По приказу короля - Макгрегор Кинли - Страница 59

— Как по-твоему, что это такое? — обратился Син к Лахлану.

— Точно не могу сказать, — покачал головой Лахлан, — но похоже на сильный пожар, как будто горит вся деревня.

Братья на полной скорости поскакали к огню. Как только они подъехали достаточно близко и поняли, что происходит, Син остановил лошадь. Случилось что-то ужасное: повсюду лежали тела как шотландцев, так и англичан, и это была не деревня — это было поле битвы.

— Что еще за чертовщина! — воскликнул Лахлан, спрыгнув с лошади.

Син не мог говорить.. Будучи солдатом, он в своей жизни видел картины и страшнее, но его привело в ужас то, что ему были хорошо знакомы лица участников обеих сторон конфликта. Единственное, чего он не мог понять, — как англичане оказались здесь, а он ничего об этом не знал.

— Это королевская гвардия и рыцари. — Син спустился с седла и с колотящимся сердцем смотрел на Брейдена и Лахлана. — Генрих здесь.

— Король? — При этом известии Лахлан заметно побледнел.

Син кивнул.

— Как ты думаешь, чем это вызвано? Син закрыл глаза, стараясь подавить вскипавшую в нем ярость.

— Я бы сказал, что Дермот предпринял вылазку против короля. Не могу понять: неужели он настолько глуп? И еще я не понимаю, почему Генрих здесь, в Шотландии… — Син не закончил фразу, вспомнив послание из Оксли. Король спешно прибыл в Шотландию, чтобы оценить ущерб, нанесенный повстанцами Макнили. Проклятие! Дермот был тогда среди толпы и слышал содержание послания.

— За это Генрих потребует крови, — заметил Брейден.

— Я знаю. — Син понимал, что Генрих никогда не простит подобную бойню. Понесет наказание каждый, кто принимал в этом участие.

— Знаешь, — предложил Лахлан, — мы останемся здесь сторожить тела, а ты вернешься за помощью, чтобы можно было отвезти этих людей домой или…

— Нет, — перебил его Син. — Если вернутся войска Генриха, они без всяких вопросов убьют вас, потому что увидят тела англичан и ваши накидки. Мы должны вернуться все вместе, и я пошлю сообщение Генриху.

Услышав, что приближаются лошади, Калли подумала, что это возвращается ее муж, и с облегчением бросилась к двери, но, увидев Дермота, несущего на крепких молодых руках безжизненное тело Астера, отшатнулась и перекрестилась.

— Что случилось, Дермот?

На щеках были следы его крови, грязи и слез, а глаза были глазами древнего старца, который встретился с дьяволом и отдал ему свою душу.

— Я убил его, — завыл Дермот. — Я убил их всех… Морна с криком бросилась к сыну, а Дермот, держа на руках Астера, опустился на колени. Он покачивал на руках дядю, словно хотел разбудить его и снова вернуть к жизни.

— Я этого не хотел. О Господи, Астер, я не хотел, чтобы вы умерли, старый глупец.

Морна, рыдая, обняла Дермота, а он сидел на полу и все качал на руках тело Астера. Вниз по лестнице сбежал Джейми, чтобы узнать, что случилось, но Калли отправила его с Юаном обратно в его комнату. Она не хотела, чтобы мальчик все это видел. Она и сама не хотела этого видеть, а Джейми совсем не нужны воспоминания о его брате и дяде, покрытых кровью.

Слезы наполнили глаза Калли, но она не дала им пролиться. Она понимала, что уже не в силах ничего изменить.

— Дермот, — она опустилась на пол на колени возле брата, — расскажи мне, что случилось.

Теперь Дермот рыдал.

— Ты должен рассказать мне, что случилось. — Калли взяла в ладони лицо брата и заставила его посмотреть на нее.

— Я хотел взять в плен Генриха. — Слова у него вырывались отрывистыми слогами.

— Генриха?.. Короля Англии? — У Калли сжалось сердце.

Дермот кивнул и снова завыл.

— Что ты задумал?

— Фрейзер сказал мне, что Генрих пришел раз и навсегда решить это дело, что он всех нас отправит на виселицу. Я подумал, что, если мы возьмем его в плен, как он захватил тебя, мы сможем силой заставить его подписать хартию, по которой Шотландия останется за шотландцами. — Его плечи задрожали под тяжестью горя и вины. — Говорят, что англичане — все трусы. Отец всегда говорил, что один шотландец может побить десятерых англичан. И в прошлом они всегда от нас бежали, никогда раньше они не поворачивались лицом и не сражались.

