Могильщик. Черные перчатки (СИ) - Башунов Геннадий Алексеевич - Страница 88

План могильщика был прост — перезимовать недалеко от границы с Горливом, а весной пересечь границу и начинать обшаривать все могильники, которые попадутся по дороге, благо места здесь, на севере, были густо заселены и сейчас, и до войны. Велион был здесь дважды, семь и одиннадцать лет назад, но границу с Горливом не пересекал ни разу. Большинство могильников здесь были достаточно хорошо изучены, другие слишком опасны. Но ещё опасней было оставаться в центральных районах Коросского королевства — трёх могильщиков, убивших проповедника уже не искали, но Велион слышал о том, что центральные дороги буквально увешаны трупами "чёртовых выродков". На юге материка делать было совсем нечего — мало могильников, мало городов. И Острова слишком близко.

Обитал Квален в небольшом особняке на окраине Гильса. Над дверью в его дом висела табличка, гласящая "Магические услуги", под этой надписью, выполненной крупными буквами, была и вторая надпись, мелкая — "Скупка и продажа магических артефактов, вещей с проклятьями. Сотрудничество с могильщиками". Именно из-за последней фразы Велион и зашёл к Квалену впервые. И, конечно же, был обманут, за что во время второго посещения дал магу в морду. Квален не обиделся и, посмеявшись, поставил на стол крынку с элем.

Вывеска до сих пор висела над дверью порядком обветшавшего за последние годы дома, а значит, эксперименты с проклятьями не загнали мага в могилу. Или загнали, но совсем недавно.

Велион поднялся по короткой, всего из четырёх ступенек, лестнице и постучал в дверь. Никто не ответил. Могильщик постучал ещё раз. На этот раз в ответ раздалась неразборчивая ругань, переходящая в отборный мат. Дверь резко отворилась, чуть не ударив тотенграбера, и в проходе возник Квален.

— Кого на хрен черти принесли? — брызжа могильщику в лицо слюной, заорал маг.

— И тебе добрый день.

— Велион, — понизив голос, произнёс маг. — Жив.

— Жив. Впустишь?

— Конечно, мать твою, впущу.

Квален посторонился, пропуская Велиона. В доме у мага, как всегда, был бардак. Хлам громоздился на толах, валялся под ногами, даже торчал из шкафов. Шмотки, канделябры, тарелки, мечи, — короче всё, что могильщики тащили из мёртвых городов.

— Твою мать, — с чувством сказал маг, отшвыривая ногой подсвечник. — Не ожидал, не ожидал. Ладно, пошли в лабораторию.

Велион усмехнулся. Квален всегда принимал гостей и партнёров в лаборатории, там хотя бы можно было найти, куда присесть, не рискуя повредить копчик. Но когда Чёрный могильщик вошёл в лабораторию, он был удивлён до глубины души: здесь царил просто идеальный порядок.

Могильщик уселся за стол, на котором обычно Квален держал вещи с проклятьями из тех, что были магу не по зубам, хозяин дома сел напротив.

Квален сильно изменился. Когда Велион увидел его впервые, магу уже было за тридцать. Высокий, коренастый, с огромными ручищами и грубым лицом, он больше напоминал головореза. Сейчас, через одиннадцать лет, он выглядел на все пятьдесят. Практически седая голова, морщины, мешки под глазами. Перегар и сильная дрожь рук. И как он, чёрт возьми, умудряется работать с проклятьями? Магические пассы, которые обычно надо было свершать, чтобы снять с вещи проклятье, требовали предельной чёткости, иначе проклятье могло сдетонировать, а это обычно кончалось очень плохо. Маги, работающие с проклятыми вещами, в этом сродни могильщикам, только могут управлять силой. И, конечно же, у них нет перчаток.

— Как дела? — осторожно спросил Велион.

— Херово, — сухо отозвался Квален. — Представляешь, неделю назад ко мне припёрся сопляк — он мне тебя в молодости, кстати, напомнил — и приволок бронзовый подсвечник. А на подсвечнике, представь себе, сидел "Рог демона". Купи, говорит, за три медяка, вот кретин.

— А ты что? — поинтересовался Велион, хотя предполагал, какой ответ получил молодой могильщик. Отборный мат и, вероятно, пинок под зад — "Рог демона" был на редкость зловредным проклятьем, которое при срабатывании оставлял в теле человека, потревожившего его, несколько сквозных дыр.

