукьена домой. Будь с ним Торин, он бы тоже страдал от зрелища разрушенного Дома Герцогов. Но Торин и Брек покинули их днем ранее, отправившись на север, к Борату, на ферму к Бреку. Если все пойдет хорошо, они встретятся там через день или около того — и уже с Кассандрой.

— Я думаю, тебе лучше посадить Теку на колени, — предостерегающе произнес Лукьен. — Нам не стоит привлекать внимание.

— Не волнуйся. Никто здесь меня не знает, — отозвался Гилвин.

— Никто? Несмотря на обезьянку?

Гилвин покачал головой.

— Я почти не покидал библиотеку, — он все же устроил Теку на коленях. — Единственные люди, которые меня видели — ученые, но и те не общались со мной.

— Позор, — заметил Лукьен. Он и сам почти не разговаривал с Гилвином за прошедшие дни, и теперь начал сожалеть об этом. — Парню твоего возраста нужно иметь друзей. Бегать и играть.

Гилвин повернулся к нему и нахмурился. Лукьен почувствовал, как краска бросилась ему в лицо.

— Прости, — сказал он. — Я забыл. — Потом еще раз взглянул на искалеченную руку Гилвина и добавил: — Но, похоже, ты успешно справляешься с проблемами. А этот башмак… уж не Фиггис ли сделал его для тебя?

— Он. А как ты догадался?

— Кому бы еще по плечу сотворить подобное? Твой наставник — настоящий гений, паренек.

Гилвн кивнул.

— Знаю. Я скучаю по нему. Надеюсь, у него все в порядке.

— А я надеюсь, что у него для нас хорошие новости, — проговорил Лукьен. С того места, где проходила дорога, он видел только крыши зданий на Площади Канцелярий, поэтому не мог определить, на месте ли армия Трагера. Возможно, они уже двинулись на Джадор. И тогда будет уже поздно предупреждать джадори. Надвигающаяся темнота успокоила его душу, хотя, пожалуй, даже если бы Трагер увидел его сейчас, то ни за что бы не узнал. — Расскажи мне кое-что, Гилвин — не здесь ли ты встретил ведьму из Гримхольда?

— Нет, это случилось на другом конце города, — ответил Гилвин. — В Коте существуют дурные места. Мне просто не следовало туда ходить.

— Но ведь она спасла тебя. Вот что любопытно.

Гилвин промолчал. Другая повозка проезжала слишком близко: их могли подслушать. Лукьен стал подгонять лошадку, чтобы поскорее прибыть в библиотеку. Дорога постепенно пошла в гору; людей становилось все меньше, лавки отстояли друг от друга все дальше и дальше. И вот, наконец, они остались одни посреди деревьев и луговых трав. Ветерок шевелил листву и раздувал капюшон на плаще Лукьена. В здании библиотеки было несколько десятков окон, но свет горел лишь в нескольких комнатах главной башни — Лукьен надеялся, что там живет Фиггис. Даже в сумерках библиотека не казалась зловещей. Напротив, это было прекрасное здание. Лукьен удивился, видя такое замечательное строение, ведь даже Лайонкипу весьма повредил статус крепости. А великая библиотека избежала мрачной славы. Здесь не было ни бойниц, ни орудийных башенок ни зубчатых ворот, только летящие арки, изящная башня, и сам вид как будто приглашал посетителей и знания. Именно такого добивался Акила, хотя это было до того, как его поразило безумие.

— Куда теперь? — спросил Лукьен. — В те двери?

— Это главный путь, — отвечал Гилвин. Буран остановился у дверей, и Гилвин с обезьянкой выбрались из повозки — правда, с некоторым усилием, ведь Гилвину приходилось беречь ногу. Лукьен наблюдал за ним, но помощи предлагать не стал. Что-то подсказало ему, что парень предпочтет справиться сам.

— Надеюсь, твой мастер ждет нас, — заметил он, вылезая из повозки. Вокруг них шумел вечерний город, словно улей растревоженных пчел, но библиотека безмолвствовала. Лукьен подошел к дверям и попытался открыть. — Заперто.

— У меня ключ, — откликнулся Гилвин, и предъявил вещественное доказательство, изъяв его из кармана.

— Почему дверь заперта? — спросил Лукьен. — Я думал, что библиотека всегда открыта.

Гилвин вставил ключ в отверстие.

— Обычно так и было. Но ее закрыли. Когда Акила узнал о Гримхольде. Я говорил тебе, он заставляет Фиггиса вкалывать до полного изнеможения, — юноша повернул ключ в замке. — Постарайся ступать потише. Нам не стоит сталкиваться с Деллой.

— С Деллой?

— Она здесь по хозяйству. Славная женщина, но всюду сует нос.

Он толкнул дверь, и Лукьен разом забыл все вопросы. Красота здания обрушилась на него, явив сверкающий полированным деревом интерьер, освещенный факелами. Потолок украшали резные стропила и металлические канделябры. Лукьен озирал проход к огромному залу, открывшемуся вдали, наполненному книжными полками с бесконечными томами и манускриптами. Он двинулся вслед за Гилвином, и дыхание у него перехватывало от потрясающего зрелища.

— Поразительно… — он медленно изучал полки. — И представить себе не мог, что в мире столько книг.

Гилвин рассмеялся, закрывая дверь.