Отравленная жизнь - Малышева Анна Витальевна - Страница 44

– Ведро дырявое нашли. Ты же не это искала?

Женщина встала, достала кошелек и вышла в комнату. Работяги были там. Они оживленно обсуждали, сколько же надо взять денег за отрыв от основной работы. Слушая их, можно было подумать, что эту основную работу они с кровью от сердца оторвали. Лариса не торгуясь уплатила им, сколько они запросили. Иван безуспешно сигнализировал, мотал головой, показывая, что она платит слишком много, а в конце расчета даже тихонько застонал. Но она не обратила на него внимания.

– Ну, поедем в город? – бодро спросил старший из работяг.

– Езжайте, – согласилась Лариса.

– Так вы нас что – не подкинете? – озадачился он, увидев, что женщина не двигается с места.

– Думаю, вы с меня столько содрали, что вам на тачку хватит. А если хотите ехать электричкой – станция рядом.

Работяги потоптались, переглянулись и в конце концов ушли. Когда за ними хлопнула калитка, Иван гневно повернулся к женщине:

– Им хватило бы и половины! Зачем ты столько заплатила? Знаешь, как приходилось на них давить, чтобы вообще лопатами зашевелили? Последний метр я сам раскопал, пока они перекуривали!

– О Господи… – Лариса никак не могла полностью разлепить веки. – Ничего не соображаю…

И так холодно… Выпить бы чего-нибудь.

Иван с готовностью достал бутылку. Увидев ее, она поморщилась:

– Я чай имела в виду. Мне нельзя водку, я за рулем.

Но, чихнув несколько раз подряд, она переменила мнение. Иван засуетился, «накрывая на стол».

Воды в доме не было ни капли, и найденные в буфете стаканы пришлось протереть снегом. Он поставил на стол бутылку, придвинул к даме единственное яблоко:

– Кушай.

Лариса проглотила свою порцию водки, откусила от яблока и закурила. Ей стало теплее, и мысли постепенно оттаяли. Потраченных денег было не жаль, хотя раскопки не увенчались никаким результатом. «Денис. ведь сказал – там ничего нет. Надо было поверить на слово. – Лариса выпускала дым и смотрела, как Иван примеривается к остаткам водки. – Сейчас все выпьет, это ему на язык помазать… На здоровье! Сопьется года через два окончательно. А пока его еще можно узнать… С трудом, но можно».

Видимо, под ее пристальным взглядом Ивану было неловко пить. Он проглотил водку, поперхнулся и закашлялся. Лариса снисходительно постучала его по спине:

– Зачем ты так торопишься?

– Спасибо… – Он отдышался и попросил у нее сигарету. Теперь Лариса выслушала подробный отчет о раскопках. Кроме ржавого, потерявшего товарный вид ведра да нескольких кирпичей, не нашли ничего. А ниже был только песок, и, разворотив несколько спекшихся желтых слоев, рабочие заявили, что это – дно. Уж ниже этого уровня колодец точно не опускался.

– Ты разочарована? – Иван раскраснелся, обветренное лицо горело. – А я тебе говорил, что он не мог спрятать труп в колодце. Это надо полным психом быть, чтобы так сделать! И потом, почему ты вообще решила, что труп спрятан на даче?

И что этот труп, в конце концов, был? Доказательств-то никаких. Туфля, кольцо – чепуха какая!

Вот если бы эта туфля сохранилась – другое дело.

Ты говоришь, мать этой Яны жива-здорова? Может, встретиться с ней и поговорить толком?

– Жива-то жива, но здорова ли. – Лариса пожала плечами. – А что я ей скажу? Разве она будет со мной разговаривать? Будет кричать, что пойдет в милицию.

Я для нее – жена врага, жена убийцы. Она наверняка считает, что я покрываю мужа.

– Ну и объясни ей, что пытаешься помочь ей найти дочку. По крайней мере, она, может быть, все вспомнит – были у дочери такие туфли в семьдесят шестом году или нет. И насчет размера обуви спроси.

Лариса погасила сигарету в стаканчике из-под водки. У нее слегка кружилась голова и щеки разгорелись. Ей было почти жарко.

– Я не знаю даже имени этой женщины, не то что адреса, – возразила она. – Как ее найти?

– Да очень просто! – раздался голос в сенях. – Охотно дам тебе адресок!

