Игры с палачами - Картер Крис (2) - Страница 58

Женщина грустно покачала головой, глядя на изувеченное тело в кресле.

— Ампутации в двух предыдущих случаях произведены очень аккуратно, — сказал Бриндл. — Тут же все как раз наоборот. Если судить по отметинам на коже и тому немногому, что мы смогли разглядеть на срезах костей, убийца действовал очень грубо. Обе руки… — Мужчина запнулся, провел затянутой в перчатку ладонью по носу и губам. — Мне кажется, он перепилил их почти до конца, а потом, потеряв терпение, просто оторвал руки от тела.

Глаза Гарсии расширились.

— Без сомнения, к тому времени человек был уже мертв, — поспешно добавила доктор Хоув.

Хантер глянул на пол. Там виднелись следы ног. Больше всего было натоптано у двери.

— Кто-нибудь что-нибудь трогал? — задал он вопрос.

Доктор Хоув пожала плечами.

— Полицейские уже составили список всех любопытствующих, которые сюда заходили, и опросили их. Никто из работающих в здании не признался в том, что прикасался здесь к чему-нибудь. То же самое утверждают полицейские и детективы, которые побывали на месте до нас, но полной гарантии нет. — Женщина повернула голову к «скульптуре». — Понятия не имею, что это такое. Не уверена, что кто-то не мог здесь случайно что-нибудь передвинуть. — В голосе Каролины Хоув, впрочем, прозвучала надежда, которая не укрылась от внимания Хантера. — Фонариком я на нее не светила. Это уже ваша работа.

Гарсия бросил на Хантера многозначительный взгляд, словно спрашивая: «Как будем действовать?»

Хантер понимал, что забрать «скульптуру» со стола, не разрушив ее, не удастся. Как он сказал когда-то Алисе, убийца был до омерзения дотошен, изготовляя первую «скульптуру». Во втором случае преступник не стал вдаваться в такие крайности, но детектив понятия не имел, что же ожидает их на третьем месте преступления. А еще интуиция подсказывала ему, что времени на разгадку у них остается все меньше и меньше. Ждать, пока судебные эксперты из лаборатории изваяют очередной муляж, было бы крайне неблагоразумно.

— У кого-нибудь есть с собой фонарик? — спросил Хантер.

— Вот, — сказал Бриндл, протягивая детективу электрический фонарик «Мэглайт».

— Давайте посмотрим, — беря в руку фонарик, сказал Хантер.

Обернувшись, он взглянул на то, что осталось от тела Литлвуда. На втором месте преступления отсеченная голова жертвы лежала именно там, откуда следовало светить фонариком. Нужно было это проверить. Одного глаза у Литлвуда не хватало, но оставшийся, широко открытый от ужаса, смотрел прямо на «скульптуру». Возможно, это оставленная им подсказка. Хантер взглянул на пол.

— Тут уже все сфотографировано, док?

Нельзя было встать рядом с одноглазым трупом Литлвуда, не наступив в кровавую лужу. Возможно, придется отодвинуть кресло с мертвецом чуть в сторону.

Объяснять доктору Хоув ничего не понадобилось. Женщина проследила за детективом взглядом и поняла, что у того на уме.

— Да, все уже сделано, — ответила она.

Жалюзи на окнах были опущены. Бриндл выключил мощные осветительные приборы, которыми пользовались судебные эксперты. Хантер встал прямо перед трупом Литлвуда и расположил фонарик на нужном уровне.

Все собравшиеся в кабинете, казалось, затаили дыхание.

Хантер включил фонарик.

Глава 78

Люди подошли ближе к тому месту, на котором стоял Хантер. Гарсия встал справа от напарника, доктор Хоув и Бриндл — слева. Глаза всех устремились на тени, появившиеся на стене позади «скульптуры». Бриндл нервно переминался с ноги на ногу.

— Безумие, — тихо произнес он.

Когда доктор Хоув рассказала ему о теневых изображениях, судебный эксперт подумал, что это должно быть чем-то ужасно «нездоровым», но реальность оказалась еще непригляднее. Увидеть все собственными глазами — это совсем другое дело. Много времени прошло с тех пор, когда Майк чувствовал себя так неуютно на месте преступления.

