Западня - Малышева Анна Витальевна - Страница 64

— А когда это случилось? — спросил Михаил. — Ты не знаешь? Вам не сказали?

— Ну, пока что мы ничего не знаем Только, наверное, она там лежала давно Понимаете, мне сразу бросилось в глаза, что Ирина Сергеевна была одета так же; как в театре. Лежала на постели, на спине, в руке пистолет…

И все в крови! Так что, может быть, она застрелилась прямо в тот вечер? После спектакля в лицее?

Михаил оторопел. Новость и так уже оглушила его, но эта последняя подробность выглядела самой нелепой и ужасной.

— Послушай, но она же была в прекрасном настроении! — воскликнул он, совсем забыв, что говорит с пред полагаемой преступницей. — Как это понимать? Застрелилась? А записка? Записку она оставила?

— Ничего не оставила, ничего… — упавшим голосом ответила девушка. — Мы больше ничего не узнали. Как только нас отпустили — удрали оттуда. Вы не представляете, какой там стоял запах… Я до сих пор мяса не ем. Почему-то как увижу кусок — меня в туалет тянет. Простите за подробности…

Подробностей в самом деле хватало. Михаил слушал ее и никак не мог поверить, что все это правда. Дикий сон.

Продолжение его сегодняшних ночных кошмаров. Сейчас он вдруг вспомнил, что ему этой ночью снилась Ирина. В японском костюме, почему-то без горба на спине. Он в этом сне еще порадовался за нее — как она прекрасно выглядит! Ирина расхаживала по сцене в обнимку со скелетом. Неприятно было то, что скелет оказался живой, прямо-таки живчик. Он отплясывал у нее в руках, непристойно вихлял бедрами и делал попытки прижаться к женщине и облапить ее своими костями Зрелище было смешное и непристойное, но Михаил почему-то мучился во время этого сна, будто видел что-то страшное.

От воспоминаний его отвлек голос Наташи. Она пожаловалась, что театру, наверное, пришел конец. Все настолько сбиты с толку, что о спектаклях не может быть и речи Полный кавардак! Они, ведущие актеры, как-то пытаются сохранить театр, но все остальные потеряли к нему интерес и уже разбегаются понемногу…

— А мы все-таки хотим дать еще одно представление, — сообщила она. — В память Ирины Сергеевны Это наша собственная идея Как вы считаете? Это будет хорошо?

— Это будет очень хорошо, — одобрил Михаил — Может, вам нужна помощь? Когда вы собираетесь?

Она с радостью приняла его предложение помочь, заодно сообщила, что свою помощь предложила также Татьяна — директриса гуманитарного лицея, где прошел последний спектакль. Татьяна уже узнала о смерти подруги — следователь обнаружил ее первой из всех Ирининых подруг. Она взяла у следователя телефоны актеров и обзвонила их вчера вечером. Женщине хотелось узнать все подробности того, как нашли тело — сама-то она ничего не видела. Актеры, между делом, сообщили ей о своих страхах, что театр распадется. Правда, аренда действительна до конца июня, их никто не сможет выгнать из здания. Татьяна закричала, что нельзя терять это преимущество. Она горячо поддержала их идею — дать последний спектакль в память погибшей режиссерши — и предложила взять на себя организацию, сбор особой публики . Она решила известить о спектакле прежних друзей Ирины — словом, проследить, чтобы в зал не набились равнодушные ко всему дети, которые будут шуршать фантиками и разговаривать во время действия.

Организационная встреча была назначена на сегодня, на прежнем месте.

— Мы соберемся в четыре, — предупредила Наташа. — Будет так хорошо, если вы тоже придете!

И Михаил обещал обязательно быть. Кладя трубку, он подумал, что так и не поговорил с Наташей на волнующую его тему. Она просто выбила почву у него из-под ног. «Но, может, это и к лучшему, — решил он. — Разберусь на месте. Там будут все…».

Татьяна, завидев его, быстро подошла и еще издали протянула ему обе руки. Михаил взял их и осторожно пожал. От директрисы по-прежнему крепко пахло духами, она была тщательно причесана, накрашена, но дежурная улыбка исчезла с ее губ. Она заглянула в глаза Михаилу и отпустила его руки:

— Ужасно… Вы уже знаете? Все это ужасно.

Ребята собрались не полностью, по залу слонялись только ведущие артисты и кое-кто из массовки. Да, Наташа сказала ему правду — воодушевления как не бывало.