Лариса уцепилась за край стола, хотела вскочить и не могла. В комнату вошел Денис. Он криво ухмылялся, будто это ему стоило Бог знает каких усилий. Иван медленно встал. Он смотрел на вошедшего так, будто из колодца вылез искомый труп и собственной персоной явился на огонек.

– Как ты… – начала Лариса, но муж ее оборвал:

– Опять твои глупые вопросы! Как я сюда попал? А как я сюда попадал раньше? Маразма у меня еще нет, дорогу вспомнил. Ты, наверное, хочешь спросить другое – почему я сюда приехал?

Здрасьте!

Последнее относилось к Ивану. Денис не подал ему руки, да и тот не шевельнулся, даже не кивнул в ответ. Лариса, наконец, опомнилась. Ее затрясло – от промозглого холода в доме, от ярости, от страха – ото всего вместе.

– Явился проверить колодец? Поздно! Мы его раскопали!

Она хотела увидеть, как отреагирует муж. Но тот только присвистнул:

– Видел, видел. И успешно? Нашли что-нибудь?

Я там посветил фонариком и заметил только какую-то старую кастрюлю.

– Ведро, – поправил его Иван.

Тут Денис повернулся к нему и разулыбался, как будто только сейчас его узнал:

– О, сколько зим, сколько лет! Как отслужили?

Пардон, это, кажется, было давно… Все равно, как успехи? Как, по-вашему, выглядит наша Ларочка?

Немножко постарела, уже не та, верно? Или старая любовь не ржавеет?

– Как я тебя ненавижу! – неожиданно для себя самой сказала Лариса. Она говорила спокойно, только голос у нее садился, будто от простуды. – Ненавижу! И себя тоже ненавижу, за то, что угробила жизнь рядом с таким ничтожеством, как ты!

– Конечно, было бы куда лучше угробить ее рядом с таким ничтожеством, как он! – Денис кивнул на Ивана. – Да ты посмотри на него! Мне пятьдесят, я на десять лет его старше, а выгляжу на десять лет моложе, чем он! Какие же у него преимущества передо мной? Ой, прости! Забыл, забыл, первая любовь… Что ж ты за меня замуж вышла, жизнь моя?

– Сам знаешь! – отчаянно крикнула женщина. – Пузо у меня было, на нос уже лезло, вот и вышла!

Мать меня выпихнула за тебя, потому что на любовь ей было наплевать, а я была дурой, ничего не понимала, только плакала! Отнеслись ко мне будто к скотине, все резусы просчитывали, чтобы потомство не испортить! Да пусть бы урод родился, только не от тебя!

Денис немного побледнел. Совсем немного, но Лариса это заметила и поняла, что ей удалось его задеть за живое. К вопросу о потомстве он всегда относился трепетно. Еще несколько лет назад он утешал жену, что у них еще могут быть дети, что она молодая, у нее все впереди… Она знала, что муж тоже переживает, что у них нет детей, нет наследников. По-настоящему переживает или только делает вид – трудно было понять, да она к этому и не стремилась.

– Может, не будешь обсуждать такие вопросы при посторонних? – сдержанно спросил он.

– Иван для меня не чужой! Не такой чужой, как ты!

Такой кривой улыбки она у Дениса еще не видела. «Еще раз попала в точку. – Лариса наслаждалась тем, что ей опять удалось уязвить мужа. – Он же душу из меня вымотал, пока не заставил дать клятву, что я забыла об Иване… Вот, получи, и при свидетеле!»

Иван во время этой супружеской сцены стоял столбом. Он даже сесть не решался и охотнее всего вышел бы на крыльцо. Но Лариса вскочила и взяла его за руку:

– Пойдем отсюда. Пусть он тут копается в земле, если ему неймется.

– Ну, копаться-то вы начали, – брезгливо ответил Денис. – Вас, кажется, Иваном звать? Я уж и забыл, а она, видите, помнит… Где не надо – у нее голова еще работает! Что она вам наплела про колодец? Говорила, что я там зарыл труп своей любовницы?

– Говорила, – оборвала его Лариса. – Я ему все рассказала, и ты не хуже моего знаешь, что это правда! Ты ее убил? Ты спрятал ее тело не в колодце, значит, в другом месте. И я это место найду!

Она потащила Ивана к двери, но ее остановил спокойный, даже излишне спокойный голос мужа:

– Ты мне одно скажи: чего ты добиваешься? Хочешь меня посадить? Так проще всего накатать на меня в налоговую инспекцию. Ты же знаешь все мои коммерческие тайны, у какого бизнесмена их нет!