Все инстинктивно зажмурились, но никто ничего не сказал. Теневые изображения имели вполне определенные очертания. На этот раз никаких животных или рогатых голов.

«Ходячие пальчики» левой руки Литлвуда отбрасывали тень в виде ног стоящего человечка. Большой палец, вывернутый вперед, образовывал руку. Вывихнутый сустав пальца сверху был головой. Вместе они образовывали тень человека, который шел или стоял, указывая рукой на что-то перед собой. Открытая книга-шкатулка напоминала контейнер с откинутой крышкой. Хотя шкатулка лежала на расстоянии трех футов от руки, из-за отсутствия перспективы казалось, что обе тени находятся на одном уровне. Теневой человечек стоял перед теневым контейнером и указывал на него рукой.

Отрезанные и изрезанные пальцы, положенные в книгу-шкатулку, отбрасывали тени, странным образом напоминающие лежащего в контейнере человека. Тень одного пальца была головой, высовывающейся из-за края. Два других пальца — рукой и ногой. Остальное тело как бы лежало внутри, поэтому видно его не было. Тень напоминала Хантеру лежащего в ванне человека: рука свешивается через бортик, нога высовывается с одного края, голова опирается на противоположный.

Гарсия был первым, кто нарушил тишину:

— Выглядит так, словно один человек показывает на другого человека, спящего в ящике или принимающего ванну… или еще что-нибудь в этом роде…

Бриндл медленно закивал головой.

— Да… Вижу… Но зачем ему указывать на этого человека?

— Это часть головоломки, — произнес Гарсия. — Нам не только нужно найти правильный угол освещения, но и понять, что там изображено.

— Вам что-нибудь это напоминает? — спросила доктор Хоув у Хантера. — Это согласуется с тем, что вам уже известно?

Детектив не отрываясь смотрел на теневое изображение.

— Не уверен. Не хочу пока строить предположения. Надо все как следует разглядеть.

— Гипнотическое зрелище, — произнес Бриндл.

Он наклонил голову сначала на одну сторону, затем на другую. Казалось, медэксперт хочет разглядеть теневое изображение под разными углами.

— Уверен, что именно этого добивался убийца, — сказал Гарсия. — Надо сделать то же, что и на лодке Нэшорна: сфотографировать тень. Следует поставить прожектор там, где я стою. Пусть освещает «скульптуру». Так нам не нужно будет использовать фотовспышку.

— Без проблем, — ответил Бриндл, направляясь к прожектору, стоящему в углу.

— Подождите, — хмурясь, произнес Хантер.

Что-то было не так. Выключив фонарик, детектив обернулся. Его глаза обежали кабинет от пола до потолка.

— Что такое? — спросил Гарсия.

— Что-то не так.

— Что?

— Изображение неполное.

Гарсия, доктор Хоув и Бриндл обменялись вопросительными взглядами. Никто из них не понимал, о чем говорит Хантер.

— Неполное? Что ты имеешь в виду? — спросила Каролина Хоув.

Детектив снова включил фонарик «Мэглайт». Теневое изображение поплыло по стене позади «скульптуры».

— Что ты видишь?

— То же самое, о чем говорил Карлос, — ответила женщина. — Кто-то стоит перед контейнером или ванной, в которой кто-то лежит. А что видишь ты?

— То же самое.

Собравшиеся удивленно переглянулись.

— Почему тогда ты решил, что изображение неполное? — задал вопрос Гарсия.

Он привык, что его напарник замечает то, что недоступно другим, задает вопросы, которые ни за что не задали бы другие. Казалось, его ум никогда не знает покоя. Хантер не мог успокоиться и продолжал докапываться до истины даже тогда, когда теневые марионетки были уже всем видны.

— Теневое изображение контейнера отбрасывает книга-шкатулка на столе, голову, руку и ногу человека внутри — отрезанные пальцы.

— Ага, — поддакнул ему Гарсия. — А тень, похожую на стоящего человека, — рука.

— Да, но, — продолжал Хантер, — оставшаяся рука с этой точки вообще не отбрасывает никакой тени.

Все как по команде посмотрели на правую руку жертвы, лежащую на противоположном конце большого стола, на ту, что была с «укороченными» «ходячими пальчиками». Перед ней убийца разместил несколько кусков мяса, вырезанного из бедра Литлвуда.