— Купил за четвёртую, — ответил Квален. — Посмеяться. Где ты видел подсвечники с "Рогом"? Обычно он на доспехах или дико дорогих штуковинах.

Велион рассмеялся.

— Так дело движется? — уточнил он.

— Какое там, — скривился маг. — Дерьмо дело, могильщик, дерьмо. Все более или менее безопасные могильники исхожены вдоль и поперёк и уже не только могильщиками, но и обычными деревенскими мародёрами. В опасные места соваться кишка тонка. Я уже полгода не снимал проклятья с дорогих вещей. Так что пью. Вот глянь, — маг протянул дрожащие руки, показывая могильщику. — Даже если бы кто что и принёс… — Он вздохнул. — Это, кстати, не только убивает таких, как я, но и таких, как ты. Скоро вам хана, Велион, поверь. Тощие, голодные, вы таскаете дешёвки или гибните в первом же городе… А украшений всё меньше… Когда-то я покупал безделушки из могильников за гроши, а после того, как снимал проклятье, продавал в несколько раз дороже. Теперь за чёртово кольцо с рубином приходится платить шестьдесят, а то и семьдесят процентов от его рыночной стоимости. А мне ведь ещё надо снять проклятье, рискуя своей жизнью, между прочим.

— Могильщики тоже рискуют жизнью, чтобы добыть это кольцо.

— Кто ж спорит? Но вас, как грязи… Было. До прошлого года. Но ты, думаю, в курсе куда лучше меня… О чём я? А! Да я бы и не жаловался, если бы мне приносили что-то стоящее чаще, чем раз в полгода. Например, вот, вчера и ещё за два дня до этого ко мне приходили перекупщики, не маги, обычные барыги, и попробовали втюхать мне четвёртую за четыре марки, мол, на монете очень сильное проклятье. Я до слёз смеялся, а потом ему морду набил… первому, что был три дня назад, кстати, тоже, у него тоже была четвёртая с проклятьем. Во-первых, проклятья там никакого не было. Во-вторых, на кой хер мне медяк с проклятьем, если я эти проклятья снимаю, чтобы перепродавать вещи уже без проклятий? Вот если бы что-то новое… Но что-то новое я лично ни разу не находил, да и никто из моих знакомых — тоже. Короче, пока я лупцевал второго, тот всё проклинал какого-то могильщика, который ему эту монету продал. Я, кстати, что-то припоминаю такое же, лет десять назад, как раз ты…

Квален замолчал на полуслове и широко открытыми глазами уставился на тотенграбера. А потом начал дико хохотать.

— Велион, сукин сын, — простонал он сквозь смех, — это ведь ты, да?

— Угу, — мрачно кивнул могильщик, что вызвало ещё один бешеный приступ хохота.

— Мать твою, — простонал маг, утирая слёзы. — Ну, ты и жук. А я ещё им морду набил, думал они меня надуть хотят, особенно второму — взбесился я конкретно. Найдут тебя и зарежут на хер, могильщик.

— Не найдут.

— Может, и не найдут, тогда же не нашли. Отличный жизненный урок ты им преподал, братец, особенно молодому.

— Угу.

— Ладно, — Квален хлопнул себя по ляжке. — Пожрать бы надо. И выпить. Будешь?

— Конечно.

— А когда ты отказывался? А я тебе кое-чего интересного расскажу. Это, кстати, к тебе относится напрямую.

Маг и могильщик прошли на кухню. Здесь хозяин дома нашёл две относительно чистые тарелки, бросил на них по куску варёного мяса, разул угли в камине, подбросил туда пару поленьев и поставил прямо тарелки прямо них. Потом вытащил из буфета кусок копчёного свиного сала, несколько луковиц, большой ломоть хлеба и оплетенную бутыль.

— Самогон, — прокомментировал маг. — Коли не хочешь, в подвале, кажется, был небольшой бочонок эля. Если я не выпил, конечно.

— Лучше схожу и посмотрю.

Велион вернулся через пару минут с полуполным бочонком объёмом в полторы кварты. Судя по тому, с какой яростью Квален грыз луковицу, он могильщика решил не ждать. Велион кое-как нашёл кружку (в который раз поражаясь, как такой разгильдяй может выполнять такую кропотливую работу, как снятие проклятий) и, наполнив её, глотнул эля. Напиток оказался прохладным, и это было единственным его достоинством — эль был очень крепким и явно перестоял в подвале. Но пить было можно.