Алмазный тигр - Максвелл Энн - Страница 40

— Сколько тебе заблагорассудится.

Ее рука неуверенно скользнула вдоль тела Коула.

— Что, и тут можно?

Его дыхание участилось.

— Даже нужно.

Холодные пальцы Эрин неуверенно двигались по горячему, не знакомому ей и исходившему желанием телу Коула.

— Слышу, как бьется твое сердце, — прошептала она, беря в руку его мужскую плоть.

Коул Вздрогнул всем телом и издал сдавленный стон.

— Прости, — поспешила она и отняла руку.

— Сделай еще раз то же самое, тогда прощу. — Его дыхание стало прерывистым и шумным. Эрин опять провела ладонью по его паху… — Да, вот так…

Воспарившему от наслаждения Коулу понадобилось какое-то время, чтобы овладеть собой.

— Есть еще одна хорошая штука, — сказал Коул, и его голос прозвучал почти грубо. — Уверен, она подойдет нам с тобой. — Взглянув на Эрин и увидев выражение ее лица, он улыбнулся. — Не пугайся, детка, это не совсем то, о чем ты подумала. Ты должна мне верить и ничего не бояться, и тогда тебе понравится.

Эрин согласно кивнула. Коул приподнял ее и посадил к себе на колени так, что ее ноги оказались по обе стороны от его ног. Коул не предпринимал ничего, чтобы овладеть ею, но Эрин при каждом движении, при каждом повороте их тел испытывала ощущение, от которого у нее стесняло дыхание. Коул осторожно приподнимал и опускал колени, упиравшиеся в ее ягодицы. С уст Эрин сорвался сдавленный вскрик. Коул старался не забыться, не потерять над собой контроль, не заиграться, но не переставая раскачивал Эрин. Да и сама она теперь не желала и не могла остановиться. Дыхание ее сделалось шумным, прерывистым. Ее всю трясло, лицо пылало, она была полна нетерпения.

— Коул… — прошептала Эрин и потянулась к нему, чтобы привлечь к себе, слиться с ним в единое целое. Пока страсть не захлестнула ее, Эрин и представить себе не могла, что ее может захватить такое сильное желание. — Помоги мне.

Он положил ее ладони на свою плоть, потом поцеловал Эрин.

— Вот так… — сказал он. — Вот так…

Их губы и тела слились. Стон наслаждения вырвался из груди Эрин, как только она ощутила Ко-ула в себе. И так мягко, так осторожно и нежно он взял ее, что Эрин совсем не испугалась. В какой-то момент она ощутила, что более тесного контакта между ними и быть не может. Она раскрыла было рот, намереваясь сказать Коулу о своих необыкновенных ощущениях, но не смогла вымолвить ни слова и лишь теснее прижалась к нему.

Слова так и остались невысказанными. Эрин старалась двигаться в такт движениям Коула, что доставляло ей особенно сильное наслаждение. С каждым вздохом, с каждым новым движением у нее возникало ощущение, что она парит над землей. Так продолжалось до того момента, пока Коул не прорычал и не замер. Она почувствовала судорогу его мощного тела и, в свою очередь, вздрогнула всем телом, ощущая, словно она балансирует на грани неизвестного.

Рука Коула легла на самое чувствительное ее место. От его нежных прикосновений Эрин ощутила новую волну наслаждения. Неясные звуки сорвались с ее губ, она напряглась и конвульсивно прижалась к Коулу. Он губами поймал ее губы, с которых еще слетали последние стоны удовольствия. Но и после того, как все было кончено, Коул не разжал объятий, продолжая целовать ее губы и соленые от слез глаза.

— Детка, — выдохнул Коул. — Тебе не было больно?

Она покачала головой.

— Ты плачешь?

— Я? — Она провела рукой по своей щеке и хмыкнула. — И вправду слезы. — Вздохнув, она прижалась щекой к его груди. — Знаешь, я сейчас чувствую себя такой счастливой, Коул. Вот уж не предполагала, что могу быть так счастлива. После того, что было у меня с Гансом, я не думала, что смогу кого-нибудь полюбить. И вот неожиданно встретила тебя.

Рука Коула, гладившая ее по спине, замерла.

— Знаешь, не нужно путать то, чем занимаются любовники, с любовью. Иначе тебя ждут немалые разочарования и огорчения. А я вовсе не хочу, чтобы ты огорчалась, Эрин, совсем не хочу.