Юношеское высокомерие брата потрясло Калли. Она продала бы свою душу, если бы можно было сделать так, чтобы этой ночи не было, и вернуть Дермоту его невиновность.

— До этого вы нападали на поселенцев, Дермот, а не на рыцарей, Обученных военному искусству и поклявшихся защищать своего короля.

— Они сражались как дьяволы. Они были сразу везде — позади нас, впереди нас. Мы не могли начать действовать против них.

Калли убрала с его лица грязные, пропитанные кровью волосы, и Дермот продолжил свой рассказ:

— Астер пытался остановить сражение, он пытался увести меня домой и… — Дермот крепко зажмурился, переживая все заново. — Трусливые подонки закололи его в спину, когда он пробирался ко мне.

Калли закрыла глаза, чувствуя, что у нее разрывается сердце.

Дверь в зал отворилась, и Калли открыла глаза, почти ожидая увидеть на пороге английского короля, явившегося потребовать голову Дермота.

Но это был не король.

В дверях стоял Син с братьями, и по его виду Калли поняла, что он уже знает о нападении.

При виде открывшейся перед ним сцены Син окаменел. Дермот качал тело Астера, Морна, опираясь на его плечи, рьщала, а Калли сидела на полу возле брата, и ее глаза потемнели от тяжкого горя и страха.

Вой Дермота и рыдания Морны пронзили сердце Сина.

— Это был несчастный случай, — сказала Калли, вставая на ноги. — Он не хотел, чтобы случилось что-нибудь подобное.

Син безучастно посмотрел на Калли, стараясь скрыть от нее собственную печаль.

— Мне нужно поговорить с Дермотом. Наедине.

Кивая, Калли оттащила Морну в сторону, несмотря на ее сопротивление.

— Я нужна своему мальчику, — всхлипывала Морна, протягивая руки к Дермоту.

С признательностью взглянув на Калли, Син взял Дермота за локоть, отвел в небольшой кабинет возле лестницы и, после того как не слишком вежливо усадил юношу на стул, плотно закрыл дверь.

— Вытри лицо, — резко сказал Син. — Если ты мужчина, чтобы вести в бой армию, то должен оставаться мужчиной, а не плакать, как женщина.

Дермот так по-детски вытер лицо грязным разорванным рукавом рубахи, что Син вдруг осознал, с кем имеет дело. Сам он в шестнадцать лет был закаленным в битвах воином и видел много смертей. Но этот мальчик, сидящий перед ним, никогда не сталкивался ни с чем подобным, все в семье и в клане нежили и баловали его. Небольшие набеги, которые он совершал с повстанцами, предназначались для того, чтобы припугнуть англичан, и сводились не более чем к развлечению и порче имущества. В эту ночь Дермот получил суровое крещение.

— А теперь расскажи мне, что произошло, — заговорил Син более мягким тоном, после того как Дермот, проглотив слезы, прерывисто вздохнул.

— Мы отправились взять в плен Генриха, чтобы использовать его в качестве заложника. — К чести Дермота, он сумел взять себя в руки и смело встретить взгляд Сина.

— Это твой блистательный план?

— Нам было известно, что он направляется в Окс-ли, — кивнув, пояснил Дермот, — и мы устроили засаду в долине, зная, что он должен проехать там, чтобы попасть к месту назначения. Мы решили, что предложим ему свое гостеприимство.

— Как началось сражение?

— Мы их остановили и потребовали выдать Генриха, — У Дермота задрожали губы. — Они рассмеялись мне в лицо и напали на нас.

У Сина вертелся на языке вопрос, как можно быть таким глупым, чтобы думать, что англичане отдадут им своего короля, но он удержался от этого язвительного замечания.

— Я пытался сказать остальным, чтобы они бежали, — Дермот еще раз глубоко вздохнул, — но они меня не слушали. Они продолжали кричать, что нужно убить короля. Я испугался и…

— Убежал? Дермот кивнул.

— В лесу я встретил Астера. Он решил, что сможет остановить остальных, думал, что они его послушаются. — Слезы потоком потекли у него из глаз. — Вы негодяи, вы убили его.