Ребята бродили, будто тени, и говорили тихо, как на похоронах. Татьяна отвела Михаила в сторонку, усадила в откидное кресло и сама села рядом, слегка задев его крепким горячим бедром, туго обтянутым розовой юбкой.

— Я вчера говорила со следователем, — сообщила женщина. — Меня, оказывается, нашли через записную книжку Иры. Да и мать ее подсказала, что я ее лучшая подруга. Старуха ужасно себя чувствует, я ее тоже вчера навестила, выразила соболезнования… У нее бронхиальная астма, но я никогда не видела ее в таком состоянии! Так крепко держалась, а теперь распустилась в одночасье. Боюсь, не дождется похорон, ляжет в больницу.

Оказалось, что похороны будут в понедельник. Татьяна сказала, что сейчас только тем и занимается, что обзванивает всех знакомых, сообщает им о часе, когда нужно собраться на вынос тела из морга. Сообщила также, что хоронить Ирину будут в закрытом гробу.

— Я сама тела не видела, ее мама, слава богу, тоже…

Но то, что говорят ребята, просто ужасно! Она так долго лежала на жаре.., Душистую директрису передернуло, она сжала руки с аккуратным маникюром:

— Боже мои… Только в прошлую пятницу она была такая веселая, такая довольная… Как огонек, правда? Я думала, что она счастлива. А теперь… Как она могла решиться на такое?!

— Вы тоже считаете, что это самоубийство? — прямо спросил Михаил.

Татьяна удивлен но взглянула на него:

— Считаю? Да меня только об этом и спрашивали!

Не собиралась ли она покончить с собой, что творилось в ее личной жизни… Да не было у нее никакой личной жизни! Может, потому и не удержалась.

Она рассказала о своем вчерашнем разговоре со следователем. Сообщила то, что удалось узнать. Ввиду плохого состояния тела и давности смерти, точное время, когда скончалась Ирина, установить не смогли. Эксперт указал время смерти с расхождением в шесть-семь часов. С девяти часов вечера пятницы и до трех-четырех часов утра субботы. Но многое указывает на то, что это был все-таки вечер пятницы. Во-первых, среди ночи выстрел точно услышали бы. На втором этаже, как оказалось, проживал с родителями студент, который готовился к экзамену. Парень сидел всю ночь за книгами перед открытой дверью балкона и слышал все, что творилось в доме. Собственно, ничего и не творилось. А один из жильцов дома, где жила покойная, рано утром в субботу пошел на прогулку со своей собакой. И, гуляя по двору, он случайно обратил внимание, что у Ирины в одном из окон горит свет. Он знал, что в это время маленькая горбунья обычно спит. Так что, скорее всего, люстра горела с вечера. А Ирина уже была мертва.

— Выстрела почему-то не слышали, — сообщила Татьяна. — Я просто удивляюсь — глухие они, что ли? Правда, время было вечернее, может, все смотрели телевизор…

— А следователь тоже уверен, что Ирина застрелилась?

— Ну, думаю, что да, — нерешительно ответила Татьяна. — Правда, он меня спрашивал, не тратила ли она в последнее время большие суммы денег. Я ответила, что нет.

И это правда! Она была скуповата, да простят меня Бог…

Я потом поняла, почему меня об этом спросили. Когда заехала к ее маме. Оказывается, из квартиры исчезли все ее деньги. Мать говорит, что там было около восемнадцати тысяч долларов.

Михаил изумленно поднял брови, и Татьяна, заметив это движение, недоверчиво покрутила головой:

— Думаю, старуха немного преувеличила. Я, например, про такие запасы не слыхала. Правда, в деньгах Ира не нуждалась… Но такая сумма — это уж слишком. Да будь у меня лишние восемнадцать тысяч…

Она достала из сумки пудреницу и произвела осмотр своему лицу. Осторожно припудрилась. Михаил тем временем размышлял. Значит, и там пропали деньги. Ограбление? Ирина застрелилась Да нет, как она могла, у нее не было никаких причин отселяться! Он видел, он чувствовал, как она была счастлива в тот вечер Говорила о том, что они с ребятами сотворили со спектаклем чудо. Публика в тот день была превосходная. Ребята играли хорошо. В конце концов, Ирина просила его позвонить на другой день, чтобы договориться о встрече. Ведь он так и не получил от нее обещанного подарка! Зачем бы она стала об этом говорить, если решила застрелиться? Зачем? Нет, она была полна жизни. А к такой вещи, как ущербная внешность, в конце концов, привыкают. И не так уж часто кончают с собой по этой причине.