Она прикрыла глаза. Эрин надеялась, очень надеялась, но не была уверена, что Коул окажется в состоянии вернуть ей способность любить.

— Я верю, — сказала она и тяжело вздохнула. — Жаль, что я не из тех, кто умеет все делать наполовину. Но ты не волнуйся. Я не буду требовать от тебя обещаний. Хотя это вовсе не означает, будто я не стану время от времени, что называется, пытаться положить тебя на лопатки.

Он рассмеялся в ответ и поцеловал Эрин в голову.

— Буду только рад.

Кончиком языка Эрин прикоснулась к его горячему телу, словно втайне от Коула пробуя его на вкус. Затем она вздрогнула, удовлетворенно вздохнула и прижалась к нему. Это доверчивое движение тронуло Коула до глубины души. Он лежал, поглаживая Эрин по волосам, и раздумывал о том, что произошло, и о том, что ожидает их в туманном будущем.

Но больше всего Коул размышлял о том, как сохранить Эрин жизнь, когда Конмин всерьез возьмется за нее, чтобы не дать ей возможности прокатиться на Алмазном тигре.

Глава 18

Гуго ван Луйк сидел в своем кабинете с телефонной трубкой в руках и пытался сосредоточиться. Однако Джейсон Стрит вливал ему в ухо потоки австралийского сленга, и сосредоточиться было не так и просто. За окном простиралась ночь, а болеутоляющих таблеток ван Луйк выпил уже столько, что голова у него сделалась тяжелой и туго соображала.

Ему нужно было что-то делать с Коулом Блэкберном — и задача эта представлялась ван Луйку чем-то вроде школьного наказания. Ван Луйку все уже смертельно надоело, и он хотел лишь одного — чтобы все закончилось. Чтобы больше об этом не думать.

— Они все еще торчат в Дарвине? — поинтересовался Стрит, и слова его перелетели через половину земного шара.

— Они покинули отель раньше, чем наши люди сумели проследить за их передвижением. Известно, что среди постояльцев других дарвинских отелей их тоже нет. Не исключено, что Блэкберн мог быть ранен.

— Огнестрельное ранение?

— Да.

— Значит, он попробует избежать обращения к врачу.

— Но мы полагаем, что они все еще в Дарвине.

— Вполне вероятно, — согласился Стрит. — Хотя они могли воспользоваться подложными документами. Ее папаша может раздобыть для них этого добра сколько угодно.

— Не спорю. Я попросил Макларена подключиться к этому делу.

— Не тот ли это Макларен, что вербовал тех баб, которых Блэкберн разбросал, как котят? — саркастически поинтересовался Стрит.

— Этот Блэкберн, судя по всему, крутой парень.

— Это по их словам. А чего ты еще ожидал? Что они будут уверять, будто он дрался, как старая баба?

Ван Луйк хотел было выругаться, но из-за боли в голове сдержался.

— В следующий раз я попрошу именно тебя, персонально, заняться Коулом Блэкберном.

С удовольствием, коллега. Только сначала нужно будет найти этого мерзавца.

— Каким путем ему удобнее всего добраться до фермы Уиндзора?

— Туда можно попасть только двумя путями: или по воздуху, или взять напрокат джип и добираться посуху. Держу пари, что он выберет джип. Ведь так или иначе там ему джип необходим.

— А как насчет автобуса?

— До фермы? Это немыслимо. От фермы до единственной в тех местах автострады черт знает сколько нужно пилить.

— Хорошо, а если он решит идти пешком?

— Только не в это время года. Уже к концу первого дня такой прогулки он свалится замертво от разрыва сердца.

Последовала пауза, затем голос ван Луйка:

— Стрит! Разыщи их. Сделай все возможное, чтобы до муссонов они ничего не нашли. Если же это не удастся, постарайся уничтожить прииск.

— А если он будет размером с этот чертов Агриль, тогда как?

— Ну, это маловероятно. Скорее всего это небольшое месторождение, уничтожить которое не составит труда.

— Откуда у тебя такая уверенность?

Ван Луйк, скривившись, прикрыл глаза.

— Знаешь, Стрит, за тобой водится немало грехов, однако твою компетентность в геологии никто не оспаривал. Неужели ты и вправду веришь, будто Абеляр Уиндзор целых десять лет мог прятать от тебя что-нибудь столь же большое, как, скажем, намибийские копи?