Прогулки по крышам - Колесова Наталья Валенидовна - Страница 59

Звучало дико.

Выездной урок проходил в Музее магии. Идя по уже знакомым залам, Агата то и дело невольно прислушивалась: не раздастся ли тот гул.

Шум.

Разговор.

Но Котел молчал. Котла больше не существовало.

Перегнувшись через ограду, школьники глазели на пустой котлован. Только сейчас Агата оценила его размеры: люди сверху казались приплюснутыми лилипутиками.

– Спускаемся по эскалатору! – командовала историчка Тельма. – Бугров, я сказала по эскалатору, а не по перилам эскалатора! Не толпитесь, осторожнее!

Надо же, и эскалатор уже наладили! Агата послушно двигалась вместе со всеми, оглядываясь в сером сумраке котлована. То там, то тут виднелись группки посетителей музея – на таком расстоянии, что голосов экскурсоводов не было слышно.

– Итак, что мы перед собой видим? – Была у Тельмы такая вот привычка задавать вопросы, на которые она же сама и отвечала. – Мы видим вместилище магии, в котором она была заключена более десяти лет. Как видите, опустевшее вместилище.

Агата тихо отбрела в сторону. Где она тогда стояла? Здесь? Или здесь? Пролом в куполе не заделали – может, надеются, что магия погуляет и тем же путем вернется? Или это теперь – тоже музейный экспонат? А вот здесь, дети, вы видите пролом, через который магия выбралась на волю…

– Поднимите головы! – скомандовала Тельма. – Что мы видим? Здесь мы видим пролом, через который магия…

Агата тихонько хмыкнула. Пролом все еще мягко светился – может, так будет всегда? Казалось, снаружи льется золотистый полуденный свет, хотя время уже клонилось к вечеру. Тогда все было заполнено светом, ослепительным светом и силой… Волшебством. Даже сама Агата.

А сейчас вокруг – только огромный, серый, какой-то неряшливый котлован. Никому не нужная тюрьма. Наверное, уже придумывают, что бы с ней теперь такое сделать. Куда приспособить.

– Как вы все прекрасно помните, в пятницу тринадцатого начались колебания магии. Такое происходило и раньше, но на этот раз ситуация была очень серьезной. На помощь призвали самых сильных волшебников страны и зарубежья. Было принято решение при достижении колебаний свыше десяти баллов начать эвакуацию близлежащих районов… Да, Юрченко?

– А правду говорят, что кто-то выпустил магию?

– Детские сказки! – отрезала Тельма. – Колебания магии, как и колебания земной коры, объясняются исключительно природными причинами, в крайнем случае – военными испытаниями, а вовсе не действиями неизвестно откуда взявшегося мага-одиночки!

– А если магов-одиночек было несколько? – не унимался настырный Юрченко.

– Ты, как я вижу, поклонник мистических детективов! Чтиво увлекательное, но неполезное для твоего пытливого юного ума. Лучше бы ты все-таки занялся изучением закономерностей развития магии и магических сообществ. Тогда бы тебе сразу стало ясно, что…

– Ну-у, завелась… – негромко сказали за Агатиной спиной. Димитров, задрав голову, тоже рассматривал проломленный купол. Стефи бродила неподалеку, обхватив себя руками за плечи. Ежилась. Агата чувствовала, как ей не по себе – Стефи, солнечная ведьма, терпеть не могла темноту и серый цвет.

– У меня дядька работает в министерстве магии, – заговорщицки сказал Карл, и они придвинулись поближе, чтобы лучше слышать – мешал въедливый голос Тельмы. – Так вот он краем уха слышал, как один из СКМ сказал, что якобы появился наследник этой магии и всю ее забрал себе…

– А как зовут этого из СКМа? – тут же спросила Агата. Неужели Келдыш разговорился? Карл моментально решил, что ему не верят, и надулся.

– Не хотите верить – не надо! Но дядя говорит…

– Думаете, я слишком стара и не слышу, о чем вы там беседуете? – вопросила Тельма. – Обсуждаете еще более дикие версии исчезновения магии? Идите сюда немедленно и выслушайте, как все происходило на самом деле!

– Официальная версия никогда не бывает правдивой! – возразил взъерошенный Карл. Люси шла за ним следом, согласно кивая. Стефи, без интереса глянув вверх, проворчала:

– Ой, ну долго еще? Холодно же!

