Вкус убийства - Малышева Анна Витальевна - Страница 49

– Но ты позвонишь мне? Ты расскажешь, как идут дела?

Он поднял стекло, и ей пришлось отскочить в сторону, чтобы машина ее не задавила. Через полминуты его уже не было.

***

Саша проспал до двух часов дня. Наталья его не будила. Она лежала рядом, глядя в потолок, и слушала его дыхание. Сама она не заснула ни на минуту. Наконец парень зашевелился. Она немедленно к нему повернулась:

– Пить?

– О, черт… – протянул он, разлепляя глаза. – Какая гадость…

Она вскочила и принесла ему стакан воды. Саша напился и схватился за голову:

– Опять все поехало… Сделай что-нибудь поесть.

– Как хочешь. – Наталья внимательно глядела на него. – Может, дать аспирину?

– Давай. Что же я так нажрался…

Он снова закрыл глаза.

Через полчаса он уже сидел за столом и ел оладьи. Наталья, как всегда, умудрилась что-то сготовить практически из ничего – запасы продуктов в доме давно не обновлялись. С тех самых пор, как Агна плюнула на хозяйство и занялась исключительно ревностью и своей наружностью.

– Тебе надо куда-то ехать? – заботливо спросила Наталья.

Он покачал головой:

– Я же хозяин барин. Никуда не поеду. Да и не в состоянии…

Он осторожно опрокинул в рот стопку водки.

Водку предусмотрительная женщина тоже выставила на стол. Сама она, казалось, похмельем не страдала, хотя Виталий изрядно ее напоил.

– О, теперь живу! – обрадовался Саша, наливая себе еще водки.

– Осторожно, не пустись по второму кругу! – предупредила Наталья.

– Не беспокойся, я знаю, что делаю. – Саша выпил вторично и совсем повеселел. Только теперь он, казалось, осознал, кто сидит перед ним. И уставился на Наталью:

– Постой, так ты и впрямь приехала…

– Ну конечно! У тебя что, белая горячка? – усмехнулась женщина.

– Надеюсь, нет. Только мне казалось, что ты приехала во сне… Вроде бы ты мне снилась. Знаешь, вся ночь – будто в бреду. Теперь-то я вспомнил, что тебе звонил этот… Как его?

Саша поморщился и уставился в окно, что-то припоминая. Наталья осторожно спросила:

– Его зовут Виталием?

– Да, точно! Он-то куда делся?

– Уехал утром. – Женщина не сводила с него глаз. – Разве ты его не знаешь?

– Почему не знаю, мы вчера познакомились. То есть сегодня ночью.

– А мне он сказал, что ты его старый друг.

– Ну? – Саша озадачился. – Нет, это он соврал.

Я его несколько часов знаю. Куда он уехал-то?

– Откуда же мне знать! Он мне не доложил. – Наталья явно занервничала. – Как же ты впускаешь в дом кого попало? У тебя тут такая мебель, техника, чего только нет! А если зарежут? Сейчас за холодильник могут убить.

– Нет, постой, он же приехал с этой… – Саша опять поморщился.

Наталья всплеснула руками:

– Да у тебя что, склероз? С кем он приехал-то?

– С Танькой! – вздохнул Саша и снова потянулся за бутылкой.

На этот раз Наталья поставила стопку и для себя.

Она выпила, не дожидаясь Саши.

– Точно, его привела Татьяна, – размышлял парень. У него заблестели глаза, его немного развезло. – А Танька-то откуда здесь взялась? Черт! Ее же Агна вызвала. Я-то вообще никому не звонил.

– А мой телефон у него откуда? – допытывалась Наталья.

– – Да вроде я ему дал… Ничего не помню! – Саша перегнулся через стол и ущипнул Наталью за щеку:

– Ты что надулась? Все кончено! Можешь радоваться. Агна сюда не вернется.

– Можно подумать, я этого хотела, – неожиданно резко ответила Наталья, отводя его руку.

Саша оторопел. Он не знал, что на это сказать.

Наталья достала сигареты и закурила, быстро и зло выпуская дым:

– Делаете из меня стерву, и ты, и твой Виталий!

Он меня ночью допрашивал, хочу я за тебя замуж или нет. Какое его собачье дело? Откуда он вообще про нас с тобой знает?

– – Понятия не имею, – уныло ответил Саша.

Может, я что-нибудь рассказал?

– Да ты вообще ничего не помнишь?

Вместо ответа, тот опять схватился за бутылку.