– А что бы ты сделал, Славян, если б у тебя было столько магии? – спросил Зигфрид.

– А ты?

– Да я бы… ну я бы… – Водяной надулся, словно показывая, что и как он сотворил. – Да все!

– А ты, Агата?

Магия, рвущаяся на свободу, как раздуваемое ветром гудящее белое пламя; руки, тело, плавящиеся в этом пламени, готовые превратиться в кого угодно, во что угодно. И весь мир вокруг – пластилин, из которого можно вылепить все, что только захочешь…

– Я бы ее отпустила.

– Как я выгляжу? – в третий раз спросил Шрюдер.

Он то и дело поправлял редеющий пробор. Лысеющие мужчины гораздо больше внимания уделяют своей прическе, чем те, у кого шевелюра богатая.

– Как всегда великолепно, Генрих, – в третий раз покорно ответствовал Келдыш.

Шрюдер посмотрел на него с подозрением.

– Издеваешься? Ну-ну…

Ой, мне бы ваши проблемы, начальник, думал Игорь, рассеянно озираясь. Увидел, сел прямо и сказал с драматической интонацией:

– А вот и она!

Шрюдер подскочил на скамье.

– Где, где?

Келдыш молча показал на шествующую – другого слова не подберешь – по аллее Лидию Мортимер. Светлый костюм, туфли-лодочки, развевающийся шелковый шарфик… Просто женщина-картинка. Эталон элегантной старости…

Привычки не изжить, с грустью констатировал Игорь, вскакивая вслед за Шрюдером. Ему было слегка не по себе под ее взглядом – как в давние «академические» годы. Словно она всегда знала про его проделки больше него самого. Мортимер величественно кивнула.

– Келдыш.

Забавляясь в душе, он поклонился, сцепив за спиной руки.

– Лидия?

Она привычно взяла Шрюдера под локоть и задержалась, разглядывая Игоря. Сказала откровенно:

– Скверно выглядите. Бледный. Круги под глазами.

Ну спасибо! Теперь и Шрюдер принялся внимательно разглядывать своего подчиненного. Сказал:

– Действительно. Что такое? Хуже стало?

– Мало сплю, – сказал Игорь честно. Понял, что его собираются допрашивать дальше, и пошел на откровенное хамство. – Дело молодое, если помните…

Он покаянно развел руками.

Шрюдер посмотрел хмуро и повернулся к Лидии.

– Идемте, идемте, мы слегка опаздываем. До завтра, Келдыш.

– До свидания, Ловец. А куда мы идем?

– Пусть это будет для вас сюрпризом…

Засунув руки в карманы, Игорь смотрел вслед пожилой парочке. Интересно, а Шрюдер еще может?.. Хотя, конечно, кроме пресловутой «виагры», к его услугам весь арсенал накопленных магией за тысячелетия любовных снадобий и ритуалов. Да и мадам Мортимер, судя по всему, та еще штучка…

О чем он вообще думает? Он ведь может сейчас совершенно спокойно повидаться с младшей Мортимер.

Кыш и Келдыш смотрели друг на друга.

– Ага, – сказал Келдыш и наклонился, подхватывая котенка. – Черный кот!

– Ну да, – промямлила Агата, наконец закрывая за ним входную дверь. – Кто-то подбросил нам…

Кыш принюхивался к лицу Келдыша. Тот осторожно погладил его большим пальцем по мордочке. Сказал авторитетно:

– Черный кот с белыми кругами вокруг глаз способен видеть вампиров. Пригодится – в свете недавнего знакомства.

Он принюхался – в свою очередь.

– А чем это так вкусно пахнет?

– Бабушка наготовила перед уходом. – Агата нерешительно помахала рукой в сторону кухни. – Хотите есть?

– Я уже думал, вы никогда не предложите! – Келдыш непринужденно стянул кроссовки и мягко пошел по коридору. Его вел нос. Ведь «обоняние Ловцов переразвито». Ну вот, думала Агата, и этот сразу на кухню. И кто скажет, что они с котом не похожи?

Келдыш, придерживая котенка на плече, поочередно открывал крышки кастрюль и сковородок. Котенок с интересом заглядывал сверху в их недра.

– Пир горой! – Келдыш оживленно потер руки. Оставшийся без поддержки кот покрепче уцепился когтями, и Ловец поморщился. – А вот этого не надо! Спускайся. Вы всегда так едите? Не понимаю, почему вы тогда такая прозрачная…