После короткой борьбы с Натальей, которая бутылку ему не давала, Саша все-таки победил. Наталья только рукой махнула:

– Наливай уж и мне. Господи, что это за жизнь, как ни познакомлюсь с кем-нибудь, так все сводится к водке… Я бы совсем не пила, если бы мужики не пили. Так, за компанию…

Они выпили. Саша снова принялся за оладьи.

Он уже с трудом нацеплял их на вилку. Наталья явно загрустила. Она что-то напряженно обдумывала и вдруг спросила:

– Эта Татьяна, она какая из себя?

– Такая, обыкновенная, – неопределенно ответил Саша.

Он вообще не умел описывать внешность. Но Наталья с чисто женской цепкостью расспрашивала его и в конце концов получила более или менее сносный портрет. После чего воскликнула:

– Так она что же, на лестнице у тебя ночевала?

Саша чуть не подавился:

– На какой лестнице? О, черт… Она сбежала прямо перед тем, как ты явилась. А я все думаю – куда Татьянка делась?

Наталья, презрительно усмехаясь, рассказала ему, где и при каких обстоятельствах встретила Таню.

Саша только плечами пожал:

– Ну и дура она. Могла бы вернуться. Это она сбрендила, когда мы Агну в ментовку сдали. «Подлость с вашей стороны», – говорит.

– А что, – задумчиво протянула Наталья. – Ив самом деле некрасиво получилось. Так ты и меня, пожалуй, сдашь. Вот сделаю что-нибудь не по вкусу, и сдашь.

– Прекрати. – Саша отодвинул тарелку и, пошатываясь, встал. – Я бы опять поспал.

Он ушел в спальню, а Наталья собрала в раковину грязную посуду и пустила воду. Она мыла посуду медленно, то и дело забывая, что в одной руке у нее тарелка, а в другой губка. Женщина смотрела куда-то прямо перед собой, как будто ничего не различая. Наконец она закрыла воду и прошла в спальню. Саша спал. Наталья села рядом на постель, взглянула на прогоревший пол, на разбросанные по комнате вещи, на собранные сумки Агны в углу… И вдруг уронила лицо в сложенные ладони и расплакалась. Плакала она так тихо, что Саша не проснулся.

В четыре часа она вышла за покупками. К пяти приготовила обед и разбудила Сашу. В шесть, убрав со стола, Наталья натянула плащ.

– Ты куда собралась? – удивился Саша.

– Надо посмотреть, что там дома творится. – Женщина торопливо подкрасила губы. – Ты же меня среди ночи из дома вытащил, я даже не помню, заперла дверь или нет. И прибраться надо.

– Погоди, так, может быть… – Саша прислушался к своим ощущениям и убедился, что похмелье прошло. – Может, я сразу твои вещи перевезу?

– Сюда? – с сомнением спросила она. – Ты твердо решил?

– Да я давно все для себя решил. Ты что, еще сомневаешься? Мне с тобой хорошо.

Эти последние слова парень выговорил с трудом.

Он вообще не любил слишком многое обещать женщинам. Богатый опыт показывал, что это к добру не приводит. Но Наталья не клюнула на скромный комплимент. Она застыла перед зеркалом с помадой в руке, пытливо и неуверенно вглядываясь в свое отражение. Потом вздохнула:

– Я же тебе в матери гожусь, Сашенька. Тебе не стыдно со мной на людях показываться?

– В какие матери, тебе сорок, мне двадцать семь.

В тринадцать лет не рожают.

Наталья улыбнулась. И сказала, что слыхала и не про такое. Соседкина дочка забеременела в одиннадцать лет. Правда, все-таки не родила – мать вовремя спохватилась, сделали аборт.

– Бедняжка, – вздохнула Наталья, погасив улыбку. – Ей бы, конечно, куда лучше сделать искусственные роды, чтобы организм не повредить.

Но какие уж там роды, кости-то у нее еще детские, мыщцы слабые… Пришлось…

Саша поморщился и попросил избавить его от этих неприятных гинекологических подробностей.

Наталья насмешливо на него взглянула:

– Конечно, мужчины не любят про такое слушать. А надо бы иногда поинтересоваться. Вам-то как раз бы и надо! А то что же это получается, за все женщины отдуваются. Над бедной девчонкой теперь вся окрестная шпана издевается. А она чем виновата? Для нее это было вроде игры, как бы личный мексиканский сериал. Она даже не расстроилась, что залетела. Дурочка… Как же, ведь она забеременела, понимать надо! Взрослая жизнь! Интересно! Гордится своим абортом, как не знаю чем… Ей бы о пятерках в школе думать, а не о парнях. – Ну ладно, ладно, – нетерпеливо перебил Саша. – У тебя взрослый сын. Ты ему-то ликбез провела? Из-за него никто аборта не делал?